Меня зовут Гудвин - Корнев Павел Николаевич - Страница 6

– Внутри просторней, чем кажется снаружи! – с намёком на обиду заявил превратно истолковавший мою заминку джинн, и я счёл, что скорее уж истине соответствует второй вариант.

Это следовало иметь в виду, пусть даже я и не собирался принимать никаких предложений Арама вне зависимости от красноречия джинна и собственной потребности в денежных средствах. А что подвезти меня тот вызвался вовсе не просто так, сомневаться не приходилось.

Внутри автомобильчик и впрямь оказался чуть просторней, чем того можно было ожидать, но никакой роли в моём случае это не сыграло: едва уместился на переднем пассажирском сиденье.

– Ну и здоров же ты, Гудвин! – рассмеялся джинн.

– Не без этого, – признал я.

– Спортом занимаешься?

– Ага. Гребу.

– Гребёшь? – озадачился Арам. – А я почему-то думал, ты борец.

– Борьба и бокс – это для души, а не ради высоких спортивных достижений, – усмехнулся я и отметил, как заметно расслабился после этих слов мой напрягшийся было собеседник.

Неужто в бомбардиры вербовать станет? Нет, это не для меня.

– И сколько в скорой платят, если не секрет? – ожидаемо спросил джинн. – Ты ведь в скорой?

– Мало платят, – решил я для начала уйти от прямого ответа.

– Мало у всех разное! – хохотнул Арам и утопил педаль газа, заставляя зарычавший и затрясшийся автомобильчик ускориться и обогнать троллейбус.

Я усмехнулся и сказал:

– Восемьдесят рэ оклад.

– Да уж и вправду не разгуляешься! Подрабатываешь, поди?

– Приходится.

– А ещё подработка интересует?

Я покачал головой.

– У меня уже две, больше не вывезу.

Вроде бы выразился яснее некуда, но джинн и не подумал отстать.

– Да ты и будешь занят всего-то три вечера в неделю с восьми до двенадцати!

– У меня через день смена в восемь только заканчивается. И весь месяц курсы с девяти до десяти.

Арам кивнул и, удерживая руль одной рукой, достал пачку явно импортных сигарет. Протянул её мне, а после отказа закурил сам.

– Что до восьми – это не проблема. Просто станешь подходить попозже. А вот курсы – это да. Надолго они у тебя?

– До конца месяца.

– Хах! – пыхнул дымом Арам. – Тут осталось-то! Вот скажи, неужто три пятёрки в неделю за непыльную работёнку тебе лишними будут?

Я усмехнулся.

– Так за непыльную обычно шиш с маслом, а не пятёрка за вечер!

Джинн выкрутил руль, перестраиваясь в другой ряд, обозвал козлом водителя помешавшего ему грузовика и лишь после этого сказал:

– Мы дискотеки в ДК проводим, у нас спокойно обычно, но не помешает кто-то твоей комплекции за порядком присматривать.

Тут уж я рассмеялся.

– Не, пьяных за дверь выкидывать – это не по мне.

– А что так?

– Выкинуть – не проблема, но они ж друзей соберут и на улице встретят.

– Вот поэтому и не надо силу применять! – заявил Арам. – Поговорить, призвать к порядку, в самом крайнем случае – вывести воздухом подышать. У нас публика приличная собирается. Танцевать приходят, а не драться – понимаешь, да? И район спокойный: орков почти нет, и гномов не так много, а людям одного твоего вида хватит, чтобы образумиться!

«Складно лепит», – подумал я, прекрасно отдавая себе отчёт в том, что пьяному море по колено, а каждый второй уверен, что чем больше шкаф, тем громче он падает. И сам такой был, чего уж греха таить. Бывало и ронял шкафов, не без этого.

Ля! Да ко мне все местные любители помахать кулаками в очередь выстраиваться начнут!

Но сказал я о другом:

– Не! Дружинники, менты, общественники! Заметут, начальству напишут. А я на лимите. Не надо мне такого.

– Да что ты такое говоришь?! – возмутился Арам. – Мы от райисполкома работаем, у нас официально всё! Тебя вахтёром на полставки устроим, если хочешь!

– Что – даже алкоголем из-под прилавка не приторговываете?

– Говорю же, к нам орки почти не заглядывают, а ради двух-трёх забулдыг неприятности с законом поиметь – да какой в этом смысл?!

Я пожал плечами, насколько это получилось в тесноте салона.

– Ну хорошо если так. Но работа шибко нервная. Мальчики ж перед девочками хорохорятся, а тут – я! Громоотвод, ля.

– Пятёрки мало? – по-своему расценил мои слова джинн. – Так это на первое время, а дальше смотря как себя покажешь! Может, ты нам вообще не подойдёшь! Давай так: загляни как-нибудь вечерком и сам всё увидишь. До конца месяца будет время всё хорошо обдумать.

– А чего вообще вышибала понадобился?

Арам в ответ на неудобный вопрос скривился, но всё же отмалчиваться не стал:

– Да случаются время от времени инциденты. А менты о каждом выезде в райисполком сообщают – попадёт какому бюрократу шлея под хвост и прикроют лавочку. Опять же – наряд пока приедет, все десять раз разбежаться успевают, а мне за ложные вызовы отдуваться приходится. Надоело!

– Хорошо, – пообещал я с тяжёлым вздохом. – Загляну на огонёк, как время будет. Пятницу, субботу, воскресенье работаете, правильно понимаю?

– Так, – подтвердил джинн, а когда мы уже остановились перед центром повышения квалификации, продиктовал телефонный номер и сказал: – Звякни в кафетерий, предупреди Жанну или Жасмин, как соберёшься. ДК лёгкой промышленности на Яблочной тебе нужен.

– Найду, – сказал я и не без труда выбрался из тесного салона, гадая такой Арам продуманный, что решил держать связь через подружек, или просто у него нет домашнего телефона.

Остановился на втором варианте, а в записную книжку помимо номера кафетерия внёс ещё и регистрационный знак, цвет и марку автомобиля. Лишним не будет.

До начала занятий оставалась куча времени, и в иной ситуации я непременно бы отправился сбрасывать пар, избивая боксёрский мешок, но идти в зал в медицинской униформе не хотелось, пришлось подниматься в библиотеку. Так и проторчал там за шахматным учебником до девяти, и пусть мозги работали как надо, умственный труд успокоения отнюдь не принёс. На занятие я явился всё столь же заведённым и нервным.

А там – любопытные взгляды и шепотки, шепотки, шепотки. По аудитории вовсю гуляли слухи о сегодняшнем ЧП, преподавателю даже пришлось призвать слушателей к порядку, постучав ложечкой по горлышку стеклянного графина.

– Разрешите! – поднял я руку, а после встал и во всеуслышание заявил: – Наша машина попала в аварию, у шофёра сломаны рёбра, у врача сотрясение мозга, мы с фельдшером не пострадали. Всё остальное – досужие слухи. И бредни. Вот!

– В аварию они попали, ля! – фыркнул какой-то усатый коротышка. – Да упырь там трёх человек насмерть положил!

– Двух! Третьего этот бугай голыми руками порвал!

– Да не так всё было! Орк под яростью всех изувечил, а упырь просто добил, чтоб не мучились!

– Эй, Гудвин! А чего тебя в дурку на карантин не закрыли?

– Того и не закрыли, что не убивал никого! – огрызнулся я. – И вообще: идите вы все лесом со своими вопросами! Не помню ничего!

– Снова не помнишь? Тебя в бригаду брать опасно!

В общем, первая половина занятия прошла весело, а потом нас погнали в спортзал сдавать зачёт Роману, но тот, вопреки моим опасениям, не просто не стал цепляться, а ещё и отпустил со словами:

– На практические занятия ко мне можешь не приходить. Я тебе их уже зачёл.

– Чего это? – удивился я.

– Того! – отмахнулся тёмный эльф. – В дружине горздрава появись, а то у них там недобор. Звонили уже.

– Завтра, – пообещал я и отправился восвояси.

Точнее – потопал на квартиру к Эле. Шагал по тёмным улочкам и ждал, что прицепятся хулиганы, но как назло: тишина и спокойствие. В окно не полез, внаглую прошёл через ещё не запертую на ночь входную дверь.

Эля встретила в домашнем халате. При виде меня она округлила глаза.

– Тебя отпустили?!

– А почему меня должны были задержать? – вроде как тоже удивился я, притворив за собой дверь.

– Но ты же… Ты же двух человек убил!

– Брехня!

Разувшись, я оценивающе посмотрел на медсестру. Та ответила ничуть не менее пристальным взглядом, а после только и успела ойкнуть, прежде чем совсем не сильный, просто неожиданный толчок завалил её на кровать. Я без промедления устроился сверху и задрал халат, после чего попытался сбросить напряжение наиболее приятным и доступным в сложившихся обстоятельствах образом, но нервную систему скрутило узлом, и сеанс лечебной физкультуры затянулся до такой степени, что когда всё же отвалился в сторону, Эля даже не попыталась подняться и лишь сдавленно просипела: