Хранитель Замка. Дилогия (СИ) - Молотов Виктор - Страница 3

— Кажется, мы призвали сумасшедшего, вон как улыбается, — сообщила Эльза Генриху Карловичу трагическим шёпотом.

— Вы призвали профессионала, — поправил я. — Это похоже, но дороже.

Эльза просияла и пригубила из пустой чашки. Потом лицо её сделалось задумчивым, и она спросила, понизив голос:

— Виктор. Раз уж вы теперь хранитель… Вы ведь не повторите его ошибку?

Чашка уже который раз выскользнула из её пальцев и ушла сквозь пол. Вернулась в руки графини через мгновение, а женщина того и не заметила.

Ответить я не успел. Наверху лестницы, там, где ступени уходили в темноту, проступил силуэт. Полупрозрачный парень в костюме стоял на верхней площадке и смотрел на меня сверху вниз без всякой приязни.

— Эльза, — позвал я, не сводя с него глаз. — А это кто?

Графиня обернулась. И впервые за утро мне показалось, что привидение способно побледнеть.

Парень наверху усмехнулся и произнёс негромко, но каждое слово долетело до пола:

— Удобно устроился в моём теле, мастер?

Еще больше бесплатных книг на https://www.litmir.club/

Парень проплыл две ступени вниз и остановился. Теперь я разглядел его как следует: лет двадцать пять, худой. Одет он был в костюм, и через секунду я сообразил, в какой именно. В тот самый, что сейчас сидел на мне. Смотреть на собственный пиджак, надетый на привидение, оказалось занятием на любителя.

Края его силуэта плыли. Он был прозрачнее Эльзы и Генриха, по контуру шла рябь, как по изображению со сбитой антенной, и держался парень с видимым усилием, будто стоял на сильном ветру.

Обнаружена непривязанная сущность.

Класс: не определён.

Статус: нестабильный.

— Этого не может быть… — прошептала Эльза. Она прижала чашку к груди. — Мальчик, мы же… Мы думали, ты ушёл. Тебя не было ни ночью, ни утром.

— Разочарую, — парень обвёл взглядом холл, круг на полу, огарки, меня. — Знаете, я ведь при жизни никого из вас не видел. Приезжал сюда пару раз, ходил по этим коридорам и думал, что тут просто сквозняки. А сегодня открываю глаза, и такая картина: свечи, круг мелом, привидения в ассортименте, и моё собственное тело ходит по холлу и разговаривает. Мне продолжать складывать, или сами признаетесь?

— Мы не имеем отношения к вашему падению, — отчеканил Генрих Карлович и сделался плотнее.

— Ну конечно, — парень коротко рассмеялся, и смех у него вышел злой. — Лестница сама. Я по ней два раза в жизни прошёл, а на третий она решила меня убить. Зато к утру у вас уже и круг готов, и свечи, и жилец на замену. Быстро работаете для непричастных.

— Ритуал искал замену месяц, — сказал Генрих Карлович. — С того дня, как стало известно, что объект передают государству. Смерти вашей он не требовал и не предполагал. Изначально у нас были другие планы на носителя.

— Замену, — призрак повторил это слово медленно, пробуя на вкус. — То есть вы месяц искали, кем меня заменить, пока я жил и ни о чём не догадывался. Спасибо, полегчало.

— Не вас! — отчеканил полицмейстер. — Нам лишь нужен был мастер с душой, которую примет замок. А тел в этом доме немало, хоть вы их и не видите.

Эльза подплыла ближе к лестнице и заговорила тихо, без единой театральной ноты.

— Мы не убивали тебя, мальчик. Клянусь этим домом, никто из нас не тронул ни лестницу, ни тебя. Мы… — она запнулась, и чашка дрогнула на блюдце. — Мы воспользовались тем, что случилось. Это правда, которая достаточно скверная сама по себе, чтобы ещё и врать.

— Воспользовались, — он усмехнулся. — Да мне плевать, чем вы там пользовались. Сарай ваш мне и живому был не нужен, а мёртвому тем более. Мне нужно тело. Моё тело. Остальное здесь может гореть вместе с вами.

Потом он перевёл взгляд на меня.

— А ты, значит, мастер, — слово он выделил так, будто взял его двумя пальцами. — Я слышал, как ты тут раздавал команды. Удобно в моём теле? По размеру пришлось?

Оправдываться было нечем и незачем. Да и в моём положении это выглядело бы хуже молчания.

— Стоя в нём удобнее, чем лёжа. Пока это всё, что удалось узнать, — отозвался я. — Ты по делу или поругаться?

— По делу. У меня их два, — он поднял палец, который уже расплывался, истончался. — Первое: я верну своё тело. Не знаю как, но верну, можешь начинать привыкать к этой мысли. Второе… — он посмотрел на призраков, — касается тех, кто устроил мне лестницу. Я узнаю, кто это был, и раз убить дважды нельзя, то лишу всякого посмертия.

— По первому пункту помочь не могу, — ответил я ровно, хотя. — Откатывать это я не умею, и они, подозреваю, тоже. По второму помогу. Как ты упал, я выясню.

— Благодетель! — процедил он, и в одном слове яда было больше, чем во всей его речи до того.

— Попробуйте по той штуке в голове, она здесь всё видит! — посоветовал Генрих Карлович. Что, впрочем, было логично.

И я подошёл к лестнице, присел у третьей ступени сверху и приложил ладонь к камню. Запрос сформулировал так, как пишут в актах: причина разрушения, внешние воздействия, следы.

Анализ участка: лестница холла.

Износ ступеней: критический.

Зафиксировано падение носителя: менее 48 часов назад.

Следы стороннего магического воздействия: не обнаружены.

Следы физического контакта с третьими лицами: не обнаружены.

Вероятная причина: утрата равновесия на изношенной поверхности.

Пальцы я разжал не сразу. Система не умела ни жалеть, ни выгораживать: парень просто шёл по убитой лестнице в темноте, и лестница дождалась.

Рябь по контуру парня пошла крупнее. Он глянул на свои руки, которые расползались по краям, как мокрая бумага, и стиснул зубы.

— Я вернусь, — успел сказать он. — Это моё. Всё здесь моё…

И растворился без вспышки и звука, просто перестал быть, как выключенная лампа. Жаль, что я не успел сказать ему о своих выводах.

Я разжал кулак, который сжал, оказывается, ещё на его первой фразе. Парню было двадцать пять, он глупо умер и нашёл в собственном теле чужого. Оправдываться перед ним я не имел права, зато десять секунд по счёту ему полагались, и я отдал их молча, из своих.

Затем выждал пять секунд и повернулся к призракам. Оба смотрели на верхнюю площадку, и по их лицам читалось, что увиденное для них такая же новость, как для меня.

— Вводные, — сказал я. — Вы двое привязаны к замку. Он нет. Почему?

— Привязка возникает не у каждого и не сразу, — ответил Генрих Карлович. — Это зависит от различных обстоятельств.

— Каких конкретно?

Полицмейстер поправил на мундире несуществующую складку. Пауза вышла куда длиннее, чем требовал вопрос.

— От многих, — произнёс он наконец. — Тема обширная, и сейчас, полагаю, не время для лекций. У вас, если не ошибаюсь, завтра назначено в Министерстве.

Ответом это не было даже близко. Я отметил про себя, что наш библиотекарь уходит от вопросов уже второй раз за утро, и первый раз тоже касался лестницы.

— Хорошо, зайдём с другой стороны, — я показал на пол. Мне тоже было важно узнать правду. — Круг выведен мелом, знаки аккуратные. Свечи расставлены по периметру и зажжены. Тело, надо полагать, кто-то переместил в центр. Вы двое сквозь предметы проходите. Кто здесь орудовал мелом?

Стало тихо. Эльза поднесла чашку к губам и пригубила из пустоты так старательно, будто там было что допивать.

— Ритуал требует определённых приготовлений, — сообщил Генрих Карлович. — Смею заверить, все они были выполнены надлежащим образом и в срок.

— Это ответ на вопрос «как». Я спрашивал «кто».