Его строптивая истинная. Контракт на исцеление - Никитина Полина - Страница 11

– А я выполняю поручения нашего с вами начальника, – холодно парировал Оркид.

Выбора не было. Я послушно продиктовала свои параметры - обувь, бельё, платье. Тот старательно записал, не задавая бестактных вопросов, и тут же покинул кухню, а Лира подняла глаза наверх:

– Если не будешь добавки, можешь идти отдыхать. Твоя комната на втором этаже, последняя дверь направо.

Поблагодарив добрую женщину, я поднялась по лестнице на такой же мрачный этаж, прошла по тёмно-синему ковру и потянула на себя дверную ручку.

Комната оказалась небольшой. Светло-серые, почти белые стены, мебель самая необходимая – шкаф, стол, стул и кровать, застеленная коричневым шерстяным покрывалом. Справа от шкафа пустая книжная полка.

Но главное – там был выход на балкончик!

Я распахнула дверцы и в комнату хлынул свежий, прохладный воздух. Пахло дождём, влажной землёй и молодой зелёной листвой.

Аромат самой настоящей весны!

Осторожно, чтобы не поскользнуться, я коснулась ступнями мокрой плитки и опёрлась ладонями о чугунные перила.

– Как здесь красиво! – прошептала, осматриваясь по сторонам.

Балкон выходил на внутренний дворик особняка и небольшой сад. Пара цветочных клумб, несколько яблонь, между ними скамейка, выкрашенная в тёмно-зелёный.

А чуть левее я углядела несколько зелёных грядок. Кажется, укроп, петрушка и тонкие пёрышки раннего лука.

– Всё будет хорошо, Дель, – улыбнулась, глядя вдаль. За городской чертой виднелось обширное пустое поле, а за ним размытая дымкой лесная чаща. – Генерал Сторм тот ещё фрукт, но в глубине души он хороший. Плохие не стремятся защищать слабых, а он и тех людей спас в горах, и меня из коварных лап отчима с женихом напару.

На секунду стало жалко маму. Улыбка вмиг исчезла с лица. Гордо не упустит своего шанса отомстить через неё за то, что я сбежала.

Но с другой стороны, хотела ли мама, чтобы я её спасала?

– Одно я знаю точно, – выдохнула, пытаясь привести мысли в порядок. – Мы с господином Стормом обязательно поладим, хоть он и жутко вредный ящер.

А в следующую секунду откуда-то снизу раздалось ядовитое:

– Повтори, Хольм, что ты сказала?

Глава 15

– Ой! – сдавленно пискнула я, осознав, что мои слова каким-то чудом дошли до адресата. Сердце рухнуло в пятки, и я испуганно поджала босые пальцы.

У генерала что, даже на улице есть уши?

– Что ж ты замолчала, целительница? – голос снизу сочился ядовитой насмешкой. – Язык проглотила? Впрочем, я не против. Немые лекарки мне даже больше нравятся.

– Я не лекарка, – сорвалось с губ, и я судорожно сглотнула. Слова закончились, а из головы вылетели все мало-мальски здравые мысли.

Надо что-то придумать. Ловко выкрутиться из ситуации!

И я ляпнула первое, что пришло на ум:

– Вы… вы, между прочим, обратились к некой Холм. А я – Хольман. Делина Хольман.

Генерал не ответил. Ради любопытства я облокотилась на влажные, но устойчивые перила и аккуратно свесилась вниз. Окно под балконом было распахнуто, но самого дракона не видно. Значит стоит у окна и греет уши.

Получается, что моя комната оказалась прямо над кабинетом Рагнара Сторма?

– И ещё я сказала, что мы с вами обязательно поладим, – продолжила я, добавив беспечности в голос, хотя внутри всё напряглось. Честно говоря, вертикальное соседство с кабинетом дракона меня не радовало. Слишком близко, особенно после его возмутительной выходки. – Или вы сами этого не хотите?

– Единственное, чего я хочу в данный момент, – раздался голос Сторма после мучительно долгой паузы. Зато голос стал спокойнее, словно он выплеснул часть злости. – Это переместиться во вчерашний день и приказать Оркиду никому не открывать калитку. Что бы ни случилось.

Я же говорю – вредный ящер! И он ещё со мной не согласен? От возмущения и какой-то детской, беспомощной обиды у меня возникло жгучее желание высказать всё, что накопилось.

Лишь чудом промолчала, прикусив язык почти до боли. Внизу хлопнуло окно, поставив жирную точку в нашем разговоре.

Я выпрямилась. Постояла секунду, глядя на мокрые плитки балкона. Потом шагнула в комнату и закрыла за собой створку.

Комната встретила тишиной. Я подошла к зеркалу на дверце шкафа – небольшому, в простой деревянной раме.

В нём отражалась до пояса растрёпанная бледная девчонка. Светлые волосы от влажности завились и тонкиепрядки у лица забавно топорщились дыбом. Платье – бесформенный мешок из дешёвой ткани, измялось так, будто его коровы пожевали.

– Хорошо, что генерал Сторм меня не видит, – вполголоса вздохнула, искренне надеясь, что он чем-то занят вместо того, чтобы подслушивать свою целительницу. – В гроб краше кладут. Или отправляют на паперть разжалобить сердца прихожан.

Лопатка снова зачесалась. Я повернулась и вытянула шею, заметив на лопатке красное пятнышко. Кожа под пальцами была чуть припухшей, но не горячей.

“Всё-таки букашка укусила, – подумалось мне. – Главное, чтобы не было аллергии.”

Время ползло со скоростью черепахи. Генерал не требовал меня к себе, и кажется был только рад, что я не лезу к нему с диагностиками и целительскими сеансами. В комнате не было ни книг, ни газет, и чтобы скоротать время, я решила найти ванную. Следовало бы привести себя в порядок.

Я вышла в коридор и прислушалась. Внизу был необыкновенно тихо – ни шагов или голоса генерала, ни присутствия Лиры. Может, она куда-то вышла? За продуктами или по делам?

Подёргала первую дверь справа – закрыто на замок. Зато дверь напротив открылась с тихим скрипом, и я едва не запрыгала от радости.

Какая шикарная ванная!

Да, такая же мрачная, как и весь дом, кроме кухни госпожи Роуз. На стенах чёрный мрамор, чистый настолько, что я без труда разглядела в нём свои очертания. Пол из тёмного камня, но тёплый, не холодный. Окон не было, зато по периметру потолка расположилась цепочка осветительных артефактов, разливаясь мягким, жёлтым сиянием.

В центре возвышалась громадная чугунная ванная, в которой без труда поместились бы пятеро, а на этажерке у стены возвышалась целая стопка белоснежных полотенец.

“Может, всё-таки спросить у госпожи Роуз, можно ли воспользоваться ванной?” – замялась я, борясь с искушением залезть в горячую воду и не вылезать как минимум до завтра.

Хотя с другой стороны – у генерала в комнате должна быть своя, личная ванная. А это, может быть, гостевая.

– Ладно, надеюсь, генерал не заругает.

Я открыла кран и отрегулировала воду – чтоб была не тёплая, но и не слишком горячая. Вода лилась упругим потоком, быстро наполняя ванную. Подождав ещё немного, я скинула платье и бросила на пол. Потом уберу, а ещё лучше – сожгу, чтобы никогда больше о нём не вспоминать.

Дождавшись, пока ванна наполнится до середины, я закрыла кран и медленно опустилась в горячую воду. На секунду замерла, привыкая, а потом расслабилась и прислонилась спиной к тёплому бортику. Мышцы, сжатые с самого утра, начали понемногу отпускать.

Я нежилась, наверное, целый час, пока вода не начала остывать. Все тревоги и заботы постепенно отошли на второй план, и я будто заново родилась.

“Всё будет хорошо”, – улыбнулась сама себе, намыливаясь единственным бруском мыла, который нашла на бортике ванной. Аромат был свежим и терпким – истинно мужским, то ли кедр, то ли сандал. Зато пенилось просто великолепно.

Тщательно намылив руки, я принялась за плечи, грудь и живот. Пена скользила по коже, оставляя после себя ощущение чистоты и какой-то странной, невесомой лёгкости.

Волосы выполоскала дважды – бальзамов и притирок не оказалось, но я решила в следующий раз попросить у Лиры разрешения сварить ополаскивающий отвар.

Однако стоило мне потянуться за полотенцем, как дверь приоткрылась, и я услышала медленную, тяжёлую поступь генерала.

Глава 16

Я так и замерла с протянутой рукой. Пальцы зависли в воздухе, почти касаясь полотенца.