Хочу замуж! (СИ) - Хаан Ашира - Страница 23

— Что, опять? Настя! Ты же обещала!

Мне показалось, что Ленка обиделась всерьез на то, что утром я честно сказала — в Нижнем Новгороде я снова выпаду из свадебного коучинга.

— Я не обещала ездить по всем точкам. В Муром не поеду. Петра и Февронию мы уже о муже просили, они нас услышали. Или не услышали.

— А вдруг плохо расслышали? В Ярославле был только памятник, а тут мы на их родину съездим!

— Мне интереснее просто по Нижнему погулять. Там канатная дорога, Чкаловская лестница, местный Арбат с классными ресторанами. И закаты. Закаты, говорят, тоже красивые. Монастырей еще много будет.

Не хотелось ей говорить, что просветительская лекция Виктора про житие главных покровителей семьи так сильно меня впечатлила. Буквально как сообщение, что Деда Мороза не существует. Просить такого семейного счастья больше не хотелось.

— Когда еще Муром увидишь!

— Когда еще в Нижнем побываю? — отбила я подачу.

Ленка умеет быть жесткой. Но и я тоже.

На моей стороне было время — ее ждал автобус, а я могла пойти гулять или вернуться на теплоход в любое время. Так что я победила.

Помахала вслед автобусу с Серафимой и девочками платочком и отправилась осваивать один из любимых москвичами городов на Волге. О том, что жители Москвы массово ломятся сюда на выходные и в отпуск мне рассказали сначала прямо на причале, где я купила кофе, потом таксист, который вез меня в центр — недалеко, но альтернативой было преодоление огромного количества крутых лестниц — и официант в симпатичном итальянско-грузинском ресторанчике, принявший мой заказ. Карбонара и хачапури — идеальное сочетание, я оценила.

Пообедав, я пошла дальше гулять по городу. Спустилась по всем пятистам шестидесяти ступеням Чкаловской лестнице, прокатилась в кабинке канатки над Волгой в маленький соседний город — и обратно, съела мороженое со вкусом белых грибов.

Это было удивительно хорошо.

Давно я не проводила время в полном одиночестве.

То мама, то Алиса, то работа… И на теплоходе точно не было шансов побыть наедине с собой. Поэтому сейчас я просто расслаблялась. Гуляла по улицам, глазела на счастливые парочки, целующиеся прямо на улице и даже заходила в магазины.

Сувениры я не люблю, а вот всякие интересные и вкусные баночки и флакончики — очень.

Хотелось купить что-нибудь на память об этом расслабленном дне. Но оказалось, что мои любимые духи подорожали как-то совсем неприлично. Я повертела большой красивый флакон в руках, вздохнула и решила заказать себе отливант, когда вернусь домой.

Заодно померила интересные сережки из трех видов золота — белого, желтого и розового. Махнув рукой, подобрала к ним подвеску в виде оленя из красного золота на серебряном щите — символ города. Полюбовалась на себя, представляя, как ахнет Татьяна Марковна, когда я приду на ужин затмевать ее драгоценности.

И…

Сняла.

Ну куда мне эту красоту? Вряд ли я еще поеду в круиз, а на работе у нас не разрешены такие вычурные украшения.

Настроения мне это не испортило, только добавило немного грусти о несбывшемся.

Но этому городу даже шло мое светлое и меланхоличное настроение.

Особенно я ждала вечера — ведь Нижний Новгород считался столицей закатов. Хотелось посмотреть, что же такого особенного именно в этом городе. Поэтому я сидела на ступеньках с видом на стрелку Волги и Оки, дышала летним вечером и любовалась на танцующих рядом с музыкальным фонтаном.

Среди них я внезапно заметила Полину. Она была в легком летнем платье, держала босоножки в руках и прыгала среди разноцветных струй как девчонка.

Сама не замечая, что на нее пялятся все парни, собравшиеся на набережной.

Ну вот как можно умудриться не выйти замуж, когда ты такая молодая и красивая? Чушь это все про проклятие.

К ней присоединилась Серафима, вытащившая за собой высоченного парня в тельняшке и форменной куртке совсем другой, не нашей круизной компании. Видимо, наш коуч без предрассудков: лишь бы был молодым матросом, а с какого теплохода — дело десятое!

Оглядевшись, я увидела и остальных девчонок с нашего тренинга. Похоже, они только что вернулись из монастыря и теперь отрывались изо всех сил. Судя по тому, что пары для танцев им находились мгновенно — магия ритуалов уже начинала действовать.

Или просто вечер был такой.

Волшебный.

Мягкий и влажный ветер тек теплом по коже, пока алое солнце скатывалось по лиловой дорожке за реку, а на обоих берегах загорались огни, превращавшие город в волшебный светящийся сад.

Самое странное было то, что мне совсем не хотелось присоединиться к танцующим. Я почему-то чувствовала, что нахожусь в чуть-чуть иной реальности, не пересекающейся с этими танцами, флиртом, взглядами и плеском воды под заводную музыку.

Словно моя судьба вела меня другим путем.

На теплоход я вернулась только перед самым отправлением, в темноте, проведя почти целый день в Нижнем. Наверное, я тоже одна из тех москвичек, кто внезапно понимает, что любит этот город.

Поднялась к себе в каюту и в полумраке коридора заметила, что перед дверью стоит картонная сумка с логотипом торгового центра, в котором я сегодня гуляла.

Ленка, что ли, забыла?

Подняла ее, зашла внутрь и, не удержавшись, сунула любопытный нос.

Знакомая упаковка духов. Тех самых, моих любимых.

В самом большом объеме.

Вычурная коробочка, которую я открыла, уже догадываясь, что пакетик не Ленкин.

Там были те самые, понравившиеся мне серьги.

А в другой, побольше — кулон в виде оленя.

И все. Ни записки, ни открытки, ни, допустим, цветов, которые, мне кажется, были бы тут уместны. Только то, что я вертела в руках, но так и не решилась купить.

Как будто кто-то наблюдал за мной. И подслушивал мысли.

Хотя, почему «как будто»?

И почему «кто-то»?

У меня не было ни малейшего сомнения, кто это был.

Я сгребла обратно в пакет все коробки, не удосужившись даже закрыть их как следует.

Обойдется. Сейчас отправлюсь к Виктору и устрою ему…

Что устрою?

Не знаю! Но меня это бесит! Что за сталкерство? Это нифига не романтично. Это стремно и странно! И ладно бы он вручил эти подарки лично, нет — он оставил просто под дверью. Кто так делает?

Я шагнула к двери каюты, но она распахнулась и я чуть не врезалась в ворвавшуюся Ленку.

— Настя! Поздравь меня! Гордей сделал мне предложение!

Хорошо, что позади меня была койка. Я плюхнулась на нее, открыв рот и глядя во все глаза на Ленку. А она щебетала, забыв закрыть за собой дверь.

— Ты не представляешь! Это самая крутая романтика! Когда даже не представляешь, что тебя ждет! Он мне сказал это сегодня, а завтра, когда будем в Казани — сделает предложение! Там есть такая арка, где влюбленные могут встать по разным ее концам и прошептать признание, и услышат только они, а окружающие нет. Гордей говорит, что там обязательно надо делать предложение, чтобы любовь не угасала всю жизнь!

— Так и делал бы… — растерянно проговорила я. — Почему сейчас?

— Он меня предупредил! Чтобы я была готова! А потом мы вернемся в Казань через год и поженимся в «Казане» — это у них загс такой, в виде казана, символ семьи.

— Кастрюля, значит…

— Там еще зиланты и барсы стоят, там тоже будут ритуалы! Нет, ну ты представляешь! Мне никогда еще не делали предложение даже без секса!

— А с сексом много делали?

— Ну хватит! Не порти мне настроение!

Ленка все-таки вспомнила про дверь, захлопнула ее и упала навзничь на свою койку, глядя в потолок счастливыми глазами и раскинув руки. Никогда не видела ее такой.

Семья у нее была не слишком благополучная. Она пятая из шести детей, отец был пьющий, мать разрывалась между работой и уходом за лежачей бабушкой.

Она с шестнадцати лет подрабатывала уборщицей в больницах и поликлиниках. Поступила в колледж и стала медсестрой, потому что даже не представляла, чем еще заниматься.