Бегство короля - Хейер Джорджетт - Страница 16

С уст короля сорвался стон, но все же он с усилием встал на ноги. После опасного приключения на мельнице Эвелит-Милл Ричард боялся идти по дороге. Он снова углубился в поля, но недооценил степени усталости короля и обмер от ужаса, когда Карл рухнул на землю почти без сознания. Лишь с огромным трудом Ричарду удалось убедить короля пройти еще немного, пришлось пообещать, что через несколько минут дорога станет лучше.

Остаток пути был преодолен только благодаря ослиному упрямству Ричарда. Это были уже не отношения короля и его вассала. Ричард видел перед собой просто измотанного юношу, которого не мытьем так катаньем надо заставить добрести до надежного убежища. Когда король падал, шепча, что никакая судьба его более не страшит, что он хочет одного – покоя, Ричард уговаривал Карла подняться, уверяя, что осталось пройти всего пару сотен ярдов – и они будут в безопасности; когда же король отмахивался от Ричарда, тот бранил его за капризы и потешался над отчаянием Карла, уже не верившего, что ему удастся добраться до Франции. Ричарду было так важно доставить короля целым и невредимым, что он совершенно не мог понять, насколько Карл раздавлен своим поражением. Ему не приходило в голову, что Карл предпочтет умереть, нежели провести жизнь в изгнании. Ричард смутно догадывался, что страдания короля не сводятся к боли в ногах, но поскольку был не в состоянии облегчить горе, которого толком не понимал, то ему оставалось заботиться не о душе монарха, а лишь о теле.

Уже была полночь, когда они наконец добрались до Меделея и увидели дом мистера Вулфа, старинный особняк, стоявший у дороги, которая вела через город. С трех сторон дом был окружен полями и длинными дровяными сараями.

Король, ковылявший последнюю милю молча, приободрился, когда Ричард сообщил, что они уже у цели. Карл велел Ричарду оставить его одного в поле, а самому подойти к дому. Ричард с сомнением уставился на короля, но Карл сел, прислонившись спиной к изгороди, и устало сказал:

– Надо сперва узнать, готов ли он принять столь опасного гостя в своем доме. Спроси, даст ли он приют «кавалеру», потерпевшему поражение в бою и бежавшему из Ворчестера. А я подожду тебя здесь.

Ричарду казалось невероятным, что среди англичан, сохранивших верность короне, найдется человек, который не пожелает приютить у себя короля, но к тому времени он уже обнаружил, что Карл порой проявляет упрямство, поэтому не стал спорить, а послушно отправился будить обитателей дома.

Свет нигде не горел, но дверь в ответ на настойчивый стук отворилась, и на пороге показалась худая женщина в чепце, завязанном под подбородком, и шали, накинутой поверх ночной рубашки. Вид у нее был испуганный; она вгляделась в Ричарда близорукими, добрыми глазами, держа в руке чадящую свечу.

Ричард почтительно попросил ее разбудить мистера Вулфа и сообщить, что его хочет видеть преданный слуга короля.

Свеча задрожала.

Женщина шепотом произнесла:

– Я его дочь. О, вы принесли известия от моего брата?

– Нет, я не знаю его, госпожа. Мне надо повидать мистера Вулфа.

Женщина сказала довольно растерянно:

– Он в постели.

– Мне надо его повидать, – повторил Ричард.

Женщина впустила его в дом и тихонько притворила за ним дверь.

– Я его разбужу. А у вас не плохие новости?

– Нет.

– Подождите здесь, – велела она и удалилась по лестнице на второй этаж, словно испуганный призрак.

Через несколько минут Ричард увидел дрожащие отблески приближающегося пламени. К нему спустился старый джентльмен с посеребренными сединой волосами; джентльмен поднял повыше свечу, стараясь разглядеть Ричарда.

– Кто ты, приятель? – пронзительным шепотом спросил он. – Я тебя не знаю. Зачем ты явился ко мне в столь поздний час?

– Мне бы хотелось узнать, предоставит ли ваша честь кров «кавалеру», потерпевшему поражение в бою, – ответил Ричард, старательно выговаривая заученную наизусть фразу. – Этот джентльмен бежал из Ворчестера, – добавил он.

Мистер Вулф так сильно вздрогнул, что капли воска со свечи пролились на пол.

– Нет! – резко сказал он. – Разве тебе неизвестно, что мой сын до сих пор томится в Шрюсберийской тюрьме? Отведи этого человека в какой-нибудь другой дом!

– Тут нет другого дома, хозяин, – твердо заявил Ричард.

– А мне нет до этого дела! Я прекрасно понимаю, что давать приют подобным людям слишком опасно. Только ради самого короля я согласился бы рисковать своей жизнью!

Ричард тупо посмотрел на него, но потом медленно начал что-то соображать…

– Ну да ладно, скажу… Это и есть король, – наконец произнес он.

Вулф ошалело воззрился на Ричарда, а затем воскликнул:

– Лжешь, приятель!

Ричард покачал головой.

Худая рука старика судорожно вцепилась в перила лестницы.

– Сам король? Где он?

Ричард указал большим пальцем себе за спину.

– Господи, да каким ветром его сюда занесло? – пробормотал Вулф. Он нетвердой походкой спустился с последних ступенек и поднес свечу к лицу Ричарда. – А ты-то кто такой? Как с тобой оказался король?

– Я Ричард Пендерел, господин. Я из Хоббал-Гренджа, что в приходе Тонг.

– А где сейчас его величество?

– Там, во дворе. Он хочет перебраться в Уэльс.

– Не может быть! – воскликнул Вулф.

Он принялся нервно грызть ногти, а Ричард смотрел на него с легким оттенком презрения.

Наконец мистер Вулф поднял на него глаза и раздраженно буркнул:

– Так чего же ты ждешь, болван? Приведи сюда его величество! Но только потихоньку! Никто не должен знать, что он побывал здесь!

Ричард бросил на него еще один долгий, задумчивый взгляд и отправился на поиски короля.

Карл сидел, подперев рукой подбородок, там, где его оставил Ричард. Заслышав шаги Ричарда, а затем и увидев его богатырский силуэт, приближавшийся к нему в лунном свете, король со вздохом выпрямился и, едва Ричард подошел поближе, поинтересовался:

– Ну что? Он готов меня приютить?

– Ага, готов, – ответил Ричард. – Я, правда, думал о нем лучше, но что поделаешь?!

– Ты сказал, как я тебе велел? – продолжал расспрашивать Ричарда король.

– Ага, но все без толку. «Только ради самого короля я рискну своей жизнью», – заявил он. Ну, я взял – и сказал ему, кто вы такой.

– Сказал? Без разрешения? – возмутился Карл. – Но ты не имел права так поступать! Если б я знал, что он рассуждает подобным образом, ни за что на свете не доверился бы ему!

Но на Ричарда слова короля совершенно не подействовали.

Он рассудительно произнес:

– Да, похоже, я не мог ему не сказать. Вы же должны отдохнуть, господин. Не браните меня. Теперь, когда старый джентльмен все знает, он вас не предаст.

Король поднялся на ноги и обреченно пробормотал:

– Ладно, что сделано – то сделано. По правде сказать, мне почти безразлично, что со мной станется.

– Когда вы поспите, вы, может быть, начнете рассуждать иначе, мой господин, – ответил Ричард.

К тому моменту, когда они добрались до дома, мистер Вулф и его дочь уже кое-как оделись и ждали гостей в прихожей. Как только Ричард постучался, Вулф открыл дверь и, церемонно поклонившись, произнес с присущей ему холодной чопорностью:

– Весьма сожалею, что приходится видеть ваше величество здесь в таком наряде.

– Ну, я все-таки сожалею об этом еще больше! – сказал король, в глазах которого вдруг на мгновение снова вспыхнули искорки неистребимого юмора.

Он шагнул через порог и заморгал, неожиданно попав из темноты на свет. Энн Вулф, присевшая было в глубоком реверансе, не удержалась и вскрикнула, напуганная зрелищем, которое являл собой Карл. Плохо сидевшая одежда была забрызгана грязью и испачкана потом; из рваных башмаков на каменные плиты пола капала вода, а шляпа была куда больше под стать пугалу, а не человеку. Под ее потрясенным взглядом – она смотрела на него, прикрыв рот рукой, – король снял эту шляпу и с легким вздохом отбросил со лба мокрые кудри. А потом поднял на дочь Вулфа налившиеся кровью, усталые глаза, в которых мелькнула усмешка.