Глашатай теней - Холл Керстин - Страница 5

– Вы покинули Карман, чтобы забрать меня?

– Да, было очень больно. Не благодарите. – Опираясь на стену за спиной, мужчина устроился поудобнее. Движение явно стоило ему сил. – И это подводит нас к моему предложению.

– Предложению?

– Да. – Он протянул ей Рассекатель. – Возьмите его.

Карис не шелохнулась.

– Вы же хотите жить? – Он поболтал медальоном на цепочке, словно играя с кошкой. – Снова увидеть солнце?

Она сразу почувствовала ловушку.

– И зачем вам отдавать его мне? Вы же только что сказали, что умрете, если выключите устройство.

– Ну да. Учитывая, что я здесь уже второй день, времени на обдумывание ситуации мне хватило с избытком. Затягивать это дальше нет смысла.

«Второй день?» У Карис волосы на голове встали дыбом. Два дня, один в темноте… И при этом незнакомец выглядит очень собранным… и разговаривает чуть ли не весело. Он либо отъявленный лжец, либо дурак, и неизвестно еще, что хуже.

– А взамен?..

– Взамен? – Медальон перестал раскачиваться. – Мне нужно, чтобы вы доставили сообщение в вареслийское посольство в Сайкамите. Передайте им, что посла в Торайг убили и всю ее свиту тоже. Если захотят доказательств, обломки посольского корабля найдутся в морских пещерах недалеко от Святилища. И расскажите им о конструктах.

Карис разглядывала мужчину, не торопясь с ответом. Лжец или дурак. А может, и то и другое вместе.

– Сделаете? – не отставал он. – Пожалуйста…

В неярком свете поблескивал Рассекатель времени. С ним у нее появится шанс выбраться отсюда. Она сможет вернуться в Сайкамит, подкупить посольство или даже сбагрить реликвию в Институт. Деньги светят серьезные, куда больше, чем она способна заработать за год. Прах! Чем за десять лет.

Она взяла у него медальон. Раздался чуть слышный вздох облегчения, и незнакомец снова ей улыбнулся – на этот раз куда искренней. Отвечать улыбкой Карис не стала.

– Как тебя зовут? – спросила она, с «вы» перейдя на «ты».

– Ферайн Талиаде. А тебя?

Она перевернула Рассекатель на ладони.

– Сколько, по-твоему, стоит твоя жизнь, Ферайн?

– Это философский вопрос или…

– Нет. Если бы тебя выкупили, то за сколько?

Кажется, он опешил.

– Э-э… трудно сказать. Полагаю, это зависело бы от моего отца…

– Пять тысяч кретов? – Она сразу хватила через край, чтобы оценить его реакцию. Как Карис и ожидала, цифра вызывала у него только смех.

– Хотелось бы думать, что он не настолько меня ненавидит.

Карис хотела было накинуть тысячу, когда смысл его слов наконец дошел до нее, и она едва удержала отваливающуюся челюсть. «Слишком мало?!»

– Извини. – Она взяла себя в руки. – Пятнадцать тысяч?

– Должен заметить, твой интерес в этой ситуации с гипотетическим заложником…

«К праху!» – подумала она и сжала Рассекатель в кулаке.

– Я спасу твою жизнь за пятнадцать тысяч, – объявила она.

Минута молчания.

– Гм… – Ферайн моргнул.

– Ну… или попробую. Ты ведь все равно помирать собрался? С тем же успехом можешь попытать удачи со мной. – Она протянула ему руку. – Твоя жизнь за пятнадцать тысяч кретов.

Он задумался.

Карис ждала, затаив дыхание, стараясь не выдать своего нетерпения. Пятнадцать тысяч кретов! Это же чистое безумие. С такими деньгами она, пожалуй, сможет купить все Скрипуны, и еще останется. «Кто этот человек?»

– Ты не сказала, как тебя зовут, – произнес он наконец.

– Карис Эска.

– Карис, – медленно повторил он, словно запечатлевая в памяти ее имя. С его акцентом согласные звучали мягче. Он кивнул сам себе. – Расскажи, как ты собираешься это сделать.

– Открою Завесу, восстановлю стазисную сферу на той стороне, потом закреплю Рассекатель у себя на теле… – Она чувствовала себя пережатой пружиной. – Если я права, таким образом временной карман окажется завязан на меня. С тобой внутри.

– Ты и правда не контрабандист. – Ферайн прокрутил ее идею в голове. – Стало быть, ты практикующий маг?

– Нет, не совсем. Но какие-то простые вещи делать могу, когда надо.

– Откуда у тебя доступ к Завесе?

– Я глашатай смерти.

По лицу его промелькнула рябь нечитаемых эмоций.

– А, – сказал он, – понятно.

Заметив, как смягчился его тон, Карис подавила раздражение.

– Отдача может быть дикой. Но если выгорит, я сумею доставить тебя туда, где тебе помогут.

– Похоже, опасности подвергаешься ты, а не я.

– За пятнадцать тысяч я готова рискнуть.

Он продолжал сверлить ее непроницаемым взглядом. Рука Карис не дрогнула.

– Ты уверена?

– Уверена.

Ферайн опустил глаза, поколебался еще мгновение, затем пожал протянутую ему ладонь. Поверхность его ладони была лихорадочно-горячей, Ферайна все сильнее била дрожь, но хватка оставалась крепкой.

– Хорошо, – сказал он. – Договорились.

Ужас последнего часа отступил, смытый диким приливом надежды и бурным, яростным всплеском эмоций. Карис охватило безумное желание расхохотаться. «Этого хватит. Хватит с лихвой». Ферайн не сводил с нее любопытных глаз, и она отдернула руку.

– Договорились. – Вышло хрипло. Она откашлялась и смахнула волосы со лба, заправив лишние пряди за уши. – Тогда давай посмотрим, что я могу.

Завеса, там, где они сидели, висела тяжелая и темная, этакий лес из складок рытого бархата. Карис постаралась отключить чувства и отодвинуть полотно. «Сосредоточься, возьми себя в руки». Ее чувства едва касались волнистой поверхности. Ткань поддавалась неохотно, но здесь было тише, чем на пляже или в верхних коридорах; ни следа мутного ужаса, испытанного ею до этого. Завеса смялась, затем ослабла, и Карис раздвинула ее. Органы чувств расцвели небывалыми оттенками; увядшая сила Святилища оседала на корне языка пыльной сладостью, будто засушенные цветы.

– Хорошо, – прошептала она.

Ткань сложилась сама собой, отступая и оставляя после себя жуткую пустую дыру, подвешенное в воздухе еще более глубокое ничто. Карис ощупала края пустоты и придала ей форму, разгладив подходящее для Кармана пространство: восемь футов в длину, четыре в ширину, три в высоту. «Просторный гроб». Она никогда раньше не пробовала оставлять что-нибудь по ту сторону Завесы, но должно получиться. Вновь отыскать объект может оказаться несколько сложнее… но если привязать сферу к себе, то задача вполне осуществимая. Это как сунуть камень к себе в карман, а не бросить в море. Она направила пустоту вниз к вымощенному плитами полу, устанавливая ее над Ферайном.

– Так, – пробормотала она снова, делая успокоительный вдох. Пока все хорошо. – Теперь не двигайся.

Ферайн находился в самой середине пустоты, но явно не чувствовал никакой разницы между тем, что было, и тем, что стало. С некоторым скепсисом и толикой беспокойства он огляделся.

– Конечно. Понял. Что-нибудь еще?

– Ты упоминал морские пещеры – это через них ты попал в Святилище?

Он поколебался.

– Думаешь попробовать уйти тем путем?

– Ну, прошлый мой выход перегородили эти твари. – Карис потрясла головой. – Конструкты. Придется попробовать что-то другое.

– Понимаю, но… будь осторожна. – Ферайн опустил взгляд. – Мы оказались зажаты между конструктами и морем в самый прилив. Это была мясорубка.

Даже сквозь стены Святилища она чувствовала эти смерти, пусть тускло и приглушенно. Они послужат ей мрачной путеводной звездой и помогут выбраться отсюда.

– Ты готов?

Ферайн снова поднял глаза, и Карис увидела, что ему страшно.

«Значит, лжец, – подумала она. – Ты все-таки хочешь жить».

– Готов, – сказал он.

Карис прокусила щеку изнутри и сплюнула себе на раскрытую ладонь. Самая элементарная из бхатумских привязок, простейший ритуал. Она прижала теплый металл Рассекателя к лужице крови и слюны и стиснула кулак.

– Держись крепко, – шепнула она.

Медальон обжег кожу, и Карис едва удержалась от вопля. Металл у нее под пальцами размягчился и превратился в жидкую бронзу, а затем исчез, впитавшись в ее ладонь. Щелкнув, словно в замке повернули ключ, Завеса захлопнулась. Ферайн пропал, только бледный контур ее собственной тени остался на полу там, где он лежал.