Истинная ведьма дракона (СИ) - Солейн Анна - Страница 26

Редкий цвет, можно сказать — по-королевски редкий.

— Я не… Я не знаю! — выпалила я, пытаясь справиться с внезапным испугом. — А если бы из-за тебя, Сеймур, не пропала моя тетрадь, — были бы шансы выяснить!

Он нахмурился. Скрестил руки на груди и вздохнул.

— Разломы пространства, из которых появляются элементали, — часто признак древнего проклятия. Так называемый магический след, побочный эффект. Редкий, потому что проклятья такой силы — почти невозможны. Здесь я должен пояснить, раз уж зашла речь, что у каждого проклятья есть…

— Срок исполнения, Сеймур! — перебила я. — Не веди себя так, как будто ты единственный здесь прочитал больше одной книги!

По спине пробежали мурашки. Элементали были древними хтоническими монстрами, которые появлялись, кажется, совершенно непредсказуемо. Но, как выяснилось, драконы знали об этом намного больше. Я была темной и думала, что знаю о проклятьях все! Но выяснилось, что у Сеймура, дракона, больше информации. Ну конечно. Уверена, никто, кроме драконов, об этом не знал.

Драконы, представители древнейшей и сильнейшей расы, вообще не спешили делиться своими знаниями с другими, при этом умудряясь вести себя так, как будто одним своим фактом делают остальным огромное одолжение.

Я усилием воли отогнала от себя мысль о том, что откровенный рассказ Сеймура об элементалях — это само по себе вопиющий случай. И большой признак… доверия? Того, что он в самом деле готов действовать сообща?

Как он там сказал? Защищать слабых — его долг?

Неужели он в самом деле способен ему следовать?

Еще немного — и я начну ему симпатизировать.

— Никак я себя не веду. Просто мое образование намного лучше. Я дракон, а значит — умнее по определению. И по определению знаю больше. А ты, в силу своего деревенского происхождения и того, что ты темная…

Все, прошло. Никакой симпатии.

— Лучше не продолжай, — пригрозила я. — Иначе я скажу бабушке, что ты любишь настойчивых и страстных женщин.

Он сглотнул. Кажется, я впервые увидела Сеймура испуганным.

— А Маре — что любишь помоложе! — продолжила я. — Ты думаешь, что срок исполнения проклятия…

— Твой двадцать пятый день рождения, если ты не станешь чьей-то женой, — кивнул Сеймур. — Но — ты уже замужем. А проклятье почему-то не разрушено. В этом загвоздка. Нужно разобраться с тем, кто и зачем тебя проклял, кто проклял весь ваш род, иначе… — Он замолчал. — Иначе помочь не сможет даже сам Великий дракон. У нас две недели, а пока — я знаю, как тебя защитить.

“Кр-р-рк!” — горшок с ядовитым растением наконец добрался до лестницы.

— Это древний способ, — проговорил Сеймур, отведя взгляд. С него как будто слетела разом вся дурашливость. Он стал серьезным и напряженным. — И не думай, как будто я от него в восторге.

Сеймур сжал губы.

Да что с ним? Никогда его таким не видела.

— Ну так может — обойдемся без этого?

— Как ты не понимаешь, Фиар? — рявкнул он. — Дело не только в тебе и во мне! — Он замочал. — Знала бы ты, как мне этого не хочется…

Не договорив, Сеймур подался вперед и накрыл мои губы своими. Я попыталась его оттолкнуть, но у меня предсказуемо ничего не вышло: Сеймур только сжал меня сильнее.

Поцелуй?

Что за ерунда? Это он так распинался перед тем, как меня поцеловать? Всего-то?

Можно было как-то… поменьше пафоса? Не жабу же он целует! Можно и потерпеть, раз по его мнению, это так важно. Представил бы на моем месте ту темноволосую стерву — и целовал бы спокойно.

Не успев толком удивиться, я сообразила: то, что я приняла за поцелуй — оказалось кое-чем другим. Темный же князь! Проклятье! Только этого не хватало! А ну отпусти! На такое я точно не соглашалась!

Но было поздно. Нас накрыло золотистым куполом магии Сеймура, толкнуло друг к другу и… да чтоб темный князь тут все пожрал. И мне в голову хлынули образы из головы Сеймура.

Это уж точно не могло быть моими воспоминаниями, потому что я никогда бы не могла увидеть себя со стороны. Как вхожу в ворота академии, оглядываюсь со слишком счастливым для темной ведьмы выражением лица, как совсем рядом с моим ухом (вернее, не моим, а Сеймура) раздается свист и тихое: “Вот это цыпа!”. А дальше, уже другим голосом: “Она же темная, фу!”. “Тем проще”, — ответил первый голос и парень, сидящий рядом со мной (с Сеймуром) встал.

Дальше я увидела со стороны, как ко мне подошел один из дружков Сеймура, высокий, светловолосый и бледный. Улыбка на моем лица в воспоминаниях Сеймура стала совсем уж радостной, и я почувствовала досаду (или это были отголоски эмоций Сеймура?)

Этот момент я отлично помнила: мне казалось, что мы с этим блондином подружимся. Я вообще была так рада оказаться в академии и хотела со всеми познакомиться поближе! Нам же сказали на вступительном ужине, что мы все здесь друг другу друзья, несмотря на тип магии.

Потом выяснилось, что светловолосый просто хотел затащить меня в постель, а когда я твердо назвала маршрут, по которому ему стоит пойти, растрепал по всей академии, что все-таки у нас все случилось и что я — та еще темная. Стоит только заплатить или надавить посильнее...

А потом как-то случайно отравился. Очень сильно случайно.

Концов так и не нашли, а я убедилась в своей теории: что бы ни варила темная ведьма, будь это хоть целебное зелье, хоть куриный суп, получается у нее все равно яд. Особенно если совершенно случайно добавить туда лепетски мортикус веномифольи.

Вернувшись мыслями в настоящий момент, я едва не застонала. Потому что следующая картинка, которая появилась перед глазами, — я смотрю на Сеймура. И на лице у меня… то же самое выражение, что у всех существ женского пола, включая мою бабушку и крохотного нетопыренка, когда те смотрят на Сеймура.

Восторженное.

Нет, я его убью. Пускай только отпустит. Он не должен был этого видеть!

До сих пор я только слышала о том, что драконы такое умеют.

Это называлось “Купол защиты” и представляло собой буквально купол. Дракон мог накинуть его на жену, чтобы уберечь ее от опасности. Смысл этого магического плетения состоял в том, чтобы сохранить будущее потомство и, конечно, слабого члена семьи — не-дракона. Собственно, накидывался купол именно таким способом — через поцелуй, потому что вторыми половинками драконов как раз время от времени становились люди, которых нужно было защищать. Но это было еще полбеды.

Во время этого “Купола защиты”, чтоб ему провалиться, дракон делился частью своей силы. Действовало это… через слияние мыслей. Частичное.

Которое сейчас и происходило. Я видела воспоминания Сеймура обо мне. Он… мог видеть мои воспоминания о нем. И, судя по всему, на чувства это тоже распространялось.

Проклятье-проклятье-проклятье!

Этого еще не хватало.

Стоило бы задаться вопросом, откуда я так много об этом знаю, учитывая, что никогда не имела дел с драконами и уж точно не собиралась ни с одним из них целоваться. Но сцена с “Куполом защиты” присутствовала практически в каждом романе о том, как дракон влюбляется в простую девушку.

Я такие романы, в мягких обложках, которые обожали все девушки в столице, разумеется, не читала. Никогда в жизни. И уж тем более не покупала! Еще не хватало. Я же все-таки темная.

Поцелуй длился и длился, я в отчаянии наблюдала за самой собой глазами Сеймура: все три года в академии проносились передо мной исключительно быстро. Вот я завтракаю, вот сижу на занятии, поправляю волосы, иду по коридору, радуюсь отличной оценке... Подбрасываю пауков за шиворот одной заносчивой леди, подсыпаю яд в кружку преподавателю по истории магических искусств, с невинным видом растягиваю темную ловушку на пути одного высокомерного дракона…

Все эти пакости я делала от души и не просто так: не все могут за себя заступиться, должен же кто-то был восстановить справедливость?

А Сеймур… он что, следил за мной?

Кроме картинок я улавливала еще и его эмоции: раздражение, неприязнь, злость — целое море злости.