Как The Beatles уничтожили рок-н-ролл. Альтернативная история американской популярной музыки - Уолд Элайджа - Страница 24

Свою роль играло и предпочтение, выказываемое вкусам белого городского жителя. В 1910-е гг. было записано некоторое количество блюзов, но то не были медленные, скрежещущие блюзы, которые, по воспоминаниям черных музыкантов, игрались на танцах. Возможно, наше представление о рэгтайме столь же ошибочно. Нотированная и записанная версии Pork and Beans, популярной композиции черного нью-йоркского пианиста Чарльза «Лаки» Робертса, представляют ее довольно-таки изощренным, состоящим из большого числа частей рэгтаймом, однако издатель пьесы Эдвард Б. Маркс вспоминает ее совсем по-другому: «Новый танец состоял почти только из ритма и практически не содержал мелодии, и Лаки Робертс, один из самых громких черных пианистов любой весовой категории, сочинил Pork and Beans, совершенный образец этого жанра. Один англичанин как-то попросил оркестр Касл-хауса сыграть «ту песню без мелодии», и музыканты немедленно исполнили ему сочинение Лаки»[251].

Словом, не делая слишком широких обобщений, достаточно будет сказать, что к десятым годам существовало довольно много «песен безо всякой мелодии», которые исполнялись на танцах с черной и смешанной аудиторией (а также некоторыми черными и белыми оркестрами — на танцах с белой клиентурой), и что «подделывание» аранжировок рэгтайма и блюза также было весьма распространенной практикой в заведениях с «неформальной» атмосферой. Подобные вышеприведенным воспоминания музыкантов и издателей были зафиксированы на обоих побережьях, равно как и в Канзас-Сити, Чикаго и других местах с большой долей афроамериканского населения, и, разумеется, таких воспоминаний могло быть записано гораздо больше, если бы кто-нибудь дал себе труд заняться этим. Существовали региональные вариации подобной музыки, однако большое число исполнителей постоянно ездило по стране, как в одиночку, так и с водевильными, цирковыми и минстрел-оркестрами, а потому стили распространялись, судя по всему, довольно быстро.

Новый Орлеан занимает особое место в истории поп-музыки, и местные патриоты настаивали на его уникальности еще за пять-шесть лет до начала джазового бума. «Сейчас, когда эротические танцы осаждают Нью-Йорк, стоило бы вспомнить Новый Орлеан как город, где родились Grizzly Bear, Turkey Trot, Texas Tommy и Todolo[252], — писал корреспондент Variety в 1911 г. — Пятнадцать лет назад эти танцы впервые были исполнены в старых негритянских танцевальных залах на Кастомхаус и Франлкин-стрит, в самом сердце Нового Орлеана. Аккомпанемент для них исполняли цветные группы, игру которых никто не мог повторить. Они часто играли один и тот же набор пьес, но ни одну из них они не повторяли дважды в неизменном виде»[253].

О новоорлеанском джазе написаны сотни трудов, поэтому не имеет смысла говорить о нем подробно в настоящей книге, однако я отдельно хочу отметить здесь как тот факт, что новоорлеанские музыканты уникальным образом повлияли на формирование стиля, бум которого пришелся на 1917 г., так и то, что множество музыкантов родом не из Нового Орлеана, а также историков постоянно оспаривали их первенство. Один из первых серьезных исследователей джаза, Уинторп Сарджент, утверждал, что группы, в которых использовались саксофоны и ритм-секция, игравшая в джазовом стиле, существовали как минимум с 1905 г., упоминая Memphis Students Уилла Мэриона Кука и сообщая, что «возможно, это был довольно посредственный джаз с водевильными кривляниями, часто — непереносимо сентиментальный. Но он говорил на новом синкопированном музыкальном языке»[254]. (Современные коллективу рецензенты не упоминают в связи с ним никаких саксофонов, утверждая, что Students были вокальной группой с аккомпанементом мандолин и гитар, но также подчеркивают их «ломаные такты»[255]). В своем знаменитом исследовании о Creole Band Лоренс Гуши приводит ряд теорий, от отстаивающих первенство Нового Орлеана в области джазовой музыки до чисто универсалистских, которые полагают «джаз» не чем иным, как новым названием рэгтайма, после чего воздевает руки и заключает: «Понятно только одно: новоорлеанский джаз появился в Новом Орлеане»[256].

Если мы хотя бы на минуту допустим, что новоорлеанский стиль действительно выделил джаз из широкого спектра музыкальных форм с общим названием «рэгтайм», то нам следует считать Creole Band первым джазовым коллективом, добившимся широкого признания. Возглавляемая контрабасистом Биллом Джонсоном и имевшая в своем составе виртуоза-корнетиста Фредди Кеппарда[257], группа — поначалу называвшаяся Original New Orleans Orchestra and Ragtime Band — ездила в туры с водевильными представлениями с 1914 по 1918 г. (после чего Джонсон осел в Чикаго и стал играть с Кингом Оливером, который предложил название Creole Band). Во многом это был довольно старомодный коллектив: музыканты одевались как оборванцы с плантаций, исполняли вокальные версии Old Folks at Home и Old Black Joe и путешествовали со сценическим реквизитом, включавшим в себя деревянную хижину, бутыль самогона, дрессированную курицу и задник, на котором было изображено хлопковое поле. Тем не менее, если не брать во внимание скрипку, состав инструментов его был тем самым, который вскоре будет считаться стандартной джазовой или «диксиленд»-комбинацией: корнет, тромбон, кларнет, гитара, контрабас и барабаны.

Creole Band также обладали иным, нежели у большинства других рэгтайм-групп, ритмическим мышлением. Лепротти вспоминает, как услышал их, когда они очутились проездом в Сан-Франциско, и как их игра заставила его осознать, что ему нужно переосмыслить собственный стиль: «Я их послушал и сказал ребятам: „Насчет этих старомодных двух долей, которые мы играем, — мы должны сменить их на четыре доли, как те парни“». Ему пришлось уволить старого барабанщика и нанять более молодого, который понимал, как перейти на новый ритм; также он велел своему контрабасисту перестать играть смычком, а вместо этого подцеплять струны пальцами, «потому что так выглядит луизианский стиль»[258].

В газетной рецензии на концерт, судя по всему, Creole Band — группа здесь не названа, но даты и набор инструментов совпадают, — предвосхищается напыщенный стиль джазовой критики последующих лет. Дело происходит в заведении под названием Golden West Café в районе Центральной авеню Лос-Анджелеса, и репортер с говорящим именем Джонни Дэнжер[259] описывает его как «курорт, на котором женщины и мужчины всех цветов спускают пар». Текст проиллюстрирован рисунком блондинки, пьющей с карикатурно изображенным черным, а по поводу группы сказано следующее: