Циани. Полное издание - Блонская Александра - Страница 24

— Да! — выпалила Анна. — Он остался доволен, когда я его отшвырнула. Меня тут же перевезли сюда. И… мне кое-кто сказал, что он мечтает о наследнике-маге.

— Все в Империи мечтают о таком, — автоматически ответил Эдвард. И тут же получил подозрительный взгляд.

В этот момент линии в воздухе сомкнулись. Над столиком возник невесомый трёхмерный портрет, прорисованный цветными штрихами: Анна по пояс, до мельчайших деталей — изгиб плеч, выражение глаз, выбившиеся огненные пряди. Эдвард взмахнул рукой. Портрет рассыпался серебристой пылью и втянулся обратно в шкатулку. Анна смотрела заворожённо. Гнев исчез с её лица.

— Откуда вы? — тихо спросил Эдвард. — Из какой страны?

— Это неважно. Я не с этой планеты.

Эдвард уже хотел переспросить, но Анна вдруг подалась вперёд и испытующе заглянула ему прямо в глаза.

— Мне сказали, что вы как Карус. Что вы другой.

Её лицо оказалось совсем близко.

— Я могу вам доверять, мистер Стоунфилд?

Эдвард на мгновение забыл, как дышать. Близость чужеземки обескураживала сильнее её признания о другой планете.

— Можете, — всё-таки ответил он.

Анна недоверчиво скривилась, но продолжила:

— Я просто появилась в храме. На алтаре. Там может быть телепорт.

Она снова вскочила и заходила по комнате. В волнении принялась перебирать кружево на платье, затем с раздражением отбросила его.

— Мне нужно туда. Нужно проверить, могу ли я вернуться назад.

Эдвард не успел ответить. Короткий стук в дверь оборвал разговор. Несколько раз повернулся ключ, и на пороге появилась Миссис Помп.

— Извините, господин Секретарь, но я вынуждена прервать ваш допрос. Анне пора на урок этикета.

Эдвард не шевельнулся. Остался сидеть в кресле, расслабленно откинувшись на спинку, и посмотрел на Миссис Помп с вежливым ожиданием. Хозяйка Дома исполнила старомодный книксен — не слишком глубокий, ровно настолько, чтобы напомнить о статусе собеседника, но не унизить собственный.

— После пяти вечера Анна будет свободна от занятий.

Девушка едва заметно напряглась.

— Если вам будет угодно, — продолжила Миссис Помп, скользнув по ней взглядом, — вы сможете сопровождать её в прогулках по городу.

Эдвард кивнул.

— Отныне никто, кроме меня, не может посещать Анну. Даже Наместник Глар. Она связана с расследованием Канцелярии.

Миссис Помп вспыхнула под ликующим взглядом чужеземки. Эдвард медленно поднялся. Осмотреть храм было необходимо. И следовало это сделать без посторонних глаз. Однако для Анны он решил сделать исключение. Только из-за имени, разумеется.

Анна. Когда-то Эдвард считал это имя самым красивым на свете.

— Завтра на рассвете она поедет со мной. Мы вернёмся через сутки.

Тон Секретаря не предполагал возражений. Миссис Помп лишь крепче сжала челюсти. Анна же расплылась в широкой, открытой улыбке. Эдвард поспешил к двери. Улыбка девушки оказалась на редкость заразительной, а улыбаться при миссис Помп сейчас совершенно не следовало.

Глава 9. Бревно на алтаре

Было ещё темно, а Аня уже сидела в главном зале Дома Гетер и пила кофе за маленьким столиком с витражной столешницей. Дом молчал. Стоило чашке коснуться блюдца, и тонкий звон взлетал под самую стеклянную крышу. За ней чернело предрассветное небо.

По периметру второго этажа тянулся балкон. Двери комнат учениц выходили прямо на него, во внутреннее пространство зала. Любой шаг, любой выход — на виду. Пройти незамеченной здесь было невозможно.

Планировка как в киношной тюрьме. Только тюрьму зачем-то усыпали разноцветными блестяшками.

Они мерцали повсюду: в стеклянной столешнице, в мозаике на стенах, среди завитков балконной решётки. Даже магические лампы под потолком горели разными цветами. Их тусклые блики скользили по мраморному полу, дробились на чашке, поблёскивали в пустых бокалах.

Аня отправила в рот последний кусочек бутерброда с неизвестным мясом. В тишине даже жевать казалось неприлично громко.

Ещё вчера она закрыла дыру в зимнем сапоге куском шерстяного одеяла. И лишь после этого Миссис Помп молча принесла ей свежее бельё и целый десяток толстых носков.

Вообще хозяйка Дома с ней почти не разговаривала. На вопросы не отвечала, только коротко сообщала необходимое:

— Я накрыла вам завтрак.

— Приведите себя в порядок.

— Заплетите волосы.

Аня дотронулась до туго заплетённых французских кос. То, что девушка сотворила у себя на голове сама, Миссис Помп не понравилось. Она молча усадила Аню перед зеркалом и всё переделала.

Наверху по-прежнему не шевелилась ни одна дверь. Но Дом не спал — притворялся спящим и наблюдал за ней, Аня кожей ощущала чей-то взгляд.

— Вы уже готовы? — раздался спокойный голос из темноты.

Эдвард Стоунфилд вышел из-под балкона в тусклый свет магических ламп и тут же склонился в приветственном поклоне.

Галантный. Спокойный. Словно вокруг не было ни мёртвой тишины, ни запертых комнат.

Аня резко вскочила, столик качнулся и чашка звякнула о блюдце. Сердце заплясало в груди.

Сегодня она вернётся домой.

На улице, у подножия низкого крыльца из светлого камня, ждали две осёдланные лошади. Они переступали копытами по снегу, и пар от их дыхания растворялся в предрассветной темноте.

— Я могу вам помочь? — спросил Эдвард.

Только дождавшись кивка, Стоунфилд шагнул ближе, осторожно придержал её за талию и подсадил в седло.

Аня уселась поудобнее и расправила юбку шерстяного платья, скрывая тёплые штаны из овчины, натянутые под ним. Неизвестно, что здесь полагалось надевать по этикету, но замерзать из вежливости она не собиралась. Девушка поплотнее запахнула светлую дублёнку и накинула капюшон.

— Жаль, я отправил своего коня домой. Он подошёл бы вам. — Эдвард потянул за ремни у седла — укоротил стремена под её рост. — Но я ему обещал, так что…

— Вы обещали коню?

— Звучит так, будто я сумасшедший, но… — Эдвард усмехнулся, и на его левой щеке появилась ямочка.

— Звучит так, будто вы единственный нормальный человек в этом мире, — серьёзно ответила Аня, не отрывая взгляда от его щеки. Эдвард с лёгким поклоном отошёл.

Прямо сейчас Ане нравилось в мужчине перед ней решительно всё: и шикарная огромная шуба, и спокойный взгляд серых глаз, и скупые, уверенные движения, и обходительность, словно из романов Остин. И ловкость, с которой он забрался в своё седло.

С ним она точно доберётся до храма.

А оттуда — домой.

Не нравилось Ане только то, что она всё ещё не умела ездить верхом. Лет пять назад она брала несколько уроков, но так и не освоила даже рысь. Зато запомнила, что если болтаться в седле как мешок, это приводит к травмам животного. Поэтому девушка постоянно тормозила свою лошадь, как только понимала, что снова выбилась из ритма.

Эдвард терпеливо ждал её на перевалах, а когда позволяла дорога, ехал совсем рядом. Но не учил и не подгонял. И всё равно то, как профессионально он держался в седле, болезненно контрастировало с неуклюжестью Ани.

— Отдохните, перейдём на шаг, — предложил Эдвард. — Я думал о карете на тяге, но здесь не прошла бы даже самая мощная.

«Он ещё и извиняется», — мысленно усмехнулась Аня.

Рукавом дублёнки она промокнула испарину на лбу. С каждым пройденным километром настроение улучшалось. Стоило обогнуть очередной валун, как за ним открывался новый живописный пейзаж: укрытая снегом долина, чёрные скалы или покрытый ледяной коркой ручей.

Аня не выдержала и достала телефон.

— Сфотографируемся? На память?

Эдвард нахмурился, явно не понимая, чего от него хотят.

— Можете подъехать сзади? Пока я разверну свою лошадь, полдня пройдёт.

Эдвард послушно направил коня к ней.

— Ещё ближе. Наклонитесь…

Аня вытянула руку и запечатлела собственную счастливую физиономию и вытянувшееся от удивления лицо Эдварда.