Новый каменный век. Том V (СИ) - Белин Лев - Страница 11

— И тогда ты покажешь им, что у нас очень много мяса, камня и кости?

— Ты прав, — признал я. — Но без соли… нам будет трудно сохранить всё.

Я понимал то, чего не понимали они: соль — это единственный достойный сейчас консервант. С ней мы могли бы хранить продукты месяцами без вечной мерзлоты. Хранить и в тепле. И безопаснее это было в разы. А уж про вкусовые эффекты и говорить нечего.

«Уж точно: имея — не ценим. Не думал я, что буду так скучать по соли», — подумал я, уже едва не готовый биться с неандертальцами ради неё.

— Тогда будем говорить у костра. Решим вместе со всеми, — отрезал Белк.

— Да, согласен, — кивнул я.

Внезапно Ветер, сидевший у моих ног, вздыбил шерсть и глухо зарычал. Он бросился ко мне, толкаясь головой, словно пытался предупредить о чём-то.

— Что такое? — присел я. — Где? — бросил я резко.

— Фаф! РА-АР!

Я проследил за его взглядом и увидел Шандов, которые тяжело затаскивали очередную порцию мяса на склон.

— Белк, кто остался внизу? — спросил я, чувствуя, как внутри всё сжалось.

— Тар-Аг и Ои…

И следом мы услышали крик Тар-Ага:

— Гиены!

— Копья! — громко крикнул я и сам кинулся к деревянному навесу у главного шалаша, где находилась крытая стоянка с атлатлями, копьями и прочими орудиями.

Она постоянно отапливалась небольшим очагом, чтобы дерево не впитывало атмосферную влагу. Шанды же сразу рванули вниз — у них оружие было с собой. Мы с Белком ухватили метательные дротики и тяжёлые копья, стремительно бросились к кромке плато. Со стороны печи к нам спешно бежали Ранд и Канк — насколько могли бежать. Толка от них не будет, потому я крикнул:

— Останьтесь тут! — и добавил: — Ветер! Место!

Мы побежали, едва не падая на каменистом склоне. Я видел, как шесть пещерных бурых гиен окружили костные останки шерстистого носорога. Вероятно, они ждали, когда уйдут охотники, таились в кустах. И никто, чёрт возьми, никто не углядел их сверху!

«Быстрее! Успеть!» — вопил я мысленно.

И тут нога Белка подвернулась, он рухнул на землю и покатился кубарем по скалистому склону.

— Белк! — громко крикнул я, видя, как его тело отчаянно цепляется за камни и кустарники.

Но он не потерял сознания, ухватился руками за кривой куст и остановился. По лицу стекала горячая кровь из разбитой головы, но он быстро встал на ноги и глянул на меня.

— Иди! Я в порядке! — бросил он мне.

Я кивнул и сильно замедлился, чтобы не повторить его участи. И видел, как смеющиеся волки смыкают кольцо, в котором метался Тар-Аг с копьём, и видел Ои, прячущегося за его узкой спиной. Слышал гиений скулёж, похожий на гадкий смех. Понимал — я не успеваю.

Шанды уже были на полпути к туше, когда самая массивная гиена сделала рывок к добыче. Тар-Аг ударил копьём, но его отбросило. Камень угодил в грудину твари, та рванулась, и древко треснуло у основания. Это копьё Тар-Аг сделал сам — его первое копьё.

— НЕТ! — рявкнул я.

Но гиенам было всё равно. Я увидел, как другая рванулась со спины Ои, как её челюсти сомкнулись на его шее. Как тельце дёрнулось назад, увлекаемое тварью. Две другие кинулись к своему сородичу, ухватывая визжащего мальчугана за ногу и руку. Они задёргали головами, терзая его, разрывая плоть.

— ААА-ААРХ! — ревел я, уже не видя и не слыша ничего, кроме этой жуткой картины.

Крик Ои перешёл в хрипы, а затем и те кончились. Он погиб.

А Тар-Аг не сдавался! Он одёрнулся и упёрся спиной в хребет носорога, всё тыкая перед собой копьём. Три гиены во главе с раненой двинулись с трёх сторон, то порываясь, то отскакивая. Братья уже были почти внизу, оставалось немного. Я и сам находился в каких-то сорока метрах. Позади слышал шум от бега Белка. Вот мы, немного!

Но реальность оказалась жестока. Левая гиена рванулась к Тар-Агу, тот тыкнул в неё.

— Прочь!

И тогда другая, справа, приблизилась и уцепилась в ляжку.

— АА-АА! — закричал он.

Раненая тоже подступила и вцепилась в щиколотку, потянула Тар-Ага. Другие уже утаскивали Ои подальше, завидев приближающихся охотников.

— Ай! Давай! — кричал я, видя, как Шанд-Ай уже замахивается атлатлем.

— Ив! Спаси! — визжал Тар-Аг, пока его волокли по земле, видимо, услышав мой голос. — Прошу! Помоги!

«Потерпи немного! Мы уже почти!» — мысленно отвечал я.

Ай дёрнул рукой в то время, когда Ий бежал с копьём. Дротик ринулся в сторону Тар-Ага. Гиены не успели среагировать, и он вонзился меж рёбер той, что собиралась разорвать глотку парню. Она завыла, рухнула на лапы с пробитыми лёгкими. Другая, та, что была ранена, неожиданно выпустила добычу и кинулась прочь.

У неё вся шкура была покрыта шрамами и проплешинами. Старая, опытная гиена, не раз уже, похоже, встречавшаяся с человеком. Но иная всё никак не выпускала добычу из пасти. Даже когда подлетел Шанд-Ий, она попыталась утащить ревущего Тар-Ага, но удар копьём резко переменил её настроения. Она разжала челюсть и кинулась на Ийя.

Тот рванул в сторону. Она попыталась накинуться, но он упёр копьё в землю, и она напоролась на остриё по касательной, разорвала себе шкуру на шее.

— ХАА-АР! — закричал Шанд-Ай, отвлекая гиену от брата.

Он подоспел и оказался позади, уже замахиваясь атлатлем:

— МРИ!

Он рванул рукой, дротик просвистел к ней.

— Нет… — неосознанно шепнул я, видя, что он промахнулся.

Гиена бросилась к нему, потянулась к шее в прыжке, но клацнула у самого кадыка. А следом всем телом влетела в грудь Шанд-Айя. Они опрокинулись на землю, покатились. Ий уже подорвался и метнулся к ним. И я был внизу, уже мчался к ним.

— ХА-А! — кричал я, надеясь, что она побежит.

Но гиена решила биться. Шанд-Ай ударил копьём, угодил ей в грудь, рассёк плоть. Я подскочил сбоку и тоже ударил. Кремень вошёл глубоко, метя в брюхо твари. Разорвал шкуру и впился, рассекая желудок, сеча внутренности.

— ХУ-УЯ-УА! — проскулила она и дёрнула башкой уже ко мне.

И тогда открыла шею Ийю — тот ударил копьём, пробил плоть и насквозь прошил тварь. Но и тогда ему приходилось крепко держать древко, чтобы она не вырвалась. Стокилограммовая туша металась, дёргалась. Я ударил ещё, ещё раз, всадил копьё в область грудной клетки, и лишь тогда она пала. Только когда я пробил сердце.

— ХА… ХА… — тяжело дышал я, но тут же собрался и бросился сначала к Тар-Агу.

Ий кинулся к брату.

Остальным гиенам уже не было дела до нас. Они уходили с телом Ои. И я слышал, как они посмеивались, удаляясь дальше. Сука!

— Аг! Тар-Аг! — прокричал я, припав к нему.

— Ив… Ха… — шептал он, нервно ища меня глазами.

Я зажал руками рану, из которой хлестала кровь. У него точно была разорвана артерия на бедре, другая рана тоже кровоточила.

— Аг, держись! Говори со мной! — просил я. — Сейчас!

Я дёрнул с себя пояс одной рукой, пока другую держал на рваной ране.

— Ив… — выдохнул он.

И я видел, как опустилась его грудь, как взгляд поблёк.

— ТАР-АГ! — крикнул я, но он не подавал признаков жизни. — НЕТ-НЕТ-НЕТ!

Я свернул пояс и втиснул в рану как тампон, стараясь остановить кровь. Но это уже было не нужно. Кровотечение почти полностью прекратилось. Его сердце остановилось.

— Ив, — услышал я Белка сбоку, — он мёртв.

— Нет! — бросил я, осознавая, что он прав.

— ИВ! — дёрнул он меня за плечо, и я увидел его покрытое кровью и грязью лицо. — Помоги Ийю! Давай!

«Ий⁈ Что с ним!» — обернулся я, сбрасывая оцепенение.

Шанд-Ай лежал чуть поодаль и прижимал руки к груди с искажённым от боли лицом. Над ним склонялся брат, не понимая, что делать, как помочь.

— Да, Шанд-Ай! — вырвалось у меня, будто напоминание самому себе.

Я бросился к нему и оказался рядом с Ийем.

— Что с ним⁈ Гиены же не трогали его!

Тот хрипел, прижав руки к груди, дышал порывисто, мелко, будто неспособный сделать полный вдох.

— Шанд-Ай, ты слышишь меня⁈