Мой истинный враг, или Приманка для ледяного дракона (СИ) - Рэйн Мона - Страница 5

Я вложила в корзинку записку с извинениями, без всяких подробностей, чтобы нельзя было понять, от кого она. Чернила и нож переехали туда, где им положено быть — в ящик письменного стола. Если кто-то будет обыскивать комнату в моё отсутствие, там они не вызовут подозрений. Бумага и картон были заставлены книгами на полке. Губка отмыта и запрятана в ванной. Оставался лишь трафарет. Разорвав плотную бумагу так, чтобы нельзя было разобрать слова, я сунула обрывки в карман платья.

Зима была на исходе, так что в доме разжигали лишь кухонный очаг и камин в гостиной на первом этаже. Перед обедом по дороге в столовую я спустилась вниз. Убедившись, что в комнате никого нет, быстро кинула клочки трафарета на тлеющие угли. Картон тут же вспыхнул пламенем, обрывки чернели и съёживались на глазах. С чувством невероятного облегчения я обернулась и чуть не вскрикнула, потому что в дверях показался дракон.

Возможно, он заметил меня через стекло в дверях. Пока я размышляла, что именно кьяр Сваарэ успел увидеть, он неожиданно улыбнулся и двинулся ко мне.

— Доброго дня, кьяра Эйвин.

Я стояла, как приклеенная. Потому что за моей спиной, возможно всё ещё полыхали клочки трафарета на почти остывших углях. А ещё потому что у меня создалось впечатление, что улыбка на этом лице наверняка бывает реже, чем северное сияние на небе.

— Доброго дня, кьяр дракон.

По тому, как удивлённо взлетели его брови, я поняла, что сказала это вслух. Щёки запылали от неловкости, а ещё от того, что льдисто-серые глаза теперь не избегали смотреть на меня. Напротив, гость внимательно рассматривал меня, как будто любуясь.

Под этим взглядом я почему-то быстро оправила волосы, бросила быстрый взгляд на складки платья, проверяя всё ли в порядке. И застыла, заметив на пальце чернильное пятно.

— Мне предстоит провести несколько дней в вашем замечательном доме. Надеюсь, я не буду вам мешать.

— Я тоже.

Я мысленно взвыла. Что я несу⁈ Что он обо мне подумает⁈ Почему мне есть дело до того, что он обо мне подумает⁈

Лицо королевского агента оставалось невозмутимым. Я спрятала руки за спину и бочком двинулась мимо него к выходу. Выбравшись из гостиной, я перевела дух и почти бегом бросилась в столовую, на ходу стирая с пальца чернила.

Мама и папа уже были там. Я оценила их тактический приём: посреди стола стояла огромная ваза с охапкой цветов из городской оранжереи. Теперь сидящим напротив будет весьма затруднительно видеть друг друга во время обеда.

— Вот, попросили привезти. Раз уж у нас гости, — пояснила мама.

Ну-ну. Я до сих пор не очень поняла, почему меня так старательно прячут от дракона, но в данный момент была благодарна родителям за выдумку. Вот только руки чесались составить букет посимпатичнее, но времени уже не было, потому что в столовую уже вошёл гость.

Я успела заметить, что серые глаза теперь смотрели обеспокоенно. Надо сказать, что родители просчитались с композицией букета, и теперь эти льдинки то и дело кололи меня внезапным взглядом, выглядывая между листьями и разноцветными лепестками.

В этот раз обсуждение за столом коснулось городского университета — первого в Миинате. Я собиралась молчать в тряпочку, быстро поесть и уйти к себе, но не смогла остаться в стороне, когда отец в очередной раз заметил, что девушкам не пристало учиться в одном заведении с парнями.

— А что прикажешь делать тем девушкам, что хотят получить профессию, папа?

Отец недовольно крякнул, и я снова увидела старого доброго непреклонного Йонна Линнфро.

— Прикажу не дурить, а выходить замуж. Профессия должна быть у супруга, дело жены — растить детей.

Я набрала побольше воздуха, чтобы разразиться гневной тирадой, но меня опередил спокойный голос с другой стороны стола.

— Наши женщины учатся наравне с мужчинами, хотя вам известно, что для драконов особенно остро стоит вопрос продолжения рода. Это важно, потому что браки у нас длятся столетиями. Супругам должно быть о чём поговорить, а для этого у них должен быть более-менее одинаковый уровень развития.

На словах о продолжении рода серые глаза сверкнули в мою сторону. Я уставилась в тарелку, обдумывая услышанное. Ничего себе, выходит, драконы в некоторых вопросах справедливее людей! Кажется, я даже почувствовала к гостю какое-то расположение.

Отец насупился, явно готовя неприятный ответ, и я поспешила поддержать дракона в дискуссии.

— А ваша жена тоже училась, кьяр Сваарэ?

В воздухе повисла неловкая пауза. Льдинки напротив меня потемнели, как грозовое небо.

— Я не женат, Эйвин.

От этого взгляда и от слов, сказанных как будто со значением, у меня по ногам поползли мурашки. Я пошевелилась, прогоняя странное ощущение.

— Что ж, кьяр Исангер, — мгновенно включилась в беседу мама, отвлекая внимание на себя, — у нас в Вуори полно невест на выданье. Может быть, здесь вы встретите свою судьбу.

— Может быть

Дракон ответил таким сдавленным голосом, что я с трудом сдержалась, чтобы не закатить глаза. Можно подумать, такой высокомерный дракон возьмёт в жёны человеческую женщину.

После обеда я переоделась, взяла корзинку побольше, спрятав свёрток с листовками под продуктами, которые каждую неделю относила в бедные семьи. И почти дошла до порога, когда за спиной снова нарисовался дракон!

— Кьяра Эйвин, позвольте сопровождать вас сегодня.

Тон был такой, что сомнений не оставалось — это не просьба.

Исангер

Решение о переезде в дом Линнфро было внезапным. Исангер привык планировать всё наперед, но едва переступив порог, осознал, что просто не может больше оставаться вдали от Эйвин.

Он не видел девушку, но ощущал её присутствие где-то совсем близко, и от этого мысли скакали, отказываясь складываться в стройный логичный план. То же ощущение не дало ему пройти мимо гостиной, где была она.

Внутренний драконий голос высокомерно указывал на то, что Сварам не пристало бегать за человеческими самками. Но что-то другое затыкало его, топило в хаосе эмоций, в то же время восторженно взирая на Эйвин.

Девушка застыла под его взглядом, как кролик, и в путанице чувств Исангер отчётливо ощущал довольство и уверенность, как дракон, настигший добычу. Больше всего его привело в восторг то, как она терялась в его присутствии. Разглядывая её милое лицо, аккуратно уложенные волосы, платье — скромное, но подчёркивающее фигуру — он чуть было не пропустил нечто важное.

Только когда Эйвин вышла, и в голове начало проясняться, Исангер заметил кое-что странное. Крупные хлопья пепла в камине были очень странной формы. Дракон готов был поклясться, что может разобрать очертания крупных букв.

В уголочке лежал обгоревший кусочек картона, измазанный в чернилах. Осторожно подцепив бумагу кончиками пальцев, Исангер положил её между листами своей записной книжки. Потом развернул найденную листовку, сравнивая шрифт с тем, что осталось в камине.

Чутьё говорило, что это не просто мусор. Господа выбросят ненужное в корзину. Слуги — сожгут в очаге на кухне. Но кто-то пришёл сжигать бумаги именно сюда, подальше от лишних глаз.

При мысли о том, что соратники «Чёрного братства» действуют совсем рядом с Эйвин, дракон не на шутку обеспокоился. Нет, теперь он не сведёт с неё глаз.

Эйвин

Сопровождать меня⁈ Корзинка в руках вдруг сделалась неподъёмной. Дракон галантно подхватил её, но я вцепилась в ручку намертво.

— Спасибо, не нужно! Я лучше сама!

Мысли панически метались. Он знает про листовки? Он что-то подозревает? Зачем ему идти со мной?

— Оставьте. Вам не стоит поднимать тяжёлое.

— Я возьму с собой слугу!

— Слуга не нужен. Я пойду с вами.

Настаивать дальше было неразумно. Если он знает, то это ничего не изменит. А если подозревает, то моё поведение лишь всё подтвердит. Я выпустила ручку корзинки.

— Не думаю, что вы получите удовольствие от прогулки. Я собираюсь зайти в несколько магазинов, а потом заглянуть к одной бедной вдове.