Неправильная ведьма для проклятого дракона - Ушкова Светлана Васильевна - Страница 3

Сколько времени я так провела, даже примерно не представляла. Вздрогнула и оторвалась от букв, только когда дверь моих покоев с грохотом распахнулась, а от порога раздался строгий голос матери:

— Лилия Виринея Эннебат-Таркаль!

Я удивленно хлопнула глазами, а в следующий миг почувствовала, как легкий страх прокрался в поджилки: «Узнала, что я была в городе без сопровождения?»

Пришлось призвать на помощь все свои актерские таланты, чтобы не выдать себя раньше времени. Вдруг повезет, и получится избежать морального избиения на тему собственной безопасности.

— Что случилось? — обеспокоенно спросила я.

— Только не говори мне, что ты забыла про королевский бал! — все в том же обвинительном тоне выдала родительница.

Я невольно облегченно выдохнула. Но под прожигающим материнским взором тут же нервно сглотнула. Потому что да, забыла.

Я посмотрела на часы, стоявшие на комоде. Они показывали половину пятого. Потом перевела взгляд обратно на мать в алом бальном платье и ярком вечернем макияже. И с горечью поняла: удача — слишком ветреная девица!

— Немедленно собирайся! — рявкнула Верховная Ведьма и взмахнула рукой.

Невидимой магической плетью книгу вырвало из моих пальцев и отбросило на соседний диванчик.

— До финала оставалось всего несколько глав, — жалобно протянула я, увлекаемая матерью в сторону спальни.

— Дочитаешь по возвращении, — безапелляционно заявила она. — Сегодняшнее торжество никакая мнимая болезнь тебе пропустить не позволит. И на нем ты должна блистать!

— Всем, кому должна, я все прощаю, — пробурчала я, без сопротивления садясь на пуфик и позволяя вызванной прислуге начать накладывать макияж.

— За это они поблагодарят тебя лично на королевском балу, — припечатала родительница и продолжила пристально наблюдать за моими сборами.

Пришлось отбросить мысли о саботаже. Я в принципе не любила официальные встречи во дворце и всеми доступными способами их избегала.

Танцы, вино, изысканные закуски — единственные плюсы подобных мероприятий. В остальном… королевский бал — это вам не день рождения подруги и уж тем более не шабаш, где можно расслабиться и быть собой. Отдых и веселье оставьте за порогом дворца. Здесь надо улыбаться, особенно вежливо, если хочется плюнуть собеседнику в лицо.

Даже пока об этом думала, у меня немного свело челюсти.

— Расслабьте, пожалуйста, скулы, леди Лилия, — тут же донеслось от накладывающей румяна горничной.

Я глубоко вдохнула-выдохнула и постаралась не мешать делать меня красивой.

Это давалось нелегко!

Уже три года после своего официального выхода в свет я стараюсь относиться к подобному притворству, как к данности. Но при этом каждый раз коробило.

Искать сострадания у матери было бесполезно. Она хоть и понимала меня, но прогуливать все подряд официальные королевские приемы не позволяла. Так что уже вскоре я, полностью собранная, сидела в самоходной карете с серебряным родовым гербом на борту и нервно крутила браслет на руке.

Его мне выдали в пятнадцать лет перед моим первым выходом в свет, и он стал обязательным атрибутом всех моих прогулок за пределами усадьбы. Инкрустированная небольшими черными бриллиантами узкая полоска из белого золота искажала ауру, позволяла пользоваться магическими предметами и обеспечивала стандартной защитой.

За три года непрерывного ношения я перестала замечать его тяжесть на запястье. Но сейчас артефакт почему-то раздражал. Возможно, я просто хотела туда, где браслет совершенно необязательно носить, где уютное кресло, горячий чай и последние захватывающие главы романа... А не вот это вот все!

— Не дергай его, — спокойно, но строго осадила меня сидящая напротив мать. — Иначе опять «случайно» разрядишь.

Верховная Ведьма всего Даниндэма одарила меня пристальным выжидательным взглядом. Словно пытаясь увидеть во мне что-то новое. Когда она так смотрела на подчиненных, они обычно напрягались. Я не была исключением, потому что мне предстояло слукавить. Опять.

— Я не виновата, — коротко буркнула я и поторопилась отвернуться к окну.

Говорить про очередной эксперимент бабули, которая до сих пор надеялась пробудить во мне ведьмовскую кровь, я не собиралась. Мама подобное развлечение не одобряла. И была права. Изготовление неопробованных зелий опасно. Напитывание их моей особенной магией — непредсказуемо опасно. А теряющая свои силы пожилая ведьма вряд ли могла справиться с возможными последствиями.

В общем, мама запретила подобную самодеятельность. Но, кроме меня, придерживаться правил никто не желал. А я каждый раз велась на бабушкин энтузиазм. Потому что где-то в глубине души надеялась стать… нормальной. Как все. Хотя бы наполовину.

— Ну-ну, — хмыкнула родительница, пока я усиленно делала вид, что рассматриваю улицы столичного пригорода. После чего спокойно поинтересовалась: — У тебя вся книжка танцев расписана на этот вечер?

— Как всегда, — вздохнула я, вспомнив еще один минус масштабных мероприятий.

Навязчивые кавалеры!

И даже моя магическая ущербность их не смущала. Ведь миром правит не только магия, но и деньги с хорошими связями. Породниться с Верховной Ведьмой мечтали многие и постоянно меня осаждали, принимая малейшую вежливую улыбку за зеленый флаг.

Собственно, чтобы никому не давать излишних надежд, я заранее составляла очередность из кавалеров и ни с кем не танцевала дважды. Иначе от воодушевленного подобной благосклонностью «жениха» потом было трудно отделаться.

— У меня к тебе будет просьба, — продолжила мама.

Я вопросительно обернулась к неожиданно мягко улыбнувшейся родительнице.

— Освободи пару первых позиций, — закончила она, чем окончательно удивила.

И снова напрягла.

— Ма-ам, — протянула с подозрением я. — Чтобы ты не задумала, я не буду в этом участвовать. В позапрошлый раз по твоей просьбе я согласилась дважды танцевать с виконтом ди Саром, чтобы поговорить о планах его дядюшки-контрабандиста. А потом пришлось серенады терпеть. А у него ни слуха, ни голоса! Да еще и заклинание усиления использовал, чтоб от ворот слышно было!

Верховная Ведьма довольно усмехнулась. Видимо, вспомнила, как поздно ночью разбиралась с молодым нарушителем спокойствия. Парочка проклятий на онемение и расслабление кишечника сработали как надо. Больше виконт нас не беспокоил, но я все равно некоторое время старалась вообще с ним не пересекаться.

— Уверяю тебя, этот мужчина не будет мешать тебе спать, — заверила мама, проникновенно посмотрев на меня. — И даже ничего узнавать у него не надо. Просто потанцуете, пообщаетесь, и все.

Я одарила родительницу скептическим взглядом. «Просто» и Верховная ведьма никогда не ходили одной дорогой. Но понять, что скрывалось за ее словами, не получалось. Мама за сотню лет научилась мастерски держать лицо. Вот и сейчас в льдисто-серых глазах читались лишь просьба и ожидание, а пухлые губы, покрытые алой бархатной помадой под цвет длинного струящегося платья, изгибались в легкой улыбке. Сама невинность и честность. Незнающий купился бы сразу. Да что говорить, я восемнадцать лет ее знала, и все равно периодически попадалась.

Но если задание с виконтом насквозь было пропитано государственными тайнами, и меня манило к ним прикоснуться, то сейчас просьба матери слишком напоминала попытку сводничества.

Не сказать, что такие маневры с ее стороны были редкостью. У мамы имелось свое виденье моей личной жизни. Абсолютно ведьмовское, где нет смысла ждать того единственного, а жить здесь и сейчас. «Как ты узнаешь, что это Он, если не попробуешь?» — любила говорить она, когда в очередной раз поднимала тему моего воздержания.

«Мне хватит и взгляда!» — парировала я в ответ, и на этом мы обычно расходились до следующего раза.

На самом деле я просто боялась сближаться с кем-либо. С моими магическими ограничениями мне были заказаны серьезные отношения с магами и драконами, а банальные интрижки и короткие встречи меня не интересовали. Хотелось настоящей любви, но при этом я понимала, что к планированию семьи лучше подойти с холодной головой, иначе был велик риск остаться одной и с разбитым сердцем.