Криминалист 12 (СИ) - Тыналин Алим - Страница 43

— Просто буква, — сказал Кастелло. — Но она не взялась с потолка. Фрэнк говорил, что заказчик один раз, в самом начале, представился по телефону сам. Сказал одну фразу.

— Какую?

Кастелло закрыл здоровый глаз, вспоминая.

— «Считайте, что вы говорите с домовым хозяйством», — произнес он.

Я записал дословно и переспросил трижды, потому что фраза шла странная и мне требовалось убедиться, что он не переставляет слова.

— Он повторял ее?

— Нет, — сказал Кастелло. — Только один раз, во время первого разговора. Фрэнк ее запомнил, потому что не понял. И я запомнил, потому что Фрэнк мне ее пересказал и смеялся, мол, что это вообще значит.

— А что это значит?

— Не знаю, — сказал Кастелло. — Я думал, шутка какая-нибудь. Или он из этих, из образованных.

Разговор мы закончили в четыре сорок утра. Когда Прайс вышел и мы остались наедине, я посмотрел Кастелло в глаза.

— Если хотите жить, а не погибнуть в камере, не говорите никому про заказчика. Про все то, что сообщили мне. Я постараюсь обеспечить вам отдельную камеру и защиту.

Кастелло увезли в больницу под охраной шерифа и двух агентов, а в семь утра за ним прилетели люди из Чикаго и из отдела организованной преступности. С этой минуты он перестал быть моим.

Я поехал в мотель, лег и проспал четыре часа.

Проснулся я в половине двенадцатого и сел за стол у окна с блокнотом. Достал карточки, все двадцать три, разложил на кровати, на покрывале, в четыре ряда.

Первый ряд Такер и его люди. Дрисколл, Ковач, Кобб, четверо взятых на лесопилке, транспортная контора, грузовик из Нью-Камберленда.

Второй ряд исполнители по округу Колумбия. Три эпизода из ориентировки, путепровод, гильзы и лаборатория.

Третий ряд Холт и то, что тянулось от него, финансовые махинации, Гейл как свидетель, папка, ради которой все это затевалось.

Четвертый ряд оставался почти пустым. Реестр. Финч. И теперь буква Д.

Я сидел и смотрел на эти четыре ряда минут двадцать.

Дело выглядело так, будто цепочка идет снизу вверх и кончается наверху одним человеком. Так оно и рисовалось у меня в голове с осени, Финч наверху, под ним исполнители, между ними ступеньки.

А теперь картина не складывалась.

Я взял чистую карточку и стал выписывать то, что не сходилось.

Первое. Финч бюрократ и кабинетный человек. Он умеет двигать бумаги, звонить нужным людям и закрывать дела.

Он не станет диктовать по телефону время выхода с точностью до минуты и требовать отчет о количестве машин. Это совсем другая привычка.

Второе. Способ связи. Открытка с датой, автомат в условленном месте, звонок ровно в назначенную минуту, разговор в полторы минуты, никаких встреч, курьеры одноразовые и молодые.

Организация такой связи требует усилий и дисциплины с обеих сторон. Обычные люди так не работают, организованная преступность тоже. Там все держится на личных отношениях и встречах за столом. Так работают только те, кого этому учили.

Третье. Заказчик не торгуется. Он называет сумму и не двигается с места. Значит, деньги не его собственные, а бюджет, причем утвержденный.

Четвертое и самое неприятное. Заказчик не знаком с Такером лично и не желает знакомиться. Ни разу за полтора года. Причем Такер зарабатывает на нем вдвое против обычного и держится за выгодный заказ.

Я поставил на карточке слово «прослойка» и обвел его.

Смысл выходил такой.

Между тем уровнем, где сидят люди вроде Холта и Финча, и тем уровнем, где стоят наемники с карабинами, находится еще один слой. Люди на нем не принимают ключевых решений и не исполняет их сами. Они передают заказы исполнителю.

Этот же слой, скорее всего спланировал побег из Мариона. Я взял отдельный лист и написал столбиком, что для этого понадобилось.

Чертежи коммуникаций, человек внутри, из состава смены. Работа на токарном и сверлильном станке в тюремной мастерской.

Кислородная резка решетки в дренажной трубе. Отрезок видеопленки, снятый заранее, склеенный в петлю, аппарат, чтобы ее гонять. Списанный армейский грузовик, купленный за три года до дела.

Затем я посмотрел на этот список и понял, что это похоже на план войсковой операции.

Не на преступление, а именно на операцию. С разведкой объекта, подготовкой средств, распределением задач, временным графиком и с отходом с позиций. Такому не учат в юридической школе.

На нижней строке я приписал: Д. «Считайте, что вы говорите с домовым хозяйством».

Я обдумывал эту фразу так и сяк минут сорок.

В обычной речи это оборот не встречается совсем. В армии словом «хозяйство» обозначают подразделение, если не хотят называть его номер.

В снабжении «домовым хозяйством» называют службу, ведающую казармами и постройками. А еще так говорят про человека, который занимается внутренними делами дома, пока хозяева заняты другим.

Скорее всего, все три смысла тут работают вместе, человек, который сказал эту фразу, выдал ее с удовольствием.

По правилам полагалось внести все в рапорт. Донесение уйдет в спрингфилдское отделение, оттуда в чикагское, затем в управление в Вашингтон.

Кастелло допрашивает отдел организованной преступности, его сотрудники подчиняются по своей линии, запись его показаний ляжет в общий оборот. Если Прайс расскажет про заказчика, через две недели про него будут знать человек тридцать в нашей системе.

Дальше все просто. Финч сидит в Вашингтоне и до сих пор знает про наши дела больше, чем должен. Если про букву узнают в Вашингтоне, к концу мая на Делавэр-авеню перестанут приходить открытки.

Автоматы сменят или бросят. Человек, который называет время с точностью до минуты, просто изменит порядок связи, в следующий раз я услышу о нем года через два и по другому поводу.

Вечером я сел писать рапорт. Указал я в нем все, кроме заказчика. Показания Кастелло по Такеру полностью, с фамилиями, адресами и банком в Уилмингтоне.

Про заказчика я написал следующее: «Кастелло показал, что заказ поступил Такеру от лица, с которым Такер лично не встречался. Порядок связи и приметы уточняются, материал будет доложен отдельно».

Формально это правда. Материал действительно уточнялся, только делал это я один. Потом я сидел у окна и смотрел на стоянку мотеля.

Раньше я думал, что у Реестра есть верхушка в лице Холта и Финча и есть исполнители. Наркокартели, банды по всей стране и преступные синдикаты подобные организации Такера.

Но оказалось, что наверху находится кто-то еще. Этот кто-то делает то же самое что и Холт, существует отдельно от него и давно работает с Такером. Это отдельная ячейка или кто-то вышестоящий?

А главное вот что.

Если между Холтом и Такером есть один такой слой, то нет никакой причины, по которой он должен оказаться единственным. Устроено все это, судя по всему, так, чтобы каждый следующий уровень знал только нижний и не знал вышестоящих.

Такер не знает заказчика. Заказчик, скорее всего, не знает, кому именно нужен был Гейл.

Курьер не знает, что он несет. Даже Кастелло, сидевший на деньгах синдиката, не смог назвать ничего, кроме одной буквы и дурацкой шутки про домохозяйство.

Я тянул за ниточку и не был уверен, что распутаю весь клубок, очень уж все тут замысловато устроено. Тянул я, похоже, за нижний край сети.

Решив что у меня мало фактов, я позвонил домой, но никто не поднял трубку. Николь скорее всего на дежурстве. Брут спит, а Кассия лежит чутко приподняв уши.

Как там со стройкой, бункер и подземный ход должны скоро закончить. Я подумал стоит ли звонить Николь на работу, но решил что в этом нет необходимости. Она потом будет долго думать и переживать, как у меня все прошло.

Кстати из газет она узнает, что ФБР поймает беглеца из Мариона и поймет, что я справился.

Кому надо позвонить так это Томпсону. Вот кто ждет моего звонка с нетерпением.

Я приготовился получить нагоняй за то что звоню так поздно, а не сразу после освобождения Кастелло. Впрочем Томпсон профи и поймет что мне надо было колоть Кастелло без промедления, пока он горячий.