Наследник Даларана в Элден Ринг (СИ) - "Дракмир" - Страница 35

Глянув на порцию почти готового зелья я хмыкнул и решил попробовать.

У меня еще есть ингредиенты на повторное изготовление, а эксперименты — основа изысканий, так что я не колебался. Вот только свои «личные» руны использовать не буду.

— Собери для меня двадцать рун, Генрих.

— У меня есть столько.

Без малейших сомнений он тут же сформировал и отдал мне пылинки из золота.

Теперь, держа руны в руке мелкой горкой, я ощущаю их возможность слияния с зельем. Руны — это сущность мира, это потенциал, отлитый в формах рун, языке всех концепций и жизни. Таков этот мир.

Я поднес горстку рун к зелью и наполнил их маной, с посылом, желанием, стремлением!

Усильте это зелье!

Золотая пыль слетает с кожи в котел, сливаясь с жидкостью. Поверхность блеснула золотом, впитываясь в красный цвет, исчезая медленно, но без ряби или иной реакции.

Под моим испытывающим и любопытным взглядом красное зелье становится алым, насыщенным, почти чернея от насыщенности оттенка. Запах Рябины стал настолько терпок и силен, что ощущается вязкостью на языке.

Я зачерпнул готовый продукт ложкой и поднял к глазам, оценивая силу, заключенную в жидкости.

— Удивительно, — улыбаюсь я полученному результату. — Такой сгущенный и усиленный эффект, что лечебное зелье стало токсичным ядом. Знаешь, одной ложки хватит, чтобы ты умер за минуту, Генрих. В муках.

— Так оно испортилось? — погрустнел воин. — Простите, я думал, мой совет…

— Нет-нет, — прерываю я Генриха. — Ты не понял. Проблема только в концентрации, дозе. Это лечебное зелье. Просто его нужно разбавить водой маны, сбалансировать токсичность снова и это станет нужным Рябиновым Зельем. Я бы сказал, что в одном таком котелке сейчас минимум пять обычных объемов.

— Сколько это в склянках, тех что вы давали?

— Один котелок — десять флаконов. Это давно рассчитанный стандарт.

— Значит, пятьдесят! Удивительно!

— Да, — я щурюсь довольно. — Руны это чудо, открывающее возможности. Похоже, это универсальный усилитель всего, к чему их прилагают.

Потирая гладкий подбородок, я размышляю вслух:

— Знаешь, я бы никогда не стал придатком к алхимическому столу в погоне за золотом. Это значило бы ставить телегу впереди лошади. Мою ману и время нужно тратить с умом на настоящие исследования. Это касается и будущих учеников. Поэтому объемы зелий всегда задумывались как редкие продажи в начале и только внутреннее потребление в будущем. Я бы не делал больше котла в сутки. Но этот метод, руны, они все меняют… Один превращается в пять. С этим можно развернуться немного шире.

Если Генрих не ошибается в ценности моих зелий для города, то я не буду довольствоваться просто одним домом в черте города.

Я могу заключить хорошую сделку на постоянные поставки и взять авансом сразу землю, рабочих, ресурсы. Начать постройку Башни Магов раньше, не копя по монете.

Если все сделать правильно и поставить себя адекватно, думаю, не составит большого труда влиться в элиту Агилара и стать незаменимой частью.

Я высказал эти мысли Генриху. Воин кивнул.

— С вашей силой и умом, да еще и зельями, любая власть в Замогилье не проблема, если сразу не бросать вызов Годрику и Замку Грозовой Завесы. Постройка Башни? Они согласятся, если мозги еще не сгнили.

— Хорошо. Больше не будет ничего интересного для тебя, так что…

Намек яснее некуда, Генрих поблагодарил меня и удалился из шатра.

Я остался один, спокойно переливая разбавленное зелье по флаконам и убирая в зачарованную сумку одно за другим. Привычная работа не требует и толики ума, руки делают все сами.

Башня Магов без ресурсов и помощи Даларана не будет легким предприятием. Я один здесь примерно представляю, как это должно выглядеть. В Наследии должны быть нужные мне записи.

Я не трогал их, чтобы не ощущать горечь потери, но понимаю, что рано или поздно придется взять себя в руки и все пересмотреть. Надеюсь, про строительство Башни Магов там найдется информация.

Но даже если нет, я еще помню устройство Башни учителя, примерное понимание имеется, остальное можно спроектировать самому. Для мага нет нерешаемой проблемы, а если есть, то просто еще не хватает знаний и силы, чтобы понять как.

В конце концов, хоть и с горечью ненависти, приходить признавать… Даже Даларан был уничтожен магией. Магическим ритуалом невероятной силы, невиданным нами ранее, полным Скверны, но Скверна это тоже магия. Как и Природа, Свет, Смерть… И, конечно, Тень или Тьма, кому как удобнее.

В широком смысле Магия — это фундаментальная истина, подчиненная магу в любой форме, которую он желает выразить. Просто Даларан сосредоточен на Тайной Магии, Аркане, как на самой стабильной, нейтральной и никому не подчиненной силе.

Нас сокрушили и победили, это поражение без следа отговорок с моей стороны. Но победили нас магией, так что неохотно признаю это. Архимонд превзошел нас.

Но почему он сразу же ударил по Даларану, как только явился в Азерот? Да потому что тоже знает всю опасность подготовленного мага. Потому же Артас сразу направил всю собранную в Лордероне Нежить на Кель-Талас, против Эльфов, в чьих записях сохранились техники против демонов. Только теперь, рассматривая уже случившееся, я все осознаю. Плеть всегда была пешкой стоящего за ней Пылающего Легиона.

Даларан обладал даже большим потенциалом, чем заставшее в лени и высокомерии Высшие Эльфы.

Мы нашли ключ к Нежити, не пуская ее к городу. Плеть сокрушила Эльфов, но сломала зубы о Даларан.

Нашли бы подход и к демонам, дали бы срок. Нашли уязвимости, подчинили слабых, сокрушили сильных, заимели союзников на просторах Вселенной. Пылающий Легион явно не одну цивилизацию оскорбил.

На все это были не способны праведные, но привязанные к догмам и земле лорды и короли. Сила одних только мечей и храбрости не может бросить вызов Пылающему Легиону и Плети.

Только маги.

Вот почему нас уничтожили с такой яростью и сокрушительной силой, стараясь не медлить ни дня.

Это выразило страх врага перед нами. Теперь, понимая это, я больше не допускаю мыслей о том, что путь Даларан неверен.

У меня мелькали мысли в тенях ночи, дреме без сна. Если Скверна так могущественна, то значит ли это что только Скверна может побороть Скверну? Стоит ли мне… Обратиться к иной, более могучей силе?

Это мысли, которые пришли бы в голову любому. Особенно человеку с большей гибкостью ума.

Но времена слабости духа прошли, здравость и рациональность больше не допускают и мысли о подобном. Теперь меня поддерживает не только гордость и привязанность, но настоящая уверенность.

Тайная Магия и знания Кирин-Тора никому не уступают. Мы потерпели поражение, но это проигрыш лишь в битве, а не войне.

Однажды я вернусь… И поставлю всех врагов Даларана на колени!

Каждый раз, оставаясь в одиночестве, мои мысли циклично приходят к одержимости местью. Это выматывает, злит и раздражает, но я просто ничего не могу с этим поделать. Только время поможет.

Эти чувства опустошающей потери, грусти до слез и злобы желание причинить врагу в сто раз больше боли и страха… Они невыносимы.

Я успокоил дыхание, возвращая всколыхнувшиеся эмоции в озеро спокойствия. Терпение, мне необходимо терпение.

Импульсивность нередко подводит людей, но терпение — никогда.

Огонь мести утих, став углями, мерно тлеющими, никогда не затухающими совсем, но это тот пожар, которому я не позволю поглотить себя.

Я сделаю наше поражение и будущую победу всего лишь страницами в длинной истории Кирин-Тора, а не определяющими мое бытие факторами, поглощающими меня без остатка.

Слышали бы меня мои враги, хохотали бы над «наивным высокомерием» побежденного. Но без таких мыслей, без этой безумной, нелогичной уверенности, я так и останусь побежденной собакой, пнутой так сильно, что даже не осмелится гавкнуть в ответ.

Я должен верить…

«Только ты способен на это, Бальтазар, только ты один из всех!»