Подарок для рыцаря смерти (СИ) - Верескова Дарья - Страница 37

Почему я вообще об этом думаю?! Я боялась его прикосновений, но постоянно возвращалась к ним мысленно.

Залепив себе мысленную пощёчину, я отошла от огороженной кольями площадки, пообещав себе никогда больше не смотреть на такого сэра Гектора.

Нравы здесь, в лагере, сильно отличались от тех, что царили у нас в деревне, где почти все девушки выходили замуж невинными. Единственные благородные, кого мы встречали, — это те, кто навещал меня, когда я была совсем малюткой. Но здесь, вблизи крупных городов и крепостей, я видела, сколько женщин готовы отдать себя нашим рыцарям, и с какой радостью.

Сэр Гектор не был исключением. Стоило нашему обозу пересечь очередную деревню или город, как к его коню тут же подбегали многочисленные торговки с продуктами, шалями или медовухой. Они улыбались так многообещающе, суля тепло и ласку, что это вызывало завистливые вздохи у солдат, которым подобного внимания не доставалось. Гектор был легендой для многих — его узнавали мгновенно. Но он почти не реагировал на них. Я заметила, что он часто касается своего плаща или даже вдыхает его запах — этот самый плащ грел леди Элоиз незадолго до её отъезда в крепость Вестгард.

На пятый день после её отбытия сэр Гектор пригласил в свою палатку одну из тех девушек, что вешались на него в деревнях — светловолосую и голубоглазую. Девица с толстой косой громко смеялась над чем-то, хотя я бы в жизни не поверила, что сэр Гектор способен на шутки. А потом её смех сменился довольными стонами — тихими, словно она пыталась сдержаться, но они продолжались… часами.

— Всё ему похожих на леди Элоиз подавай, — пробурчал старый Гил.

— Осторожнее, — предупредила его Трин жёстким, угрожающим голосом. — Тебе что же, надоело навоз за конями убирать? Я ведь могу и напомнить сэру Гектору о твоём длинном языке.

Я хмыкнула, и старый Гил, услышав это, сразу вперил в меня колючие тёмные глаза. Отвращения и пренебрежения в его взгляде больше не было — с тех самых пор, как я вернулась в лагерь с изменённым лицом. Зато появилось что-то другое, неприятное и липкое…

— Что же, не удовлетворяешь его? Так он тебя может и другим отдать, по рукам пойдёшь.

Не отдаст. Пока я подчиняюсь его приказам — не отдаст, он обещал.

— Я и побить могу, — невинно отозвалась я. — Ты когда-то назвал меня деревенщиной, так знай, я такая и есть. О всякой там чести думать не стану — просто врежу котлом.

Трин хохотнула, а после спросила, не нужно ли мне чего и почему я не ложусь спать. А я не могла — слышала стоны светловолосой девицы в палатке сэра Гектора и почему-то представляла их обоих.

Представляла его — огромного, смуглого, широкоплечего, час за часом вбивающегося в эту девушку. Почему они вообще столько времени там проводят? С банщицей всё закончилось… намного быстрее.

От мыслей об этом я даже покраснела, но, слава Кроффу, меня отвлекло громкое ржание лошади — в лагерь внезапно ворвался всадник. Запылённый, лохматый, но я всё равно его узнала. Он был одним из солдат, что сопровождали леди Элоиз.

— Что случилось? — тут же вскинулся сэр Мориц, сидевший у своего шатра за письмом. Возможно, он писал его любимой, дожидающейся возвращения в Гратане.

— Я… я не знаю, — ответил запыхавшийся всадник, спрыгивая на землю. — Могу я поговорить с сэром Гектором?

— Не знаешь?! И ты бросил нашу леди без присмотра просто потому, что чего-то не знаешь?!

— С ней ещё три десятка стражников! Но я решил, что сэр Гектор обязан узнать. Что-то странное творится в Вестгарде. Мы так и не увидели хозяйку поместья, лорд Деро ведёт себя как-то чудно, а половина слуг ругается так, будто сроду не видели благородных.

Сэр Мориц нахмурился, потому что слова стражника казались… странными, несерьезными. Ну подумаешь, слуги ругаются — они всегда ругаются, просто благородные обычно этого не слышат.

— Лорд Деро… он причинил вред леди Элоиз?

— Нет! Он принял её так, будто она, а не он здесь хозяйка. Но всё равно, сэр Мориц, я видел, как напуганы жители! Что-то неладное творится в крепости, пожалуйста, позовите сэра Гектора…

Я видела, как растерян был этот мужчина, как он дрожал и оглядывался по сторонам, словно боялся погони. И эта его нервозность постепенно передавалась остальным.

— Что здесь происходит?! — низкий, рычащий голос сэра Гектора заставил всех присутствующих вздрогнуть.

***

Сэр Гектор не медлил с решением — наверняка он волновался за леди Элоиз как никто другой. Направляться в Вестгард огромным отрядом он не стал, ведь без приглашения такую ораву воинов могли счесть за нападение. К тому же взгляды всех были прикованы к основному лагерю, медленно ползущему по тракту к столице.

Всё это я поняла из разговоров сэра Гектора с сэром Морицем, который теперь оставался за главного. Пока основные силы двигались своим путём, сам сэр Гектор в сопровождении лишь небольшого отряда рыцарей, их оруженосцев и… своей каэри намеревался лично нанести визит в крепость.

Сэр Мориц пытался спорить, доказывая, что именно он, а не Гектор, должен ехать на разведку, ведь королевское задание важнее любых странноватых слухов. Но первый рыцарь короля и слушать ничего не желал. Ему словно затуманило разум, он свято верил, что леди Элоиз в опасности, и не собирался ждать ни минуты.

Я помалкивала, никак не комментируя происходящее. Молчала я и тогда, когда он усадил меня перед собой на Валора, бросив лишь короткое: «Ты отправляешься со мной». Равнодушие сэра Гектора в последние дни стало всепоглощающим, куда более глубоким, чем даже в моменты нашего знакомства. Но куда больше меня беспокоило то, как легко он готов был бросить задание ради этой крепости.

Такие порывы… не были ему свойственны.

— Мы вернёмся на третий день. Продолжайте медленно двигаться по тракту, никто не должен заподозрить неладное, — громко скомандовал он, а затем пришпорил коня и направил его назад, к повороту на Вестгард, который мы миновали несколько дней назад.

Он выехал с крохотным отрядом прямо в ночь.

Где-то позади скакал и Жан. Я видела по его лицу, как сильно он взволнован, но про себя рассудила, что сэр Гектор никогда прежде не допускал ошибок. Его решения всегда оказывались верными, пусть и непонятными для окружающих. Он был самым прославленным рыцарем нескольких королевств, тем, кому король-захватчик доверял больше всех.

Мы остановились лишь спустя десять часов бесконечной скачки, когда на горизонте уже начало светлеть. Я чудовищно вымоталась, проведя всю ночь без сна, и теперь просто бессильно откинулась на грудь мужчины, вдыхая его терпкий запах.

Местом для привала выбрали лесную опушку, с которой едва просматривалась дорога на Вестгард. В отличие от Рошгейта или Гратана, эта крепость стояла на равнине и имела форму идеального квадрата.

Два ряда стен смыкались под резкими углами, над которыми высились тяжёлые башни. Перед стеной не было рва — только утоптанная земля, но это вовсе не означало, что в случае осады крепость быстро падет. Вторая стена была заметно выше первой, а её башни выглядели куда мощнее и крепче. Я заметила на камнях тёмные отметины — следы былых попыток захватить твердыню осадными машинами.

Насколько я знала, лорд Деро сам присягнул Фердинанду Второму, а значит, при нынешнем короле битвы здесь не случилось. Должно быть, эти шрамы остались ещё со времён прежних войн за Альмерэ.

— Я отправлюсь к крепости вместе с Жаном и сэром Имре. Нам донесли, что хозяева ведут себя странно, но не враждебно. Солдаты видели лорда Деро, его тётушку и знакомого кастеляна. В замке даже закатили настоящий пир в честь приезда леди Элоиз, — громко произнёс сэр Гектор.

Как и остальные, я не до конца понимала, насколько стоит тревожиться и как себя вести. А ещё я гадала, зачем сэр Гектор притащил меня сюда, если сам считает, что тревога, скорее всего, ложная.

Но он быстро объяснил.

— Если выяснится что-то недоброе, я пришлю назад Жана. В худшем случае придётся применить магию, но я сделаю всё, чтобы невинных не задело. Каэри, жди здесь. Будь готова отдать свою силу, если понадобится. Если же окажется, что всё в порядке, мы вернёмся почти сразу и нагоним основной отряд.