Невольная ученица ректора-дракона. Я знаю твой секрет! (СИ) - Вайс Адриана - Страница 31

Сразу после этого, пленник будто бы моментально теряет ко мне всякий интерес. Он делает пару шагов назад, пока окружающая темнота не обволакивает его тело со всех сторон, плавно скрывая его глаз. Но, перед тем, как исчезнуть полностью, он бросает еще кое что:

– На этом, наш разговор окончен, я отпускаю тебя. Взвесь все за и против, а потом прими правильное решение с кем ты хочешь объединить свои силы. С моим братом, который бесстыдно использует тебя в своих целях или со мной, способным решить все твои проблемы. В том числе, и связанные с обрядом подчинения.

При упоминании обряда я невольно вздрагиваю. Интересно, откуда он об этом узнал? Учитывая, что сама я никому об этом не рассказывала, да и Виррал вряд ли решил спуститься к брату, чтобы поделиться с ним моими проблемами.

Меня порывает спросить об этом пленника, но темнота к этому времени уже полностью поглотила его фигуру, оставив меня наедине с бешено роящимися мыслями и Агнессулой за спиной.

Кстати, о ней.

Как только пленник исчезает в глубине своей камеры, Агнессула грубо хватает меня за локоть и дергает на себя.

– Пошли!

– Эй, поаккура…

Я даже не успеваю закончить фразу, как чувствую, что мое тело снова обволакивает непонятная агрессивная магия, противиться которой у меня совершенно не получается. Сознание привычно плывет и я проваливаюсь в туманное небытие.

***

Когда ко мне снова возвращается способность управлять своим телом, я сразу же распахиваю глаза и вижу перед собой… бежевый потолок?

Что?

По ощущениям, я лежу на чем-то мягком. Приподнимаюсь на локте и понимаю, что снова оказалась в своей комнате в общаге. Кровати моих соседок пусты. Судя по яркому свету, пробивающемуся через окно, сейчас раннее утро.

Так, погодите…

Когда я встретила Агнессулу, было глубоко за полдень. Только не говорите мне, что я провалялась целый день!

Вскакиваю с кровати и замечаю на столе тарелку с завтраком и записку от Иви.

“Вика, привет! Я не стала тебя будить, потому что вчера ты пришла совсем уставшая и сразу же легла спать. Я же говорила, что тебе будет лучше никуда не ходить и отлежаться. В любом случае, я оставила тебе поесть.

Приходи в себя!”

Ее записка трогает меня до глубины души. О более отзывчивой и чудесной соседке по комнате можно только мечтать.

Вот бы еще Агнессула такой была…

При воспоминании об Агнессуле, сразу же перед глазами всплывает вчерашний пленник и его слова по поводу Виррала, моей способноси, родителей и всего прочего.

Если честно, многое из того, о чем он говорил, больше похоже на туманные пророчества из всяких фильмов, когда с одной стороны страшно, а с другой ни фига не понятно. Но в свете всего случившегося, ничего хорошего эта встреча мне не принесла.

Один только тот факт, что Виррал скрыл видение о моей маме, кардинальным образом меняет все.

Тем более такое видение!

У меня до сих пор сердце заходится от боли, стоит вспомнить ее искаженное от страданий лицо.

После такого я не могу просто так сидеть и ждать пока вернется Виррал, чтобы потребовать у него ответов на все мои вопросы.

Вот если бы был кто-то, с кем можно было посоветоваться в отсутствии Виррала…

В этот момент я чувствую как у меня над головой зажигается яркая лампочка, как у мультяшных героев, когда им в голову приходит интересная идея.

Потому что я вспомнила, что такой человек есть.

Мистер Бэнсон.

Сейчас я еще больше убеждена, что его вчерашнее послание было адресовано мне. И, учитывая теплое отношение к нему Лины, а так же тот факт, что он уже однажды здорово выручил меня, лучшего кандидата просто не найти.

Быстро перекусив тостами с творожным сыром, я несусь в основной корпус. С огромным трудом нахожу свою кафедру (в голове тут же возникает мысль – а можно ли вылечить топографический кретинизм магией?), где узнаю что мистер Бэнсон сидит в деканате кафедры алхимии. Бегу туда и едва успеваю застать его в дверях.

Увидев меня, мистер Бэнсон замирает и вопросительно поднимает брови вверх.

– Мисс Суханова, вы что-то хотели?

– Да-а-а… – сгибаюсь пополам, чтобы отдышаться после этого марафона, – А мы можем… поговорить наедине?

Мистер Бэнсон достает из нагрудного кармашка часы и, откинув крышку, заглядывает внутрь. Затем открывает передо мной дверь в деканат.

– У нас есть около десяти минут. После чего, мне нужно будет бежать на занятия.

– Спасибо… – выдыхаю я и проскальзываю внутрь.

Деканат оказывается очень просторным, даже с учетом того, что он поделен на три зоны. В первой стоит длинный стол, заваленный бумагами и печатями, сбоку от него явно архив – длинные стенды с папками. А в самой дальней части, у просторного светлого окна, массивный стол с высоким черным креслом – место самого декана.

Мистер Бэнсон показывает мне на свободный стул, который я подтягиваю ближе к его месту. Сам Мистер Бэнсон усевшись в кресло и закинув ногу на ногу, переводит на меня внимательный взгляд.

– Итак, о чем вы хотели поговорить.

Я делаю глубокий вдох и облизываю пересохшие губы. Сердце в груди бьется словно заведенное. И это уже не из-за долгой пробежки. Я уже успела понять, что подземелья под академией – запретное место, куда студентам вход закрыт. А это значит, что как только вскроется что я там бываю едва ли не чаще, чем на занятиях, меня вполне может ждать какое-то наказание.

Но я очень хочу надеяться, что мистер Бэнсон войдет в мое положение, потому что другого выбора у меня сейчас просто нет.

– Я хотела… – делаю над собой усилие и выпаливаю все махом, – Я хотела узнать можете ли вы мне рассказать больше о брате Вирра… мистера Моргана?

При упоминании брата Виррала, мистер Бэнсон недовольно хмурится, а его губы сжимаются в одну тонкую линию.

– Откуда вы об этом узнали? – спрашивает он таким ледяным тоном, от которого у меня по спине бегут мурашки, – Только не говорите, что вы…

Мистер Бэнсон тяжело вздыхает и на мгновение прикрывает глаза.

– Вы с ним разговаривали, да?

Скрывать очевидное глупо, поэтому я говорю как есть.

– Так уж получилось. Только, хочу сразу сказать, что мне не оставили иного выбора. Меня туда притащили силком.

Глаза мистера Бэнсона опасно сужаются и мне на секунду даже кажется, что он выгонит меня из кабинета.

– Больше всего по поводу Рэйвена Моргана может рассказать только сам Виррал Морган, – наконец, отзывается он, – Я же скажу только то, что его не просто так заперли в подземельях академии. Рэйвен – очень опасный, хитрый и изворотливый дракон, готовый пойти на все ради достижения своих целей. И тот факт, что он подчинил себе и воспользовался одной из самых опасных сил иного мира, поставив под удар всех членов академии, говорит о многом. Например, о том, что обычные люди для него не больше чем инструменты.

– Говоря про силу иного мира, вы имеете в виду магию гримов? – решаю уточнить я, отчего брови мистера Бэнсона моментально взлетают вверх.

– Вы и об этом знаете?

– Насчет самих гримов мне кратце объяснил сам мистер Морган… а вот по поводу остального, да. Я услышала это от его брата.

Лицо мистера Бэнсона становится задумчивым и мрачным.

– А о чем вы с ним еще говорили?

С некоторой опаской, но я в общих чертах рассказываю ему все, стараясь не сильно вдаваться в подробности. Упоминаю о том, что Рэйвен обещал мне помочь найти и защитить моих родителей, а заканчиваю его странной фразой по поводу скорого освобождения.

Мистер Бэнсон внимательно меня слушает, после чего с силой сжимает кулаки.

– На вашем месте, я бы поостерегся иметь какие-либо дела с Рэйвеном. Я ничего не знаю ни про ваши договоренности, ни про взаимоотношения с Вирралом. Однако, могу сказать кое что наверняка. мистер Морган действительно беспокоится о вас, иначе, не попросил бы меня присмотреть за вами в свое отсутствие.

От этих слов на сердце становится теплее, появляется мимолетная радость, что я все-таки не ошиблась в Виррале. Не мог он так просто обмануть меня.