Надуй щеки! Том 11 (СИ) - "NikL" - Страница 13

Затем на экране появились детальные инструкции, как себя надо вести, что делать, чтобы прийти к заветной цели.

Ли Джонхё поймал себя на том, что дыхание его участилось, а мысли срываются в одном и том же направлении.

Он выполнил всё, что от него требовалось. Затем глубоко вдохнул, надул щёки и загадал желание.

«Я хочу, чтобы Харин пошла со мной на свидание».

Мысли сорвались вскачь. Ему показалось, что ничего не получится. Более того, он увидел самого себя со стороны: жалкого, с надутыми щеками, обуреваемого различными мыслями. И почти посмеялся над собой.

Но в этот же момент ему показалось, что он услышал позвякивание то ли колокольчиков, то ли бубенцов. И сразу же понял, что всё это не шутка. Не розыгрыш.

На экране появилась надпись:

«Твоё желание будет исполнено. Но ты сам должен приложить к этому руку. Влияние на других людей запрещено».

— Вот и всё, — грустно проговорил Ли Джонхё, выходя из игры. — И на что я надеялся?

Но его сознание словно бы раздвоилось. Одна часть была подавлена и разочарована, в то время, как другая ликовала и чему-то радовалась.

— Я схожу с ума? — предположил парень.

И в этот момент он вспомнил, что было написано на экране, когда он выполнил все манипуляции. Кажется, основное, что он должен был запомнить: «…ты должен сам приложить к этому руку».

И тут какой-то весёлый чёрт вселился в Ли Джонхё. Он снова надул щёки, открыл социальную сеть, перешёл на страницу Харин и, не тратя время на раздумья и сомнения, написал ей сообщение.

«Привет! Я давно являюсь поклонником вашей группы. Но больше всех мне нравишься ты. Хочу позвать тебя на свидание».

И пока рука ещё не дрогнула, отправил сообщение и вышел из соцсети. Через несколько минут он хотел вернуться, чтобы удалить сообщение, но всё же сдержался и занялся своими делами. Надо было готовиться к очередному срезу знаний.

Постепенно он забыл об этом происшествии. Через три часа он беззаботно ужинал в кругу семьи. И вдруг телефон тихонько завибрировал. Джонхё вытащил его из кармана и уставился на экран.

Ему пришло сообщение.

Парень внезапно вспомнил всё то, что происходило днём и затаил дыхание, неосознанно надув при этом щёки.

— Джонхё! — сурово проговорила мать. — Сколько раз говорить, чтобы никаких телефонов за столом!

Но он её не услышал. Он с замиранием сердца смотрел на ответное сообщение от Харин.

«Привет! Я рада, что нравится наше творчество. Я согласна на свидание. Свободна завтра после трёх. Пиши:)»

— Мама, — только и смог выдохнуть парень. — Кажется, бог-хомяк и правда существует!

Чан проснулся непривычно рано. Ещё не было и шести утра. Он начал собираться в школу, но вспомнил, что им с Гису дали неделю освобождения от школы. Это была благодарность Дайвегу за блестяще проведённую олимпиаду.

Но Чан подумал, что с удовольствием бы пошёл в школу, потому что дома делать было решительно нечего. Юми так и не вернулась от отца, и парень чувствовал одновременно опустошённость и переполненность информацией, которой не с кем было поделиться.

Он снова вспомнил разговор с отцом. Ещё совсем недавно, несколько месяцев назад, он был бы просто счастлив признанию Гвон Ана. Скорее всего согласился бы на условия отца, несмотря на то, что они были крайне невыгодны для Чана. Важнее была семья.

Однако сейчас он только чувствовал глубокое удовлетворение от того, что подобное вообще случилось. И не более того. Хотя нет, ещё желание поделиться этим с Юми.

Но девушке сейчас было не до того. Из краткого телефонного разговора Чан понял, что что-то не так с её отцом. И самое печальное, что между Ду Бон Намом и его дочерью только-только начали нормализовываться отношения.

Печально, конечно. Но все люди не вечны. Когда-нибудь Юми придётся принять этот факт.

Чан полежал ещё немного, понял, что не заснёт и встал. Принял душ и сел набрасывать план действий. Но по большому счёту ему надо было только готовиться к поездке в Россию. Поэтому он достал самоучитель русского языка и углубился в изучение странного, непривычного наречия. Когда он заходил в тупик, включал видео с носителями.

Через пару часов он уже был полностью вымотан и чуть ли не в слезах от того, насколько нелогичным оказался язык, который он решил выучить. Возможно, носители этого не замечают, но все иностранцы в видео, которые смотрел Чан, говорили, что выучить все правила безумно сложно.

Он сдался на числительных. Ну вот есть счёт: один, два, три, четыре, пять. Хорошо. Но десятки⁈ Двадцать. Хорошо. Тридцать. Отлично. Четыредцать? А хрен там плавал. Сорок! Почему сорок? Откуда сорок. Ну дальше-то пятьдцать? Не-а. Пятьдесят. Ну хорошо, до восьмидесяти стабильность. Но потом. Не девятьдесят, не девятьдцать, а девяносто!

Тут ум Чана уже кипел и обучение пришлось отложить.

Он взял телефон и набрал сообщение Юми.

«Привет. Как будет время, напиши, или позвони».

Звонок от Юми последовал практически незамедлительно.

— Привет. Ты уже проснулся, это хорошо.

— Я давно уже проснулся. Думал, ты ещё спишь.

— Я с отцом, в больнице, — голос у Юми был очень грустным и печальным, но в нём явно звучали радостные нотки от того, что позвонил её близкий человек. — Ты сегодня очень занят?

— Да не то, что бы…

— Можешь приехать в больницу? Мне что-то очень тяжко.

— Хорошо, скоро буду. Скинь мне, куда именно надо подойти.

— Сейчас. И это… спасибо тебе!

— Да ты что, малыш! Я скоро буду, держись.

Они попрощались, и Чан встал с кресла, но телефон снова позвонил. Полагая, что это Юми что-то забыла сказать, он, не глядя, принял звонок.

— Да, что-то ещё?

Голос, который ему ответил оказался наполнен едва сдерживаемой яростью.

— Это Минсу.

— Да, Минсу, слушаю, — Чан сразу же напрягся и подобрался, так как ему очень не понравился голос девушки.

— Где Гису?

— А? Что? — Чан даже растерялся.

Он не ожидал, что Минсу не знает местоположения Хегая. Полагал, что она уже осведомлена.

— Чан Ан! Даже не начинай прикидываться! Я знаю, что тебе известно, где Гису!

Чан тяжело вздохнул. Он пытался выиграть хоть немного времени, чтобы придумать, как действовать. Но, как назло, в голову не приходило ничего путного. Врать Минсу он не хотел, но и правду говорить было нельзя. Раз Гису решил не открывать своего местоположения девушке, значит на то были причины.

Собственно, именно это он и сказал.

— Плевать! — ответила на это Минсу и вся её ярость выплеснулась в этом слове. — Я хочу его видеть! Мне его не хватает! Вот ты свою Юми можешь каждую секунду обнимать, а я Гису — нет!

— До Юми сейчас тоже тяжеловато дотянуться, — негромко проговорил Чан.

— Ты тему-то не переводи! Хегай не отвечает на мои звонки. Я и с другого номера звонила, но всё равно! Мне необходимо его увидеть! Мне надо знать, что с ним всё в порядке!

— С ним всё в порядке.

— Я сама должна это увидеть!

— Послушай! — Чан сам удивился, как изменился тон его голоса, став твёрдым и даже грозным. — Гису грозит нешуточная опасность! Он специально исчез для всех, чтобы купировать эту угрозу. Что же касается тебя, он понимает, что любой близкий может стать рычагом давления. Он понимает, что рядом с ним тебе будет грозить смертельная опасность. Именно поэтому он не стал говорить тебе, где находится. Ясно?

Минсу долго не отвечала, только пыхтела в трубку. Девушка явно хотела возразить, но понимала, что Чан абсолютно прав по всем статьям.

— Если бы Гису было бы на тебя плевать, — уже значительно мягче добавил Чан, — то он непременно сказал бы, где находится и позвал бы тебя к себе. Но именно потому, что ты ему не безразлична, он этого не сделал.

— Я поняла, — тихо, едва слышно проговорила Минсу. — Передай ему, что я его тоже очень сильно люблю и соскучилась по нему. Хотя нет, если ты передашь так, то он не поверит, что это от меня. Скажи ему, что при встрече я его так трахну, что он ходить пару дней не сможет.