Надуй щеки! Том 11 (СИ) - "NikL" - Страница 12

Я одёрнул форму охранника и вышел из своей комнаты, чтобы проверять всех входящих. Очень надеюсь, что за оставшиеся дни все эти детали у меня появятся.

Игра пошла по-крупному.

Чан уже давно отвык от общения с отцом. Когда-то он просто ушёл из дома, и принял, как данность, тот факт, что семьи у него больше нет. Постепенно его семьёй стала Юми и в какой-то мере Пак, как член ЮЧП.

Про Гису Хегая он хотел бы сказать то же самое, вот только не мог. Гису всегда держался особняком и не открывал своих симпатий никому. Впрочем, по некоторым его действиям и старанию держать Чана неподалёку, можно было предположить, что Хегай в той или иной мере всё же считает его своим другом.

Но сейчас все эти мысли выветрились из головы Чан Ана, потомка, но не наследника Гвон Ана. По крайней мере Чан так думал все прошедшие месяцы. А сейчас не мог поверить, что отец разговаривает с ним не свысока, едва скрывая брезгливость и пренебрежение, а вполне добродушно, словно с человеком, почти равным ему — владельцу крупной строительной фирмы.

Когда они только встретились за столом, Гвон Ан долго смотрел на сына, практически не показывая никаких эмоций. И всё же в его глазах сквозило удивление.

— Ты так возмужал, Чан, — сказал он наконец.

— Спасибо, отец, — ответил парень и лицо его отца впервые не исказила гримаса неприятия факта отцовства.

— Скажу честно, я не ожидал, что ты сможешь так подняться в бизнесе, что практически любые мои попытки найти качественный металл будут утыкаться в твоих партнёров.

— У меня был хороший учитель, — ответил Чан, разведя руками.

Отец хотел ему что-то на это ответить, но тут принесли заказанную ими дичь, и на некоторое время разговор снова прервался.

Да, наверное, ещё несколько месяцев назад Чан был бы на седьмом небе от счастья из-за подобной встречи, и от тех слов, что уже были произнесены. Но сейчас им овладело то же чувство, что и при разговоре с Сонъюном. Он вдруг увидел всё то, чего хочется его отцу и понял, что в каком-то смысле даже мудрее всего.

Когда они поели, беседа возобновилась. Но не совсем так, как мог бы предполагать Чан. Его отец вдруг без всяких предисловий заявил:

— Знаешь, я понимаю, как всё выглядело раньше, но теперь, с учётом твоего опыта и заслуг, я предлагаю тебе возглавить отделение своей фирмы, которое будет заниматься металлом.

Чан немного помедлил, переваривая слова отца.

— То есть ты предлагаешь мне заниматься плюс-минус тем же, только уже не самостоятельно, а под эгидой твоей фирмы?

— Именно, — с гордостью заявил Гвон Ан. — У тебя будет куда больше клиентов, ты сможешь расширить горизонты своей деятельности. И вместе с этим сможешь поставлять мне самый лучший металл по хорошим ценам.

Чан усмехнулся, но тут же одёрнул себя, надеясь, что его отец ничего не заметил. Нет, он, конечно, привык ко всяким шуточкам Гису, когда тот использовал Чана в своих целях. Вот только там всегда выходило, что это некий урок, усвоив который Чан понимал что-то новое и совсем иначе смотрел на жизнь.

Тут же ему предлагалось просто пойти в услужение к отцу и отдать часть своей прибыли неизвестно зачем. Короче, бред.

С ответом он не спешил. Несмотря на всё случившееся между ним, братом и отцом, он всё ещё не хотел отвечать резко. Нужно было подобрать слова. Однако Гвон Ан истолковал молчание сына по-своему.

— Понимаю, что ты сейчас переживаешь, но уверяю тебя, не стоит. Дело в том, что я кардинально изменил своё мнение на твой счёт. Думаешь, я не знаю, кто предупредил меня насчёт качества использованных твоим братом материалов? Я знаю, кому должен быть благодарен за сохранение своей репутации. Так что не парься, теперь я тебя ценю.

— И я очень благодарен за это, — Чан кивнул и улыбнулся, после чего взял бокал и посмотрел отцу в глаза. — Однако, вынужден отказаться от твоего предложения.

У Гвон Ана брови взлетели вверх. Чан предполагал, что он редко получал прямые отказы на свои «выгодные» предложения. А уж от собственных сыновей! А особенно от того, которого он считал никчёмным. Такого наверняка не случалось никогда.

— Это ещё почему?

— Отец, пойми, мне интересно то, чем я занимаюсь. Постепенно я собираю все свои связи в единое плетение, и с каждым месяцем я становлюсь всё более и более опытнее. Возможно, я был бы рад какому-нибудь твоему совету. Может быть, где-то попросил о небольшом одолжении. Но не более того. Я развиваю своё и буду это делать впредь.

Чан ожидал, что Гвон Ан после этих его слов будет в ярости. В каком-то смысле так оно и было. Отказ, которого он не ждал, вывел отца Чана из себя. Но в то же время он не торопился срываться на сына.

Возможно, из-за места, где они находились. Негоже показывать свои эмоции на людях. Но, вполне вероятно, из-за того, что он действительно изменил своё отношение к сыну.

В любом случае Гвон Ан счёл за лучшее отпить из широкого бокала и поиграть желваками. Минут пять прошло в полной тишине между ними, и Чан уже собрался уходить. Но тут Гвон Ан заговорил.

— Что ж, с одной стороны, это похвально. Ты не лебезишь и не стараешься мне угодить. Но помни о том, что семья — есть семья. И моё предложение пока будет в силе. Если наступят не самые лёгкие времена, то прошу, обращайся.

Это было крайне великодушно с его стороны. Но Чан полагал, что дело совсем в другом. Его отец уже посчитал прибыль, которая его фирма может получить, если вольёт в себя предприятие сына. И всё это только играя на семейных чувствах.

— Когда я сообщил о некачественных крышах на домах, за строительство которых отвечал мой брат, — Чан допил всё из своего бокала и встал, показывая, что их разговор почти закончен, — я думал больше о чувствах тех несчастных, которым придётся всем этим пользоваться. И только во вторую очередь о твоей репутации. Поэтому можешь меня не благодарить. А к бизнес-партнёрству я всегда открыт. Полагаю, скоро о моём предприятии ты станешь слышать ещё больше.

Гвон Ан побагровел. Он в буквальном смысле боролся с собой, чтобы не взорваться в этот момент. И Чан был уверен, что, если бы разговор происходил дома, отец бы уже рвал и метал. Но на людях он всё же умел сдерживаться.

— Всего хорошего, — Чан обозначил поклон и вышел прочь из ресторана «Терраса».

Ли Джонхё уже давно не заходил в онлайн-игру, которая стояла у него на телефоне. Причиной тому была не только учёба, которая в последнее время забирала у него много времени, но и довольно сильное увлечение группой «Грязь под ногтями».

Вся стена у его второго яруса кровати была обклеена постерами девчонок. Один из них был даже подписан. Джонхё очень гордился тем, что стал фанатом группы ещё до того, как они приобрели всекорейскую популярность.

Его брат, Ли Джонук сначала смотрел на всё это с некоторым неодобрением, но потом, когда оказалось, что «Грязь под ногтями» никакие не плагиаторы, а совсем даже наоборот, тоже втянулся. Правда, до развешивания постеров Джонук всё-таки не дошёл.

И вот в один из дней, когда Джонхё пришёл из школы, на телефоне появилось уведомление:

«Вы давно не заходили к нам в игру. Приходите, пройдите новый квест и получите исполнение своего желания».

— Исполнение желания? — с улыбкой пробормотал парень, и хотел уже свайпнуть уведомление. — На что только не пойдёшь, чтобы удержать аудиторию.

Но вдруг что-то отозвалось в его душе. Он глянул на постер, увидел улыбающуюся мордашку Харин, в которую был влюблён без памяти и внезапно решился.

— Что ж, посмотрим, что за желания вы там исполняете.

Открыв игру, он обнаружил, что его приглашают в новый квест. Выглядело всё немного необычно, но вместе с тем интересно. Нужно было найти храм, который при ближайшем рассмотрении оказывался довольно величественным строением. Его верх увенчивала голова хомяка.

При первом взгляде на это на лице у Джонхё появилась улыбка. Но когда он посмотрел хомяку в глаза, эта улыбка исчезла. Животное было довольно серьёзным и словно подтверждало, что действительно может исполнить желание. Только надо действовать так, как оно скажет.