Системный тактик 5 (СИ) - Крынов Макс - Страница 2

Командир сверяется с карманными часами, коротко смотрит на машину.

— Контакта не будет! Три минуты на общий обзор и образцы с земли. Механизмы не трогать. Потом возвращаемся. Наблюдатель, сначала осмотрись на местности. Не увлекайся отдельными предметами.

Носителя явно учили создавать полезные записи. Он не дёргает головой, а медленно ведёт взгляд слева направо, фиксируя башню целиком, ряды зеркал и их размеры рядом со стоящим бойцом. Потом последовательно отмечает одинаковые зеркала, болты, ограждение вокруг зеркал, камеры, далёкие здания.

— Сколько здесь таких установок? — спрашивает командир, оглядывая уходящие к горизонту ряды.

— Несколько тысяч. Точнее отсюда не сосчитаю. Каждая движется отдельно, но поворачиваются они согласованно. Управление, вероятно, общее: наблюдающий механизм заметил нас, и повозка сменила направление раньше, чем люди смогли увидеть нас сами.

Запись на мгновение замедляется. По изображению проходит зеленоватая рябь, камера на столбе обводится светлым контуром, и в память вклинивается чужой голос:

Двенадцатый мир — мир технологий. Отсутствие магического излучения не означает отсутствия связи. Если вы не применяете магическую маскировку, любое неизвестное устройство, направленное на вас, следует считать способным передавать сведения на расстояние.

Мастер находит у края дороги старый осколок, отколовшийся от панели, поднимает его щипцами и прикладывает к измерительной пластине.

Материал оказывается обыкновенным стеклом с отражающим слоем — хорошо обработанным, но не драгоценным. На вопрос бойца о ценности находку мастер качает головой:

— Важен не этот кусок. Смотри: они сделали несколько тысяч одинаковых рам: один размер, одни крепления, одна обработка. До миллиметра схожи! Эти ребята сумели повторить сложную вещь столько раз, сколько им понадобилось.

Появляется следующая голосовая отметка:

Предмет, изготовленный тысячами экземпляров, говорит о развитом производстве. Двенадцатый мир, несмотря на его магическую примитивность, может удивить точностью механизмов, массовым производством и технологичностью.

Проводник докладывает, что принесённые накопители расходуются как обычно, но восполнять их на месте почти нечем.

Командир велит считать любой долгий выход полностью зависимым от запаса с этой стороны.

Тем временем мастер через оптическую трубу изучает башню электростанции.

Один из бойцов приседает возле кабельного короба и принимает чёрную молнию на жёлтом треугольнике за знак местного Дома. Наблюдатель резко одергивает бойца, запрещая касаться крышки: прокачанное Восприятие улавливает гудение электричества.

Новая вставка. Голос архивного работника сообщает, что механизмы таят в себе молнии, electrichestvo, и их не стоит трогать до проверки специалистом-техником.

Высокий назойливый гул заставляет всех поднять головы. Над зеркалами появляется небольшой тёмный дрон. Четыре винта сливаются в прозрачные круги, под корпусом висит камера.

Квадрокоптер подлетает на высоте нескольких десятков метров и останавливается напротив группы.

— Могу сбить эту штуку, — предлагает боец. Жезл в его руках как примагниченный движется вслед за аппаратом.

— Опусти! — резко приказывает командир. — Еще раз: мы здесь ради сбора данных, а не ради войны. Если руки чешутся, я устрою тебе командировку в другой мир.

— Да чо сразу другой…

Жезл опускается.

Квадрокоптер смещается в сторону и продолжает держать людей в кадре, независимо поворачивая камеру под корпусом. Мастер заворожённо следит за полетом машины, не понимая, как механизм висит в воздухе.

На дороге показывается вторая машина, идущая от технических зданий. Наблюдатель различает двух человек в первой, трёх во второй; ни доспехов, ни оружия, ни заметных чар. Один из бойцов с облегчением называет их обычными людьми. Командир поправляет:

— Ты уверен, что они обычные? Это устройство могло предупредить их задолго до того, как они нас увидели. Они прибудут меньше чем за семь минут, и мы не знаем, кому ещё они отправили сигнал.

Носитель задерживает взгляд на табличках, чтобы сохранить каждый знак, фиксирует номера на устройствах, направления дорог и маленький предмет в руке водителя первой машины (телефон или рация, определяю я). После этого командир заканчивает наблюдение.

Проводник перечисляет взятые пробы: воздух, образцы почвы с разных мест, дорожная пыль, старый осколок зеркального покрытия и стружка с пары проводов. Действующее оборудование не повреждено.

— С их скоростью доедут за пару минут, — замечает боец, когда Закрепитель склоняется над маяком. — Можно дождаться их и попробовать объясниться.

— Без языка, посреди их солнцесборника? Пожалуй, нет. Открывай портал!

Спустя пару минут над камнями раскрывается вертикальный разрез серо-голубого света. За ним виден зал Лонбрайджской Арки и ожидающая карантинная команда.

Сначала уходит Проводник с образцами и мастер, затем Наблюдатель и бойцы. Командир с Закрепителем покидают «солнцесборник» последними.

Перед переходом носитель оглядывается. Белая машина останавливается в нескольких десятках метров. Из неё выходят двое мужчин в ярких жилетах: один держит рацию, второй поднимает телефон и направляет его на разрез в воздухе. Они не кричат и не приближаются. Просто снимают людей Эваларма — точно так же, как те снимают их.

Наблюдатель удерживает землян в поле зрения несколько секунд, после чего проходит через Арку.

Изображение меркнет. Сначала ко мне возвращается тиканье часов, затем кресло под спиной и тяжесть кристалла в руке

Я подтягиваю к себе черновик. Записываю правило для будущей экспедиции: отсутствие в двенадцатом мире маны не доказывает, что жители этого мира беззащитны. Если бы все зеркала разом направились на группу, их не спасло бы ни артефактное снаряжение, ни магия, ни классы.

Добавляю, что в группу нужно включить человека, способного разбираться в назначении незнакомых механизмов. Одними Наблюдателем и Проводником здесь не обойтись.

Следующий вывод касается уже не Земли, а Короны. Учебная копия тщательно очищена от имён, времени сопряжения и всего, что помогло бы найти участников, зато технические опасности оставлены почти без сокращений. Значит, частные отряды действительно готовят к будущим выходам, но дают им ровно тот объём сведений, который снизит потери, но не позволит самостоятельно восстановить картину экспедиций.

Наконец, телефон в руках рабочего не даёт отмахнуться от самого неприятного. После этого выхода считать случившееся тайной можно только в Эваларме. Земляне получили как минимум видеозапись вооружённых людей, возникших внутри закрытого промышленного объекта и исчезнувших в светящемся разрезе. Возможно, запись примут за монтаж или непонятный сбой. Но возможно, ею уже занялись соответствующие службы.

Большего Анализ не даёт. Я не могу установить, действовал ли командир по собственному разумению или выполнял особое распоряжение, а неполная нумерация не позволяет понять, случился этот выход до нападения на русскую деревню или после. На сводном листе появляются три короткие пометки. В «Известных фактах» — массовое немагическое производство, удалённое наблюдение и зафиксированное землянами появление Арки. В «Выводах» — обязательный технический специалист и запрет оценивать угрозу только по наличию магического фона. В «Пробелах» — реакция земных властей и правила Короны относительно жителей нового мира.

Я возвращаю светло-зелёный кристалл в бархатное гнездо.

Фокуса осталось семь из четырнадцати. Стоит ли тратить еще четыре единицы на просмотр следующего кристалла, или оставить его на завтра?

Я постепенно выстроил для себя простое правило: Фокус не должен пропадать впустую, но последние три единицы неприкосновенны.

Днём я стараюсь держать запас. Слишком многое может потребовать моего внимания: разговор с отцом, неожиданная встреча, тренировка, необходимость быстро оценить человека или ситуацию. Но вечером, когда дела закончены и до сна остаётся час или два, я проверяю остаток. Если Фокуса больше трёх, на столе появляются учебные материалы Лицея.