Танцовщица для подземного бога (СИ) - Лакомка Ната - Страница 3

Первый круг пройден и…

Мужчины разочарованно завопили — танцовщица не выбрала никого! Нарушение закона! Она обязана!..

— Выбирай, не тяни! — орали гандхарвы. — Выбирай, красавица!

— Я уже истекаю кокосовым молоком! — самый нетерпеливый бросился на Анджали, желая завладеть ее цветочной гирляндой, но не успел сделать и трех шагов, как его схватили сразу несколько человек и поволокли назад, усердно молотя кулаками.

— Только посмейте! — перекрыл грохот барабанов голос Коилхарны. — Она моя!..

На него набросились всем скопом, выкрикивая на разные лады: «Нет, моя! Моя!».

Анджали наблюдала за этим, как во сне, но танец ее не прервался ни на мгновение. Пусть разум был увлечен другим, но тело послушно повторяло заученные движения, вызывая восторг, и страсть, и исступление.

Танцовщица прошла и второй круг, не сделав выбора.

Гандхарвы обезумели, ринувшись вперед, и Сахаджанья крикнула, приставив ладони ко рту, чтобы ученица расслышала ее сквозь оглушительные вопли и дробь барабанов:

— Выбирай! Анджали! Не медли!..

Анджали и сама понимала, что невозможно тянуть с выбором дольше — еще немного, и распаленные мужчины бросятся на нее прямо здесь, на площади! Не прекращая танца и ловко ускользая от рук, ищущих ее схватить, Анджали начала третий круг… Страх и отчаяние снова хлынули в душу — как узнать среди этих дикарей чудовище? Как отыскать преображенного в человека змея среди людей, потерявших человеческий облик?..

Коилхарна, все же, одолел соперников, и теперь бежал к Анджали, отталкивая тех, кто пытался ему помещать.

Но тут огромный черный пес, напуганный шумом, выскочил из толпы и промчался наперерез гандхарву, подвернувшись ему под ноги. Коилхарна беспомощно взмахнул руками и рухнул ничком под общий хохот, взметнув тучи песка. Пес закружился на месте, ловя хвост, а потом сел посреди площади, высунув язык и оскалив клыкастую пасть.

Что-то в звере привлекло внимание, а потом Анджали вздрогнула, как ужаленная — на ошейнике пса была подвеска-ракушка со спиралевидным рисунком — Глаз Гириши!

Кто осмелился надеть на животное священный амулет?..

Пес повернул голову, и Анджали показалось, что в его темных глазах блеснули алые искры.

Неужели?..

Девушку так и бросило в жар — наг решил посмеяться над ней! Совпадение, или он услышал слова Джавохири? В любом случае, надо быть совершенно безумной, чтобы выбрать в мужья собаку!..

Анджали медлила, а пес, словно нарочно, начал вычесывать блох, задрав заднюю лапу до уха.

— Проклятая псина! — зарычал Коилхарна, поднимаясь. Он хотел пнуть зверя, но тот увернулся и помчался обратно в толпу.

Больше не раздумывая, Анджали кинулась за ним.

Она поднырнула под руку Коилхарны, который уже мечтал схватить девушку, и настигла пса, когда он был готов юркнуть между людских ног. Сорвав с себя гирлянду, Анджали накинула ее на шею пса — и время остановилось.

То есть это Анджали показалось, что время остановилось. На самом же деле, ее поступок вызвал такое негодование, что, наверное, сам Прародитель на седьмом небе услышал рев разгневанных мужчин.

— Она выбрала собаку! Она издевается над нами! — гандхарвы, только что умиравшие от желания, теперь жаждали не любви, а крови.

Анджали заслонилась локтем, когда кто-то грубо схватил ее за плечо, кто-то вцепился в волосы… Цветы, украшавшие прическу, полетели в пыль и были тут же растоптаны босыми пятками…

— Обманщица! Обманщица! — вопили женихи.

Сейчас они разорвут ее, растерзают!..

Надзиратели, наконец-то, посчитали, что пора вмешаться. Оттеснив разъяренных женихов, они подхватили Анджали под локти и увели к остальным танцовщицам, один из гандхарвов вел за ошейник пса, который совсем не сопротивлялся и выглядел весьма уморительно, украшенный цветами.

— Пусть выберет по-настоящему! — надсажался Коилхарна, и его поддержали остальные. — Это не выбор! Мы отказываемся его признавать!

Шум нарастал, волнения грозили перейти в самое настоящее побоище, когда вперед выступил жрец, в чьи обязанности входило освещение браков.

— Выбор был сделан по закону! — провозгласил он, и подождал, пока утихнут гневные крики несогласных. — Девушка может выбрать в мужья любое существо! Человек или якши, данав или дикий зверь — это ее право, и никто не смеет ей мешать!

Анджали пыталась подобрать рассыпавшиеся волосы и одновременно разглядывала пса. Она не ошиблась? Она и правда не ошиблась?..

Наставница Сахаджанья схватила ее и сильно встряхнула:

— Ты что натворила, сумасбродка?!

Она встряхнула ее и второй раз, и третий, и Анджали почувствовала, что сейчас потеряет сознание — от криков, от шума, который раскалывает голову, от этой бешеной тряски…

Но вот голос священника перекрыл все, заставив отступить и шум, и наставницу Сахаджанью, и бесновавшегося Коилхарну:

— Возьми своего избранника, девушка, и обойди священный огонь, чтобы свершилось таинство брака.

Словно во сне Анджали наблюдала, как их с псом связывают полосами красной ткани, как осыпают душистыми цветочными лепестками, как священник окунает палец в кармин, чтобы окрасить пробор на голове новобрачной, потому что жених не имел рук и пальцев, чтобы сделать это самому.

— Обойди вокруг огня, — велел священник, и Анджали послушно двинулась посолонь вокруг костра.

Пес поджал хвост и попробовал улизнуть, едва не опрокинув новобрачную. Анджали удалось сдержать его, потянув за красную ткань, и это послужило поводом для насмешек. Гандхарвы захохотали, указывая на девушку пальцами. Только что молившие ее о любви, они были оскорблены отказом и жаждали отмщения.

— Еще не женился, а уже пожалел!

— Это точно пес, а не сука?

— Достойный супруг для гордячки!

Насмешки летели со всех сторон, но Анджали, даже не изменившись в лице, трижды обвела пса вокруг священного огня. Их осыпали просом и рисом, а потом проводили в хижину для первой брачной ночи.

Едва закрылась дверь, и молодожены остались одни, пес вскочил на постель и улегся на нее, вывалив язык.

Подождав, Анджали тихо спросила:

— Это вы, господин?

Пес принялся выкусывать из хвоста блох, а девушка молитвенно сложила руки и встала на колени рядом с ложем:

— Если это вы, господин Танду, то ответьте! Не мучайте меня! — она готова была заплакать от отчаяния, но крепилась. На ошейнике пса болтался кулон с изображением Глаза Гириши, и это не могло быть совпадением…

Дверь скрипнула, открываясь, потому что Анджали позабыла ее запереть, и на пороге появился Коилхарна.

В крохотной тростниковой хижине сразу стало тесно, потому что гандхарв, казалось, занял собой все свободное пространство. Нависнув над Анджали, он пожирал ее взглядом — сильный, злой, распаленный страстью и отказом.

— Разговариваешь со своим мужем? — спросил он, раздувая ноздри.

— Рассказываю ему о своей любви, — ответила Анджали, медленно поднимаясь. — А тебе здесь делать нечего, медноухий. Убирайся!

Она даже толкнула его в грудь, не помня себя от страха и злости, что он мог услышать, как она называла пса.

— Уходи! Третий не смеет входить в хижину на сваямваре! — она толкнула его еще раз, но Коилхарна перехватил ее руку и дернул девушку на себя.

— Ты только моя, — сказал он, страшно сверкая глазами. — И ты знаешь это!

— Пусти! — Анджали попробовала вырваться, но Килхарна не отпускал ее, пытаясь поцеловать.

Они молча боролись — боролись яростно, исступленно, и Коилхарна, несмотря на свою силу, не мог справиться с танцовщицей — ее умащенное тело невозможно было удержать — руки скользили, да и сама она была гибкая, как змея, а потом еще ухитрилась вцепиться в лицо гандхарва ногтями, расцарапав до крови и добираясь до глаз.

Зашипев от боли, Коилхарна отпустил девушку, и она сразу отбежала к ложу, на котором беззаботно валялся пес, с интересом наблюдая за событиями в хижине.