Сбор урожая (СИ) - Ратманов Денис - Страница 14

Макс говорил почти в такой же ситуации, когда Ден пропал в петле, что если Крош молчит, значит, Ден живой. Лиза заставила себя поверить этой версии, но попробовала ее развить: возможно, кот кричал, потому что ему там больно, потому что сам испытывал отголосок этой боли.

Весь вечер Лиза молилась, чтобы опасность миновала, каждые десять минут открывала клановый интерфейс, сразу же зажмуривалась, но, когда открывала глаза, имя Дениса горело зеленым. Иначе и быть не могло: если бы он погиб, клан был бы проинформирован тотчас и распущен, все они стали бы добычей Охотников. Но Лиза уже знала, что будет открывать плашку до тех пор, пока он не вернется. Или пока зеленое не станет серым. Об этом варианте она себе думать запретила, но запрет работал плохо.

На базу Лиза не поехала, да и базы сейчас, считай, не было, потому что Гора сложила купол, Ситников вторые сутки провозился с ним и жилым модулем, а сборщики после того, как Денис принял в себя двух Охотников, знали эту точку наизусть. Пустошь они не видели.

Здесь стояли лагерем те, кого ее чистильщик принял в клан последними, здесь лежал на его следах Крош, и здесь было ближе к тому месту, откуда Дена забрали. «Клан — на Лизе», — велел он. Клан был здесь.

— Пани Лиза, вода на ночь есть, дрова есть, — доложил Марек, подойдя к ее костру. Поляк держал топор и выглядел так, будто с удовольствием нарубил бы еще чего-нибудь, лишь бы не сидеть без дела. — Посты я расставил, как велел пан Ситников. Что еще?

— Ничего, Марек. Спасибо. Иди спать.

— Спать, — усмехнулся он и повертел топор. — Спится тут, пани Лиза, не очень.

Он потоптал пепел у костра, потом все-таки закинул топор на плечо и побрел к своему шатру.

Лин, сидя у соседнего костра с блокнотом на коленях, что-то считала. Кореянка вела учет всему: людям, банкам, патронам, литрам воды. Ее блокнот Лиза уже про себя называла вторым интерфейсом клана.

— Тридцать шесть человек, — сказала Лин, не поднимая головы. — Еды на девять дней, если без ужина. Воды хватает. Патронов мало.

— Патроны нам Ситников подвезет, — ответила Лиза. — Спи, Лин.

— Я досчитаю, — отмахнулась кореянка.

Умирать никто не собирался, и это было главное. За день лагерь пустил корни: шатры в два ряда, очаг, отхожее место за развалинами, посты по кромке. Люди, которых Денис принял в клан за десять секунд до исчезновения, оказались в большинстве своем нормальными и работящими. Паникеров Ситников поставил на место еще вчера.

В общем чате всплыло сообщение от Тетыщи:

«Сводка за сутки. По базе тихо. По внешним меткам на Карте Жатвы изменений нет. Локацию Сведения вычислить не могу, так как исходных данных ноль. Прошу всех, кто вспомнит любые слова Дениса про Сведение, писать мне».

«Он говорил, что стравливают сильнейших, — отозвался Сергеич. — И еще говорил: не дождутся. Еш твою дрожь, вот и вся вводная».

«Молимся», — коротко написала Анна.

Лиза закрыла чат. Молиться, как Анна, она не умела, считать, как Тетыща, — тоже. Она умела другое — и после утреннего крика Кроша все яснее понимала, что искать Дениса придется ей самой.

Ночь прошла тихо.

А на рассвете третьих суток Лиза перестала ждать и начала готовиться. Прикинув расстояния, она решительно пошла искать испытуемого.

— Марек, — сказала она, поймав поляка у ручья. — Иди на границу нормальной земли и выхолощенной, к Кеме. Просто встань там и стой. Я тебя телепортирую, это не больно и неопасно. Проверю кое-что.

— Так точно, пани Лиза, — согласился Марек и пошел.

Когда его фигурка почти слилась с серым фоном, Лиза закрыла глаза и потянулась к нему через клановый интерфейс, активировав «Призыв». Затылок словно сжали невидимыми тисками… мир качнулся, и Марек, вскрикнув и вскинув автомат, возник в трех шагах от нее, не удержался и сел в траву.

— Матка боска, — сказал он с уважением. — И предупредила, а все равно неожиданно.

Встав и отряхнув пепел, он озвучил важное наблюдение:

— Первые три секунды — полная дезориентация.

— Прости. Мне нужно было проверить.

Купленный при помощи Дениса «Призыв» 3-го ранга сработал в восьмикилометровом радиусе, как и было обещано описанием таланта, притянув Марека к ее метке. Выходило, что мало найти Дениса. Надо будет подойти к нему на нужное расстояние, куда бы его ни засунула система, и уже оттуда выдернуть к себе. «Призыв» выпивал ее почти досуха и требовал шесть часов отката, так что попытка будет одна, потом придется долго ждать.

На кромке застыл Кема, с «Граммофоном» стволом вниз. Чешуя на его загривке так и не улеглась со вчерашнего дня.

— Ветер с моря, человек Лиза, — сказал он, не оборачиваясь. — Пахнет пусто.

— Ты это уже говорил, Кема. Что это значит?

— Так пахнет космос. Ничем.

Лиза постояла рядом с ним, глядя в мертвую серую даль, потом вывела перед глазами плашку корабля тримеров. Серебристая капля у купола спала, как спала все эти дни, только цифры таймера уменьшились.

До пробуждения оставалось около четырех суток.

«Четверо суток, Ден, — подумала Лиза, закрывая плашку. — Продержись, пожалуйста».

— Принял, — отозвался Центр после короткой паузы. — Но не сейчас. Ночь у меня занята: я считаю своих покойников, а потом восстанавливаю силы. Давай поговорим утром, на этом же канале.

Справедливо, покойников ему вчера завезли с запасом. Я выключил рацию и занялся делами, которых накопилось на всю ночь.

Ночевать рядом со школой я не рискнул и еще затемно перебрался в свою старую мастерскую — ту самую, с верстаком, тисками и смотровой ямой, где я когда-то выбирал себе лежку. Ранец распылителя ехал со мной от самой школы в «Сухом колодце»: снаружи тяжелый и гремучий, внутри кольца — невесомый. Сорок процентов заряда хватит, чтобы выжечь коридор в любой толпе, если не учитывать защитные поля и всякие щиты, большие и малые. Если со щитами, то три коротких залпа.

Ребра почти зажили — таблетки свое дело знали, — но глубокий вдох по-прежнему стоил осторожности. Ничего. Дышать вполсилы я умею.

Осталась одна задумка, и воплотить ее лучше, пока я не вырубился. Ручной смертоносный бездушный мне очень пригодится.

В лежке испытывать судьбу я не рискнул, переместился в соседний гараж, повесил «Светлячка» под потолок, встал посреди пустого помещения и вытряхнул из «Сухого колодца» свою тварь.

Она вывалилась на бетон по той же траектории, по которой падала в снег, для нее не прошло ни секунды. Она вскинулась, заверещала, крутанулась на руках-крыльях, выискивая энергетические жгуты, которые связывали ее с собратьями в одну гроздь. Сообразив, что осталась одна, она ринулась на единственное живое, что нашла.

На меня…

…и в то же мгновение «Сокрытие души» привалило ее эманациями Костегрыза. Тварь прониклась и подчинилась, села на задние лапы и заскулила.

Гнездо бездушных 3-го уровня

Эволюционирующая активная опустевшая оболочка, множественная сущность: 100%.

Вот, значит, как. Система считала ее не осколком, а целым гнездом из одной твари. То есть расти Гнезду ничто не мешало, была бы еда.

— Ну что, Тузик, к ноге, — скомандовал я, и тварь подбежала ближе. — Готовься, будем питаться.

Еду я привел через пять минут — выманил из соседского подпола тощего зомбака шестого уровня и упокоил его «Нагибатором» у самых ворот гаража. Над тушей поднялся жидкий рой, десятка два искр, и я отступил в сторону.

— Ешь, — приказал я твари.

Тварь покосилась на меня, на рой, снова на меня — и метнулась к туше, заработала челюстями, заглатывая души. Она не впитывала искры — именно заглатывала, видимо, на первых уровнях они так лучше усваивались. Плашка мигнула, сменив тройку четверкой. Один зомбак — уровень.

Посадить в кольцо тварь было проще простого: я протянул вперед руку, велев: