Американский вояж (СИ) - Русских Алекс - Страница 34

Парень сел на свое место. Уф, кажется, волну паники я сбил, но не исключено, она не последняя.

– Ой, смотрите, еще самолетики, – опять раздался неунывающий детский голосок.

Посмотрел, ну, вот, час от часу не легче, а вот и американцы появились, двойка F‑15.

Истребитель F‑15

– Это тоже наши, вон звезды, – сказал чей‑то уверенный голос.

– Какие наши, балда, звезда белая, да еще и картинка на носу? Наши такую похабщину не малюют, – осадили его.

Ну, да, точно, на носовом обтекателе полуголая красотка в стиле pin‑up изображена, изогнувшаяся в соблазнительной позе. В СССР такие картинки пока непривычны. Это в 2000‑х они и у нас популярными станут. У меня даже такой календарь на стене висел.

* * *

В это время где‑то на земле

– Товарищ полковник, время уходит! Через двадцать минут самолет пересечет нашу границу. Угонщик не реагирует на переговоры. Я считаю, нужно сбивать!

– Сбить? Без прямого приказа? Ты хоть понимаешь, что это будет? А отвечать сам будешь? Там полторы сотни пассажиров – женщины, дети, там наши граждане. Готов принять на совесть такую ответственность? Нет уж, майор, сношать будут меня, причем в любом случае. Без прямого приказа, я такого распоряжения не дам.

– А если он долетит до США? Там его встретят с оркестром, а мы будем отвечать за то, что дали уйти террористу! Это угроза государственной безопасности!

– Угроза – это когда нет приказа, – полковник выдавал слова, словно заколачивал гвозди – размеренно, по одному, – Я е стану брать на себя ответственность за уничтожение советского лайнера. Свяжись с командованием, требуй решение!

– Но штаб молчит!

– Понятно, что молчит. Они тоже не хотят брать на себя ответственность, – если лайнер уйдет, нас в лучшем случае уволят. А если мы его собьем, – полковник замолчал.

– И что тогда? – мрачно поинтересовался майор.

– А тогда нас в лучшем случае посадят, а в худшем расстреляют, как врагов народа. Все на нас спишут.

– Товарищ полковник, на радарах американский AWACS. Он уже в зоне наблюдения. Американцы тоже видят нашу цель, – ожил оператор, ранее предпочитающий не отсвечивать.

– Вот именно! Они же все фиксируют. Если тушка уйдет – это международный скандал. Я настаиваю: применяем ракеты! – майор с размаха ударил кулаком по столу.

Полковник поднял трубку телефона.

– Штаб, это КП‑12. Докладываю: цель 472 (Ту‑154) на курсе 280, высота 7 000, скорость 850. Цель контролируется истребителями. Фиксируем присутствие в зоне АВАКС. Ждем разрешение на уничтожение. Повторяю: ждем приказа!

В трубке долго не отвечали, слышался только шорох помех, потом сухой голос произнес:

– КП‑12, оставайтесь на связи. Ждем подтверждения из Москвы. Ничьих распоряжений не выполнять.

Полковник с каменным выражением лица положил трубку на место:

– Слышал? «Ждем подтверждения». А пока – ждем и смотрим.

– Они там в штабе думают, как бы задницу прикрыть, а мы тут, – майор резко подскочил, – Лейтенант, дайте мне канал на перехватчики! Я сам скажу им готовиться.

– Лейтенант, оставить! – прорычал полковник, – Одно слово, майор, и тебя пристрелят раньше, чем этот самолет пересечет границу. Сядь и жди.

– В зону вошла двойка американских истребителей, – ожил оператор радара.

– Ну, что? Готов расстрелять собственный пассажирский самолет на глазах всего мира? – ехидно спросил полковник, – Крик будет почище, чем после сахалинского Боинга. Тот хоть чужой был, а тут заведомо свой.

Раздавшийся звонок заставил всех присутствующих вздрогнуть.

Прежний сухой голос был категоричен:

– Отставить преследование, наши дипломаты договорились с американцами, пассажирский самолет будет садиться на их базе.

– Ну, вот, – полковник облегченно вздохнул, – Наверху приняли решение, а мы его доблестно выполнили. Отзывайте истребители. И наша совесть будет чиста.

– На чьей‑то совести это все равно останется, – пробормотал майор, желая, чтобы последнее слово осталось за ним, потом внезапно даже для себя спросил, – А если бы последовал приказ, вы бы выполнили его?

– Не знаю, – соврал полковник.

* * *

По‑прежнему на высоте 7000 метров

– Наши уходят! – послышался удивленный возглас.

Глянул в иллюминатор – там уже только американская пара. Один ушел вперед, скрывшись из виду, второй остался сбоку. Ведут нас, похоже. Облака поредели, теперь было хорошо видно, что под нами море. Вроде остров какой‑то виднеется вдали, но не очень четко, может просто кажется.

В салоне снова начало подниматься напряжение, ощущаясь на физическом уровне. Гул разговоров стал нарастать.

– Я больше не могу сидеть! Что происходит⁈ – подскочил один из пассажиров в задних рядах.

– Прошу вас, вернитесь на место, сохраняйте спокойствие, – бросилась к нему Лида, и мужчина, помедлив, опустился в кресло.

– Мы упадем? Мы погибнем? – внезапно начала всхлипывать молодая пассажирка.

– Не нужно бояться, – послышался громкий голос бортинженера, – Командир опытный, самолет полностью исправлен, топлива у нас еще хватает.

Вроде опять восстановили спокойствие – большинство пассажиров молчат, вжавшись в кресла. Поскуливающую девушку успокаивает ее соседка. Но шепотки по‑прежнему жужжат, кто‑то крестится, кто‑то судорожно перебирает вещи в ручной клади.

– Нас ведь теперь предателями будут считать?

Не понял, кто это сказал, но такие настроения нам не нужны. Я снова вышел в проход, отстранив бортинженера.

– Товарищи, нашей вины в произошедшем нет, как нет вины и остальной части экипажа. И претензий к нам не будет. Хотя, конечно, опрашивать по возвращению нас будут, – компетентным органам нужно будет выяснить, что происходило на борту во время полета, – признал я, – Но повторяю, к нам претензий быть не может. Случаи угонов самолетов уже были, ни на ком из пассажиров это не отразилось.

– А на мне уже отразилось, – с досадой рявкнул кряжистый мужчина, – Я три года отпуск копил, думал, оттянусь на море, путевку дали в Сухуми. Во, блин, отдохнул. Накрылся мой санаторий медным тазом. И валюты нету, так бы хоть подарков накупил по случаю. Да едришь ты такую удачу.

Он вдруг громко, от души рассмеялся. Напряжение, сгустившееся в салоне, прорвалось хохотом, захватив всех. С удивлением обнаружил, что и сам присоединился к веселью. Но хоть народ расслабился, это уже благо.

Продолжая истерически подхихикивать, посмотрел в иллюминатор. Американский истребитель никуда не делся. Пилот приветственно помахал мне рукой. Еще один шутник, блин.

* * *

[1] на самом деле в реальной истории угона Ту‑154 в 1985 году не было. Я использовал в качестве прототипа случай, произошедший на борту Ан‑24Б, летевшего по маршруту Нерюнгри‑Чита в 1985 году. Во время полета второй пилот Шамиль Гаджи‑Оглы Алимурадов запер дверь в кабину и, угрожая ножом, потребовал от командира экипажа Вячеслава Сергеевича Абрамяна следовать в Китай

[2] тут, признаться, расхождение с нашим миром, т. к. на аэродроме Угольный (Анадырь) до 1982 года базировался 529‑й ИАП ПВО, оснащенный Як‑28П, а с 1982 по 1992‑й годы – 171‑й Тульский Краснознаменный ИАП ПВО на Су‑15ТМ. Ну, а в этом мире полки базируются вместе

Вовремя этот мужик салон развеселил. И внешность у него такая… характерная, вот почти вылитый Евгений Николаевич Ладыженский. Ну, этот, который «школьный друг этого дурика», тот самый, который Сене и Козлодоеву желал «Ну, будете у нас на Колыме – милости просим». Этот тоже с Колымы, так что тоже может кого‑нибудь обрадовать фирменной фразой. И ведь почти тезка, только он Евгений Петрович Лодыгин и шрама у него на лице нет.