Багровая тьма - Безденежных Анастасия - Страница 3

Зоя, проигнорировав выпады обоих, продолжила:

– Это не единственный ритуал. Ищейки нашли и другие. Растерзанные животные, много крови и костей. Вот, это произошло в окрестностях Измайловского парка.

Зоя открыла новую вкладку, замелькали фотографии. Влад слегка поморщился: даже через экран он ощущал энергию мёртвых, и та царапала изнутри, шептала: «Ты тоже близок к нам». Отставив бокал, Влад перелистал все снимки. Выглядело мерзко. Он посмотрел на Зою поверх красных очков:

– И что, в этом тоже виноваты вампиры?

– Мы не знаем, – подал голос Егор, – но похоже на эксперименты. Я со своей стороны их тоже изучил, но, увы, не вывел закономерности узора. Даже ключи неясные. Поэтому остановился на версии о вампирах. Если я не прав, что ж…

– То вряд ли извинишься, так? – Влад упёрся взглядом в Егора.

Зоя провела пальцем по ноутбуку – изображение растерзанного пса сменилось на фотографию молодого парня: светлые вьющиеся волосы, свободная блестящая рубашка, брюки клёш, уши усыпаны колечками пирсинга. Захар, художник-иллюстратор и возлюбленный Ясвены.

– Его нашли неподалёку от одной из могил, – пояснила Зоя. – Он клянётся, что ни при чём и видел кого-то ещё, но толком не рассмотрел. Никаких доказательств вины нет, так что мы его отпустили. Если он что-то и знает, то скорее расскажет тебе. Или Ясвене.

– А я принесу вам злодея на тарелочке, – язвительно ответил Влад.

– Влад. – В голосе Зои прозвучало бесконечное терпение. – Ковен – это весьма свободная организация. Да, у нас есть Договор и Совет. Есть ведьмы и ведьмаки, готовые помочь с расследованиями, но они это делают в свободное от работы и семей время. Мы не полиция. Но и не хотим, чтобы в Москве на каждом углу завелось по вампиру или ведьме, которые раскапывают могилы ради своей прихоти. Помоги нам.

– Я не ищейка Ковена, Зоя. – Влад подался вперёд, сцепив пальцы в замок. – И ничего вам не должен. Разве нет?

– Действительно, какая тебе разница, что в Москве смерть за смертью, – фыркнул Егор. – Или, может, это по твоему распоряжению тут проводят эксперименты? Откуда нам знать, сколько у тебя подопечных.

– Теперь двое, – процедил Влад. – И ты это знаешь.

Егор будто хотел что-то сказать… но только поджал губы.

– И Ковен не готов к другим, – с нажимом произнесла Зоя. – А твоя подпись в Договоре стоит.

Влад откинулся на спинку кресла. С неохотой он признавал правоту Зои. Он никогда не хотел убивать, а если кто и мог отыскать вампира в Москве, так это он. Ковен старался их выявить, но многие проклятые хорошо скрывались и шли на ухищрения, чтобы не попасться и не вредить слишком уж заметно. Но смерти… это уже другое. Влад допил вино и коротко ответил:

– Я узнаю, что смогу.

– Спасибо. Если нужно, привлекай некромантов. – Зоя развернула ноутбук к себе и защёлкала клавиатурой. – И, Влад, Ковен не забывает тех, кто ему помогает.

– Безмерно счастлив быть полезным.

– А уж мы как счастливы, – усмехнулся Егор.

Влад никак не отреагировал и, поднявшись, кивнул только Зое:

– Ночь только начинается. Советую прогуляться, осенний воздух прекрасен.

Он вышел из кабинета и уже на улице достал телефон и набрал номер Ольги – пора утолить голод, а она, прощаясь, намекнула, что будет рада его звонку. Ответила после двух гудков, на фоне шумел душ. Влад спросил про её любимую кухню – и они договорились встретиться в пабе рядом с её хостелом.

Приятное предвкушение покалывало внутри.

Кровь.

Чёртова кровь, она едва вымывается. Из-под ногтей, с ткани джинсов, со спутанных волос. Хочется орать, разбить зеркало, и этот порыв наполняет почти до краёв.

На правой руке блестит кольцо, и кажется, под лапками металла, удерживающего камушек, тоже кровь. Чёрт, чёрт, чёрт!

Джинсы проще выкинуть. Сырой воздух ванной холодит голые ноги. Под душ, смыть кровь, разводы с рук и бёдер, на которых видны синяки – от его страсти. Чёрт! Мысли как в лихорадке. Надо убрать следы. И выйти из ванной, и уснуть…

Кровь. Чёртова кровь! Её слишком много. И я никогда от неё не отмоюсь.

Елена любила возвращаться домой с рассветом.

Ловить моменты, когда дороги пусты и их омывают первые лучи солнца, а город возвращается из тьмы в свет, проступает сквозь дымку и обретает чёткость линий. Казалось, у мегаполиса всегда два лика. Один наполнен мраком, только огни становятся проводниками, и то – поверишь ли в них? Не уведут ли они, подобно болотным, туда, откуда нет возврата? И лучше помнить: всё не то, чем кажется.

Другой лик – про свет. Про сияние стекла и отражения. Про чёткие пути и далекий горизонт, про солнце между ветвей леса.

Елена любила проходить по грани между ними, пить и тьму, и солнце, желая познать и то и другое. А Ковену нужны те, кто умеет говорить с мертвецами и кто караулил бы свежевырытые могилы, зарывал бы старые кости, найденные в лесах, и шептал колыбельные для неприкаянных душ.

Как этой ночью.

Юркий мотоцикл взревел на последнем повороте – слишком резко выкрутила ручку газа.

Елена заглушила двигатель, слезла с кожаного сиденья и подошла к калитке. Щёлкнул замок, открывая проход в дивный сад с мерцающей подсветкой. Кольнула защита, которая не пустила бы того, кто несёт с собой запах смерти, Елена стянула шлем и с удовольствием прогнулась в пояснице. Так приятно! Вот поспит и займётся йогой. Может быть.

Тихий сад, веранда в первых опавших листьях, запах осени.

Только бы ночь Леры прошла спокойно.

Дверь на террасу недовольно лязгнула потёртым стеклом со старой трещиной. Давно пора поменять, но Елена постоянно забывала.

Войдя в дом, она стянула тяжёлые ботинки и старую потрёпанную куртку. Надо бы разориться на новую, из настоящей кожи… если только под её грудь такие шьют, а то каждый раз поездка в мотомагазины заканчивалась жгучим стыдом и смущением. Проще заказать на Wildberries.

Елена прошла в кухню, мечтая о чашке чая и размышляя, где сестра. На стареньком диване среди пледов и оставленного Лерой свитера крендельком скрутилась Дымка – серая пушистая кошка, которую пару лет назад она приютила, увидев в одном из чатов Ковена объявление. Лера восторженно пищала и обещала возить к ветеринару, кормить и стричь когти, но разве что время от времени вычёсывала и заказывала игрушки.

Дымка сонно приоткрыла сизо-голубые глаза и зевнула во всю широкую пасть, видимо пытаясь понять, чем таким важным занимается старшая хозяйка в такую рань. Елена рассеянно почесала её за ухом. Спать не хотелось, но календарь напоминал о списке дел на день, перед которыми стоило отдохнуть.

Чайник зашумел. Залив кипятком сбор трав, она вышла в коридор. Дымка лениво спрыгнула с нагретого пледа и важно отправилась за ней. Елена не сразу обратила внимание на странный шорох – дом дышал и жил сам по себе. Но силуэт на первой ступени лестницы, ведущей на второй этаж, походил на Лерин. На всякий случай Эля окликнула:

– Валерия? Всё хорошо?

Сестра замерла и обернулась: хрупкое маленькое создание, вот только милое личико исказила ярость. Если Лера и хотела ответить тихо, ей не удалось:

– Сколько раз тебе говорить: не называй меня Валерией!

– Извини. – Елена поморщилась, чувствуя себя виноватой. – Тяжёлая ночь, все мысли вверх тормашками. Как ты?

Лера соизволила развернуться, хотя и закатила глаза, и охапку одежды к себе прижала так, будто клад прятала.

– Я бросила проект к чертям собачьим. Не сдала работу в срок, поссорилась с редактором. Теперь ещё извиняться придётся! А, совру. Скажу, что у меня выгорание.

Лера походила на фею: бледная кожа и ореол светлых пушистых волос, осиная талия, тонкие черты лица, которые подчеркивал пирсинг в ноздрях и на переносице. Да и одежду Лера любила блестящую, яркую, вызывающую. Сейчас же Елена едва узнавала сестру: под глазами круги, волосы спутались, на лбу испарина. Заболела? Или подступающее полнолуние? Елена уточнила: