Соцслужба для монстров. Люди на блюде (СИ) - Сиалана Анастасия - Страница 10

Я посмотрела на работников нашего офиса: на демонессу, охранников, безупречную Эльвину и улыбающегося Джека — и вдруг почувствовала, как изнутри поднимается тихий смех. Глухой, нервный, но настоящий.

Если это только начало, то что со мной будет через неделю? 

После короткого перерыва в кабинет ворвался запах антисептика, трав и чего-то коричного. Я сразу поняла, что прибыл доктор Мортимер. Он появился внезапно, портал открылся прямо из медицинского крыла в мой кабинет. Сухонький, в халате, который на нём висел мешком, все еще в ярко-зелёном колпаке, на котором красовался дракон, и пятнами чего-то красного на рукавах. Неужели до сих пор не смыл? Или это новые? На лице доктора была довольная, почти просветлённая улыбка человека, который спасает жизни по десятку раз на дню.

— Ах, мисс Эверхарт! — радостно воскликнул он. — Прекрасно выглядите для человека, которого вчера отравили. И смотрите-ка, еще не умерли от шока! Ваш организм — просто чудо адаптации.

Он небрежно передал мне папку.

— Истории болезни ваших клиентов. Обоих вернул в целостности. Сшил, восстановил, склеил — как новенькие. Хотя, признаюсь, мистер Гривз жаловался на зуд в месте крепления головы. Возможно, немного перетянул нитку. Завтра все равно швы снимать, так что это так, на всякий случай, если магия засбоит.

Я моргнула, стараясь не представлять процесс пришивания головы.

— Спасибо, доктор Мортимер, — выдавила я. — Надеюсь, вы не прикрепили иллюстраций к отчёту.

— Увы, отдел этики против. — Он расстроенно вздохнул, наверняка раньше продвигал идею рисунков или фото в историях болезни, и повернулся к выходу. — Если что, я сегодня до девяти. После с признаками смерти обращайтесь в больницу Нечистого Азазеля.

Он ушёл, оставив за собой запах лекарственных трав, мрачный оптимизм и мистера Гривза с Марком за его спиной. Оба выглядели… Собранными. В прямом смысле. Голова Гривза была аккуратно пришита, тонкий шов серебрился под подбородком, а Марк, хоть и выглядел целым, держался за шею и ухо, где виднелись бинты.

— Приступим, — сказала я, усаживаясь за стол. Джек устроился сбоку с папкой, Сайра стояла рядом, скрестив руки. Мои охранники встали позади — два гиганта в строгих костюмах, от которых веяло сдержанной угрозой и чем-то хищным. От их присутствия даже воздух в кабинете стал плотнее.

— Итак, — начала я, открывая историю болезни. — Согласно медицинскому отчёту, у мистера Марка было обнаружено огнестрельное ранение уха и загривка. Это верно?

Марк кивнул. Его глаза блестели искренностью, почти детской наивностью. Он снова мял кепку в лапах и, казалось, готов был извиниться даже за использование кислорода в моем кабинете. Но ответить первым решил мистер Гривз.

— Ага, потому что он ворвался на мой участок и стал топтать мои грядки, высаживая свои цветики! Я ему сказал: “Убирайся, пока не поздно!”, а он рычать! Вот я и взял ружьё! Предупредил! Он не ушёл! Что мне оставалось делать, защищался как мог!

Он уже начинал распаляться, переходя на фальцет, когда я почувствовала, как от усталости начинает болеть висок. Тир, стоявший за моей спиной, издал низкий, гортанный рык — короткий, тихий, но такой, что звук, кажется, заставил сам воздух дрогнуть. В комнате сразу наступила тишина. Даже муха, если бы решилась пролететь, застыла бы на месте.

— Благодарю, Тир, — спокойно сказала я, не оборачиваясь. — Продолжим.

Я обвела взглядом клиентов и позволила себе мысленно вздохнуть: «Господи, первый день — и уже разборка между садоводами-убийцами. Где мои студенческие лекции, когда всё, что нужно было, это учебник, тетрадь и перо? Вот он, мой научный путь. Не конференции, не академические споры, а медведи, ружья и головы».

— Итак, — я посмотрела на Марка, — расскажите, что произошло с вашей стороны.

— Я... Просто садил цветы, — произнёс медведь глухо. — У меня есть хризантемы. Люблю их. Не знал, что граница участка проходит там. Земля мягкая, удобная. Я, наверное, посадил чуть дальше. — Он почесал шею, опустив взгляд. — Когда мистер Гривз начал кричать, я хотел подойти и извиниться. Сказать, что пересажу. Но он достал ружьё. Выстрелил. Я не сразу понял… В голове загудело, заболело, а потом...

Он замолчал и беспомощно развёл лапы.

— А потом я очнулся, а он уже такой лежал… Без головы.

Гривз мгновенно взорвался:

— Это ложь! Я защищался! Этот медведь рычал, навис надо мной, он собирался напасть!

— И поэтому вы выстрелили? На опережение? — уточнила я.

— А вы бы не стреляли?! — взвился он. — Он же... Огромный! С лапами!

— Простите, но наличие лап не считается основанием для нападения, — ровно сказала я. — Особенно, если объект просто сажает хризантемы.

— Ха! — вспыхнул Гривз, вскакивая. — Просто сажает! Да он меня чуть не сожрал! Я видел этот взгляд! Вот этот звериный! Это было нападение! Чистое нападение!

— Мистер Гривз, — устало сказала я. — Сядьте.

— Это давление на потерпевшего! — пискнул он, но сел, заметив, как Бран слегка наклонил голову и прищурился.

Я сделала пометку в отчёте.

— Значит, по факту: спор из-за хризантем, выстрел в соседа, случайная потеря головы.

— Я всё записал, — вполголоса сказал Джек, не поднимая глаз от бумаг. — Название дела предлагаю: «Цветочный конфликт с элементами расчленения».Сайра фыркнула, но быстро взяла себя в руки.

— Я не согласен! — не сдавался мужчина. — Он зашел на мой участок, на мою собственность! Я имел право применить силу, а вот он меня обезглавливать — нет.

Сайра, всё это время стоявшая с видом скучающего и выпавшего из расследования сотрудника, лениво зевнула, потом небрежно бросила:

— Я только что вернулась с места происшествия. Граница участков проверена. Мистер Марк действительно сажал цветы у себя. Ни одного сантиметра не нарушил.

Воздух словно сгустился. Гривз выпрямился, как струна, лицо налилось краской.

— ЧТО?! Но он стоял на моей земле!

— Ваш забор, — сухо сказала Сайра, — выдвинут на полтора метра за предел вашего участка. Без разрешения.

— Это ещё ничего не доказывает!

— Доказывает, — холодно отрезала она, и на мгновение ее глаза сверкнули алым. — Я лично всё измерила.

Тишина опустилась мгновенно. В эту минуту передышки я быстренько хлебнула чаю. Гривз, похоже, впервые за день осознал, что громкие слова не помогут против фактов.

Джек, воспользовавшись моментом, закрыл папку с лёгким хлопком и произнёс с деловым энтузиазмом юриста, который только что урегулировал занимательное дело:

— В таком случае, судя по обстоятельствам, нападение было со стороны мистера Гривза, а действия мистера Марка можно классифицировать как самозащиту. — Он повернулся ко мне, его глаза сверкнули азартом:

— Мисс Эверхарт, компенсация, думаю, положена обоим.

— Обоим? — переспросила я, моргнув.

— Безусловно, — с улыбкой ответил Джек. — Мистеру Марку — за покушение на его жизнь, а мистеру Гривзу — за последствия пребывания в Кроссе. Случайные, но, увы, предусмотренные законом о социальной интеграции.

Я перелистнула пару страниц регламента и, к своему ужасу, действительно нашла соответствующий пункт: «Финансовое возмещение за случайное столкновение с иными видами, повлекшее физические травмы, частичное или полное уничтожение тела, при условии отсутствия умысла».

— Чудесно, — сказала я, устало потирая виски. — То есть за то, что один стрелял, а другой нечаянно оторвал ему голову, мы заплатим обоим.

— Верно, — с удовлетворением кивнул Джек. — Только компенсация за покушение на жизнь будет вычтена из личных средств мистера Гривза. А компенсация за «случайные последствия интеграции» — из бюджета города.

— Из бюджета?! — заорал Гривз, вскакивая, но в тот же миг Сайра чуть повернула к нему голову. Она ничего не сказала — просто посмотрела. Взглядом, от которого даже камни начали бы потеть. Теперь я понимала, почему она констебль. Гривз тут же сел обратно и нервно сглотнул.