Хочу замуж! (СИ) - Хаан Ашира - Страница 24

Удивительно, но профессия оказалась для нее идеальной. Конечно, она обтесалась до известной степени цинизма, но даже в свои тридцать пять, спустя двадцать с лишним лет ухода за людьми, она находила в себе какие-то тайные запасы тепла.

В частную клинику, где мы познакомились, она попала вообще чудом. Матушка одного из пациентов капризно потребовала, чтобы в роскошной палате за ней продолжала ухаживать медсестра из государственной больницы. Старшая медсестра присматривалась к Ленке меньше недели, прежде чем молча положить перед ней заявление о приеме на работу с написанной карандашиком зарплатой.

Цинизм ее никуда так и не делся. Как и тепло.

Удивительно, что Гордей разглядел под ее огрубевшей шкурой наивную девчонку, которой она себе никогда не позволяла быть.

Арка любви, надо же.

Свадьба через год.

Никакого секса.

Но меня что-то здорово корябало в этой истории, что-то ощущалось неправильным, как будто сказку собрали из разных наборов паззлов. Издалека выглядит как пестрый луг, а вблизи видно, что оттенки не совпадают.

— Я хочу самое дорогое свадебное платье, что можно купить в Москве! — сообщила Ленка потолку. — Можно даже без банкета. И без лимузина. Но платье — хочу!

— Самое дорогое… — задумалась я. — Какая-нибудь Вера Вонг?

— Я буду копить весь год! Ты не думай, что я дура, но понимаешь…

Нет, я не понимала. Но если ей важно именно платье — кто я такая, чтобы спорить?

Остаток вечера Ленка то вскакивала и начинала ходить по крошечной каюте, восторженно описывая, какая у нее будет свадьба, где самым главным символом будет то платье. То валилась обратно и лезла в телефон, чтобы найти и сохранить самые интересные модели.

Теплоход шел по Волге вдалеке от крупных городов, поэтому интернет был медленный, она бесилась, но продолжала радоваться своей будущей свадьбе.

Пакет с подарками она так и не заметила, а я не стала рассказывать.

Дождалась, пока она сходит в душ и заснет, прижав к груди телефон с сотней фотографий свадебных платьев и тихонько вышла из каюты, направляясь на солнечную палубу.

Дискотека уже отгремела и последние пассажиры спускались по трапам на свои менее привилегированные палубы, оставляя солнечную пустой. Я же шла в противоположном направлении.

Теплоход затихал, радио давно выключилось, полуночники догуляли.

Мои шаги по коридору скрадывались мягкими коврами, и к знакомой двери я подошла совсем неслышно.

Такая пылающая решимость потускнела за вечер. Ленка своим восторгом переключила меня в совсем другое состояние, и я уже не так жаждала надавать Виктору по морде. Хотя бы словесно.

Может быть, поступить, как он? Оставить пакет с подарками под дверью и уйти?

Но тогда получится, что я играю в его игру. А мне хотелось ясности и нормального разговора.

Поэтому я постучала.

Громко и решительно.

И в ту же секунду пожалела об этом. А спустя еще десяток секунд — пожалела еще сильнее.

Виктор открыл мне дверь, и я невольно отступила назад, прижавшись к противоположной стене коридора.

Он был почти обнажен — только удерживал одной рукой на бедрах белое полотенце. От его тела пышало жаром, а на загорелой коже блестели капельки пота.

Словно…

Словно он только что занимался чем-то очень энергичным.

Например, спортом.

Или…

Из каюты доносилась атмосферная тягучая музыка с мягким ритмом и без слов. Из тех, что обычно называют «музыкой для секса».

Вряд ли такой брутальный мужик, как Виктор, включает нечто подобное для собственного удовольствия.

С чего вдруг я вообще решила, что он будет один этой ночью?

С чего вдруг я вообще решила, что я у него — одна?

Мы ни разу это не обсуждали, а он…

— Извини! — нервно пробормотала я. — Я, похоже, не вовремя и ты… занят. Уже ухожу!

Виктор шире распахнул дверь и шагнул мне наперерез, перекрывая собой весь коридор.

В случае крушения его можно использовать вместо пневмодвери, не давая воде заполнить весь корабль.

— Куда ты собралась? Почему не вовремя?

— Ты не один же, — кивнула я на открытую дверь, откуда все еще доносилась музыка.

— Что за хрень? — нахмурился Виктор и удержал меня, ухватив за плечо.

Потому что я уже готовилась сбежать в противоположную сторону, еще не перекрытую его плечами от стены до стены.

Полотенце при этом маневре стало удерживать неудобно и мы оказались в неловкой ситуации. Огромный голый мужик держит меня, не давая сбежать, а я кошусь в проем двери каюты, все еще надеясь рассмотреть там что-нибудь порочащее его честь.

— Заходи, — он помог мне в этой миссии, втолкнув в каюту. Подобрал с пола полотенце и тоже зашел следом. Не стал уже заматываться, просто встал у двери, огромный и обнаженный как атлант, скрестив руки на груди. — Что значит — не один? С кем я по-твоему?

Я раздраженно дернула плечом, стараясь не смотреть ему ниже пояса. Не то чтобы там было что-то для меня новое, но как-то среди людей принято смотреть в глаза. В глаза, впрочем, тоже смотреть было неловко, как будто я была в чем-то виновата.

Поэтому мой взгляд скользил по окружающей обстановке.

Наверное, это выглядело так, будто я все еще пытаюсь высмотреть кого-то в его каюте.

Кого тут явно не было — приоткрытая в спальню дверь демонстрировала несмятую постель.

— Не понимаю… — Виктор покачал головой. — Что за мужчины у тебя были раньше.

— Нормальные, — фыркнула я.

— И первая твоя мысль — что я прячу здесь женщину.

— Ты сам сказал, что у тебя все бабы одноразовые! — возмутилась я, наконец подняв на него взгляд. — Что мне еще думать?!

— Одноразовые те, что только для секса или тематических практик.

— Так, а я… для чего?

Виктор не сразу ответил. Сначала он окинул меня взглядом с головы до ног, задержавшись на мгновение на пакете в моих руках, который я до сих пор держала, не зная, куда деть.

Потом еще раз окинул — с ног до головы, задерживаясь уже на других местах.

И эти места ему явно понравились, потому что его член, на который я старательно не смотрела, отчетливо налился кровью и начал приподниматься, ломая вообще весь разговор.

Взгляд Виктора вновь добрался до моих глаз.

Он едва заметно усмехнулся и шагнул вперед.

Член качнулся, перетягивая внимание на себя.

Я набрала воздуха в легкие, чтобы что-то сказать, хотя пока не очень понимала что, но не успела. Виктор сгреб меня одной рукой за талию, другой зарылся в волосы на затылке и наклонился, глубоко целуя.

— Я… — начала я, когда он отвлекся на то, чтобы мягко пройтись губами по моей шее, прочерчивая дорожку влажным языком.

Его рука занырнула под футболку, под бюстгальтер под ней и накрыла мою грудь.

А губы вновь завладели моим ртом.

Очень нежно.

Намного нежнее его обычных ласк.

Медленнее, аккуратнее, мягче.

В ритме музыки, которая продолжала звучать в каюте. В томительном ее ритме, который никуда не торопил, но держал пульс чуть-чуть на взводе.

Виктор, продолжая меня целовать, обеими руками задрал футболку и прервался только на пару секунд, пока стаскивал ее с меня.

Обе его ладони заскользили по обнажившейся коже, то ложась горячей тяжестью на грудь, то невесомо лаская плечи и спину.

Я медленно выдохнула и закрыла глаза. Прерывать процесс не хотелось.

Даже когда Виктор прижал меня к себе, и я ощутила, как напряженная плоть его члена вжимается мне в живот.

Мы вместе шагнули назад, развернулись, крутанулись вокруг своей оси — я откинула голову, позволяя горячим мужским губам пройтись по тонкой коже шеи.

Снова разворот… И я наконец поняла, что мы...

Танцуем…

Под ритмичную музыку, раскачивающую нас в легком трансе.

Поворот, медленное скольжение…

Настойчивые пальцы расстегивают мои шорты, ныряют внутрь, сразу под кружево, сразу туда, где уже горячо и влажно.