(не) желанная жена офицера Басманова (СИ) - Арно Анна - Страница 27

Он хочет меня. Так сильно, что будто не может мне отказать, как бы ни хотел. И этот факт просто пьянит меня. Будто я имею власть над этим могучим мужчиной и мне это несказанно нравится.

— Ты меня с ума сведешь, клянусь, — рокочет он, опаляя мою чувствительную кожу своим дыханием. — За что мне это?..

— Наказание? — продолжаю вместо него.

— Какое же ты наказание, Маша? — шепчет он, не прекращая обжигающих коротких поцелуев вниз по моей шее. — Ты моя награда, клянусь. Хоть я и не знаю, за какие такие заслуги. Но я все сделаю, чтобы ты никогда не пожалела, что досталась мне.

Эти его слова… они что-то такое пробуждают во мне.

Что-то теплое и податливое.

Будто он прямо сейчас дает мне какое-то очень важное обещание, из-за которого я готова хоть на край света за ним теперь идти.

Откидываюсь чуть назад на столе, но роняю подставку для досок, и она с грохотом падает на пол, но мы оба не обращаем на это внимания. Будто сейчас есть только мы вдвоем. А весь остальной мир на паузе.

Я никогда не испытывала ничего подобного. И кажется готова душу дьяволу продать, лишь бы это не прекращалось. Как вдруг из коридора доносится:

— Бесик, сынок, это ты там шумишь?!

Вот же… черт.

Бес не реагирует. Будто вовсе не слышит, что его окликнули. Просто продолжает жадно целовать меня, словно готов съесть прямо здесь. И мне приходится приложить немалое усилие, чтобы оттолкнуть его и таки слезть со стола до того, как хозяйка этой кухни обнаружит какими непотребствами мы тут занимаемся.

Хотя не могу не признать, что это добавляет определенной пикантности момента. Будто некоторая мстя моей тираничной свекровушке.

Наспех отправляю свое платье и…

— О, ты здесь, сынок! А чего не отве… — мать Бесо осекается, замечая меня. — Мария? А ты какими судьбами? Неужто одумалась?

Выглядываю на нее из-за плеча Бесо. Она окидывает кухню хозяйским взглядом:

— И чего вы здесь… делаете?

— П-пельмени варим! — выпаливаю я, и бросаюсь тут же доставать из ящика небольшую кастрюльку, наполняю водой и ставлю ее на плиту, так сказать в подтверждение своих слов.

— Без одежды? — претенциозно уточняет мама, окидывая своего чего-то остолбеневшего сына непонимающим взглядом.

Поднимаю глаза на Бесо. Вот черт. Я его что… раздела?!

Матерь Божья! Что на меня вообще нашло?!

Кажется Бес тоже немало удивлен.

Он все еще стоит как каменное изваяние и на меня как-то растерянно смотрит, будто никак отойти не может. И будто до сих пор не осознает, что мы тут больше не одни.

— Так это, — подхватываю с пола его рубашку, — это я постирать взяла. Ну вы тут пообщайтесь, а я пока как раз стирку закину, — хочу было шагнуть в сторону выхода.

Но мама преграждает путь:

— Вот еще! — фыркает. — Это на каком таком основании ты в моем доме хозяйничать собралась? Вчера бежала, что пятки сверкали. Гадостей наговорила и сказала, что больше за моего сына не собираешься! А теперь явилась, как ни в чем не бывало! Стирку-готовку затеяла! Да кто тебе вообще позволил еду из моего холодильника брать?

— Я… эээ… — торможу, потому что совсем не готова была к таким эмоциональным горкам: сразу после жаркого поцелуя оказаться еще и в пылу скандала — слишком сильная прожарка для неподготовленного организма. — Я…

И это я ведь даже готовилась к встрече! Думала о том, как я им круто нос утру и даже сама заставила Бесо меня сюда привезти, на минуточку.

А теперь блею, как овца, не зная что ответить!

Вот же ж…

Ладно, в-первых я никак не ожидала что она нагрянет в столь неподходящий момент и потому немало растерялась. А во-вторых, я ведь ожидала, что баба Нино успеет поделиться новостями о свадьбе со своими родственничками, чтобы они уже ждали нас во всеоружии. Но похоже она решила оставить нам фору, и не лишать нас удовольствия самим обо всем рассказать.

Спасибо, конечно. Только я сейчас и двух слов связать не могу от неожиданности.

— Она передумала, — вдруг слышу привычно спокойный голос Беса, и буквально всем телом чувствую, как он шагает ближе. — Маша остается твоей невесткой, мама, так что будь повежливей.

— Чего?! Повежливей? — усмехается. — Поздно спохватилась, милочка. Боря уже сказал, что не женится на тебе. Так что поезжай-ка обратно в деревню, — она так пренебрежительно машет на меня рукой и даже шагает навстречу, будто намерена выволочь меня отсюда, если я не соглашусь уйти по-хорошему.

Отшатываюсь назад и упираюсь спиной в грудь Бесо. Он как-то по-свойски кладет ладонь мне на талию и прижимает теснее к своему обнаженному торсу:

— Боря и не женится, — отрезает он категорично. — Она теперь моя.

— Ч-чего? — с сомнением переспрашивает мама, будто действительно не расслышала.

— Я сказал, Машенька теперь моя невеста, и завтра мы поженимся, — его непререкаемый голос забирается мне прямиком под кожу и будто укореняет во мне каждое его слово.

Я его невеста.

Завтра — жена.

Мой жених теперь — Бесо.

И завтра он станет моим мужем.

И почему меня совершенно не пугает столь резкая смена жениха?

Наоборот…

— Так что последний раз предупреждаю по-хорошему, мама, — продолжает мой будущий муж, — будь с ней добра, если хочешь чтобы я и дальше приезжал в отчий дом. Если моей жене здесь будет не по нраву, я не стану заставлять ее сюда ездить. И сам без жены больше не поеду.

У меня внутри что-то такое поднимается, от чего даже плакать хочется. Но в то же время так радостно на душе.

Ведь это едва ли не впервые. В жизни. Когда за меня вот так категорично стоят. Когда выбирают меня. Только меня…

У меня где-то глубоко внутри что-то очень отчетливо щелкает. И подчиняясь какому инстинкту я вцепляюсь пальцами в ладонь своего будущего мужа, лежащую на моем животе.

И как же мне теперь… его удержать?

— Сынок, — мама уже за сердце держится, — это что же?! Из-за какой-то паршивки…

— Мама! — грохочет Бесо вынуждая даже стены вздрогнуть. — Я предупредил…

— Что за шум? — слышу голос отца из коридора и уже через секунду он появляется в кухне.

Я аж подбираюсь вся, готовая к новой атаке.

— Георг, ты только послушай, как он со мной разговаривает из-за этой девицы! — воет мама.

— Не девицы, — предупреждающе рычит Бес. — А твоей невестки, мама. Я все сказал! Если ты не согласна на мои условия, то мы готовы сейчас же уехать.

— Отец, поговори с ним! Ты слышишь что он такое несет?

Папа окидывает нас с Бесо оценивающим взглядом из-под густых бровей. Вздыхает как-то тяжело, а затем говорит:

— Выходит у тебя получилось, сын? Убедил таки нашу строптивую невесту замуж за тебя выйти?

— Да, отец, — кивает Бесо. — Мы съездили в деревню и получили благословение старших. Нас распишут завтра же и мы сразу уедем в Москву. Так что сегодня единственный вечер, когда мы можем устроить семейный праздник по этому поводу. Если мама согласится принять мою будущую жену.

— Но Бесо!.. — снова возмущенно вскрикивает мама.

Однако отец кладет руку ей на плечо:

— Она принимает, сынок. Как и любое другое мое решение, — дядя Георг не часто так делает, но сейчас он явно давит жену авторитетом и это читается даже в его интонации, — потому что она уважает меня и мое слово. А я очень рад, что нам удалось не вынести сор из избы и сохранить договоренность с семьей Мари. В конце концов, Маша ведь нам не чужая, — его взгляд чуть смягчается фокусируясь на мне, — и я очень рад, что моему сыну досталась такая жена.

Меня до слез трогают внезапно добрые слова этого сухаря в отставке. Признаться, он никогда и не был со мной груб, но и на мою сторону до этого момента ни разу не вставал.

Все благодаря Бесо. Опять.

Вот, что значит оказаться невестой правильного жениха. Ведь, останься я с Борей никогда бы не узнала этого чувства тотальной защищенности. Ощущение, что теперь мне не страшно и в клетку с дикими зверями войти.