Хранитель Замка. Дилогия (СИ) - Молотов Виктор - Страница 53

Я закрыл крышку, и мы двинулись обратно. Секция стены встала на место за нашими спинами, ладонь подтвердила замок, Система отчиталась короткой строкой: хранилище закрыто.

В кармане у Альбины пиликнуло. Она глянула в экран на ходу, споткнулась на ровной плите и остановилась посреди зала.

— Виктор Александрович! — она развернулась ко мне, сияя. — У нас отклик! На объявление! Представляете⁈

— Уже?

— Уже. Один маг вызвался!

Объявление провисело меньше двух часов. Цена в нём стояла вшестеро ниже рынка, и любой специалист с лицензией листал такое не читая. На подобные предложения не откликаются ради денег. На них откликаются, когда нужно что-то другое.

— Читай, — сказал я.

— Ты уверена, что откликнулись всерьёз? — я прищурился. — Не случайно, не в шутку?

Слишком уж быстро пришёл ответ.

— Уверена, — Альбина уже листала переписку. — Мы уже списались! Я анкету посмотрела: Максим, выпускник Академии. Заканчивает в этом году, нужна практика, поэтому согласен работать на наших условиях. Готов приступить завтра.

— Хорошо. Главное, чтобы не вышло, как с прошлым специалистом, — вздохнул я, вспоминая как быстро убегал Кретов.

— Ну-у, — протянула Альбина, продолжая тыкать в телефон, — этого я гарантировать вам не могу. Всё, договорилась. Завтра в десять утра он будет здесь. И попытается победить этого вашего стража. Но гарантий он не даёт.

— Это понятно, — кивнул я. — Гарантию в таких делах даёт только идиот. Пойдём расчищать проход.

Ход в северную башню личный состав нашёл быстро. Призраки мотались сквозь стены туда и обратно, спорили, тыкали в кладку, и к сумеркам Генрих Карлович с видом следователя, закрывшего дело века, предъявил мне участок стены в основании башни. Скрытый механизм там был родным братом того, что в главном зале: камень, уходящий в кладку, только запущенный до состояния, когда родство приходится доказывать.

Теперь мы стояли перед ним вдвоём с Альбиной, и я выгребал из паза вековую крошку.

— Виктор Александрович, а почему его раньше никто не нашёл?

— Потому что искать умеют не глаза, а руки. Глазами этот шов не отличишь от соседних. Посвети ниже, — указал я.

Камень поддался с третьего нажатия, нехотя, со скрежетом застоявшегося металла где-то в глубине. Секция стены отошла на ладонь и встала: дальше её полагалось вести вручную. Я упёрся, повёл, и из щели дохнуло холодом, глубоким, погребным.

За секцией открылся ход вниз. Ступени тонули в темноте.

— Туда не одну сотню лет не ступала нога живого человека, — сказал я.

— Только мёртвого, — жизнерадостно поддакнула Альбина.

Я посмотрел на неё. Неделю назад эта девушка переспрашивала, можно ли потрогать призрака, а сейчас сама пыталась шутить на их счет.

— Виктор Александрович, а он оттуда не выйдет? — она кивнула на тёмный зев прохода, и жизнерадостности в голосе поубавилось. — Страж этот. Ночью, пока открыто.

— Крыс сказал, страж стоит внизу веками и наверх не поднимался ни разу. Сторожа не ходят за ворота, у них служба. Но проход на ночь закроем, бережёного и техника безопасности бережёт.

— Записала: закрываем.

— Виктор, — Генрих Карлович выступил из стены, а следом за ним и Эльза, — позвольте напутствие из протокола. При жизни я провожал людей на опасные задержания, и одно правило не подводило ни разу: живым домой возвращается тот, кто заранее решил, при каких обстоятельствах развернётся. Решите это сегодня, хранитель. До спуска, не во время.

Совет был профессиональный, и я принял его так же, без торга.

— Решу. Спасибо, Генрих Карлович.

— А я попрошу только одного, — Эльза пригубила из пустой чашки, и взгляд её поверх фарфора был серьёзнее тона. — Вернитесь все. В этом замке слишком давно не прибавлялось живых жильцов, и я не хочу, чтобы традиция прервалась на вас.

— Сделаем всё возможное. В конце концов, техника безопасности не просто так писана. Возможно, она нас и спасёт.

Секцию я задвинул обратно до щелчка. Ночь этому ходу предстояло простоять закрытым: подарков тем, кто ходит после полуночи, я делать не собирался.

В семь ноль-ноль замок промолчал.

Я лежал и слушал тишину, которой здесь не бывало ни одного утра. Рамштайн не ударил ни в семь, ни в пять минут восьмого, и это уже было странно. Разгадку я отложил: будильники будильниками, а к десяти ожидался специалист.

Максим приехал на автобусе.

Я увидел его от ворот: парень лет двадцати двух шёл от остановки пешком, с рюкзаком на одном плече и спортивной сумкой в руке. Худой, высокий, стрижка короткая, куртка старше её хозяина на вид.

— Добро пожаловать, — мы пожали друг другу руки.

— Максим? Я Альбина, это мы с вами переписывались! — помощница возникла рядом раньше, чем я договорил. — А вы правда на автобусе? Я читала, что боевые маги все на машинах, ну, с их-то расценками…

— Альбина, — осадил я девушку.

— Молчу!

— Экономлю, — ответил парень после паузы, и по этой реакции было ясно, что тема закрыта.

Я сложил два и два. Обстоятельства, в которых срочно нужны деньги, бывают разными, и все они делают человека сговорчивым на заказы за пятьдесят тысяч. Студент, лицензии нет, опыта кот наплакал. Учитывая обстоятельства, я был готов и на мага без лицензии.

Замок Максим разглядывал по дороге через двор молча, задирая голову на башни, и только у крыльца спросил:

— Вы здесь живёте?

— Работаю. Жить получается в перерывах.

— Фон у объекта серьёзный, — он сказал это без осуждения, тоном диагноста. — Я его ещё с остановки почувствовал. В анкете было написано «частная территория», а тут целая аномальная зона.

— Поэтому в объявлении и стояло «детали при встрече». Отказаться можете сейчас, до спуска, деньги за выезд компенсирую.

Максим посмотрел на башни ещё раз. Потом на меня.

— Я приехал работать.

Ответ мне понравился. На кухне я его сначала накормил: яичница, хлеб, чай, всё, чем богата холостяцкая часть замка. Парень поначалу отнекивался, потом ел так, что вопрос о его обстоятельствах закрылся сам. Голодного бойца на объект не выпускают, это правило старше меня.

Тем более что к делу он подошёл серьёзно. На столе, отодвинув тарелку, Максим разложил содержимое сумки: три плоских диска с рунной вязью, связку глиняных пластин, шнур с узлами.

— Щитовые артефакты, — пояснил он, перехватив мой взгляд. — Академические, списанные, но заряд держат. Если всё пойдёт не по плану, выставляем щиты и отходим под прикрытием. Стандартный протокол отступления.

Отход под щитами. Так в своё время сделал Вольский, если верить его фамильяру, и некромант после этого прожил ещё долгие годы. Протокол мне нравился.

— Тогда мой инструктаж, — сказал я. — Порядок движения: вы первым, я за вами в трёх шагах, Альбина замыкающей, у неё есть аптечка на всякий случай. Сигнал отхода — моё слово «наверх», уходим без обсуждений. Услышали — разворачиваемся. Вопросы?

Максим посмотрел на меня с интересом.

— Вы всем магам технику безопасности читаете? — усмехнулся он одним уголком рта.

— Всем. Покойников на моих объектах не было и не будет. Статистику портить не позволю.

Конечно, тех кто умер здесь до меня, я благоразумно не считал.

— Принято, — он стал забрасывать артефакты обратно в сумку.

Альбина за его спиной беззвучно показала мне большой палец.

Собирались по-взрослому. Фонари основные и запасные, моток верёвки, аптечка, вода, нож. Альбине я выдал каску, которую нашел в кладовке, себе взял вторую, и Максим, посмотрев на нас, молча принял третью. Боевой маг в строительной каске смотрелся забавно, но спорить с человеком, который читает лекции о статистике покойников, парень уже не пытался.

У северной башни нас уже ждали.

Эльза висела у самого прохода, а Генрих Карлович держался на полшага позади с видом принимающей комиссии. Максим прошёл мимо обоих, не повернув головы.