Полет «Стрекозы» - Кунгурцев Дмитрий - Страница 3

– Приготовиться, – голос капитана разнесся по всем отсекам, – неопознанное судно по курсу!

Бортовой компьютер загудел, обрабатывая информацию, преобразуя ее в числа и буквы, которые тут же замелькали перед глазами на черном экране.

– Только не надорвись, – сказал О-Тун борткомпьютеру. Он вообще гораздо охотнее общался с техникой, чем с биологическим материалом. Синелицый считал борткомпьютер «Поллукс» вполне себе живым существом. А тот, в благодарность за оказанную любезность, рассказывал ему, что происходит вокруг корабля, а иногда заглядывал далеко вперед, корректируя маршрут. Теперь же он сообщил О-Туну, что объект, запеленгованный на расстоянии в пару световых минут, опознан как дрейфующая станция. Все агрегаты на ней либо мертвы, либо спят. Скиталица холодна как камень.

«Идентификации не поддается», – высветилось на черном экране. О-Тун справедливо решил не лезть на рожон и, приняв управление на себя, пустил в ход маневровые двигатели. «Поллукс» заморгал зелеными лампочками, подтверждая действие, после чего отключился, погрузив корабль в кромешную тьму.

– Сглазил, – выдохнул О-Тун.

Скира вылезла из люка. В коридоре тревожно мигали тусклые лампы. Девушка в очередной раз прокляла тот день, когда не послушалась отца и поступила в космическую академию учиться на инженера-механика. А ведь ей прочили великолепное будущее: отец держал большую ферму на одной из планет в скоплении Гамма Волка, – хороший воздух, дивная природа. Он разводил свинобыков для нужд Содружества и мечтал передать свое дело дочери.

Скиру свинобыки не прельщали. Едва ей стукнуло шестнадцать, она умотала за тридевять световых лет от родного дома, поступив с первой попытки в космическую академию.

Следующие десять лет обернулись для нее сущим адом: бесконечная зубрежка математических формул, расчет плотности материалов, замеры выделяемой энергии в лабораторных условиях, а еще сотни часов практики. С горем пополам закончила обучение и попала по распределению на один из крейсеров торгового флота. Вот тогда и начались для нее настоящие испытания.

Чего только стоил ее первый Скачок в соседнюю звездную систему! Корабли Содружества преобразовывали темную материю, разлитую по всему космическому пространству, для так называемого погружения в Межзвездные Воды, преодолевая целые парсеки расстояний за считаные секунды. Никто из ее коллег не жаловался, ни на кого Межзвездные Воды не оказывали существенного воздействия. Только у Скиры погружение всегда сопровождалось жуткими видениями и головной болью.

Говорят, любое физическое тело, попав в Межзвездные Воды, претерпевает изменения на молекулярном уровне. Погрузившийся в Воды человек выныривает уже несколько другим. Что касается кораблей, откажет после такого погружения система подачи воздуха – и поминай как звали весь экипаж. Об этом в академии судачили все старшекурсники, пугая молоденькую студентку. Они приправляли свои рассказы кошмарными подробностями об оставшихся в глубине Межзвездных Вод судах, так и не всплывших на поверхность.

Все это сказки, конечно! Профессора объясняли: человечество использует динамическое поле темной материи для сжатия пространства-времени и придания дополнительного ускорения двигателям своих кораблей, то есть для подготовки к явлению, называемому Скачком, при котором тело можно забросить в любую точку в пределах Галактики. Правда, некоторые ученые твердили о пространстве-вне-времени, куда на долю секунды якобы проваливается объект во время Скачка. Однако большинство отрицало подобное.

Уволилась Скира из торгового флота после случая с одним пьяным портовым грузчиком в системе Лебедь. Мерзавец заявил сошедшей на Пристань девушке, что выдаст ей целую гору наличных, если она проследует с ним в ближайший отель. Скира тотчас пырнула наглеца в бок пневмоотверткой.

Ее уволили с формулировкой: излишне вспыльчива.

Впрочем, если бы Скиру не поперли из торгового флота, она ушла бы сама. Когда работа поглощает тебя без остатка, особо не задумываешься о здоровье. На последнем медицинском осмотре ей сказали, что она не может иметь детей. Может, термоядерный реактор звездолета одарил ее бесплодием, а может, в том виноваты Межзвездные Воды. Так или иначе, новость прозвучала как приговор.

Ричард Фляйшер нашел Скиру на одной из планет в системе Тау Носорога. После двух лет работы диагностом аэромобилей она скучала по звездам и, узнав о том, что кому-то на корабль требуется инженер, тут же согласилась, не задаваясь вопросом, куда надо будет лететь и зачем.

Раздался сигнал тревоги, предупреждающий о том, что неуправляемый корабль движется в пространстве по инерции. Так и будет он лететь на заданной скорости, пока не столкнется с каким-нибудь камнем, или станет блуждать по Галактике, пока экипаж не помрет от голода, когда кончатся все запасы.

В соседнем коридоре послышались торопливые шаги – не иначе кто-то из экипажа помчался к спасательной капсуле. Что ж, крысы побежали с корабля. И куда же вы собрались, самоубийцы? В открытый космос, где ближайшая пригодная для жизни планета в нескольких парсеках? Каждый более-менее знакомый с корабельным делом знает: капсулы предназначены для высадки, а не для длительных полетов.

Топот раздался и сзади, кто-то бежал со стороны камбуза. Оглянувшись, в неясном свечении автономных ламп девушка увидела кока. Арнгрим больше других импонировал Скире, он чем-то напоминал ей отца – то ли внешностью, то ли характером. Хотя с отцом у нее всегда были сложные отношения, она очень по нему скучала. Его уж и на свете давно нет.

Арнгрим трясущимися руками схватил Скиру за плечи и зашептал что-то нечленораздельное. Что до смерти перепугало кока, девушка не поняла, зато стало ясно: паника на корабле вызвана отнюдь не внезапным отключением энергии.

Скира посоветовала ему успокоиться и взять себя в руки. Затем направилась к энергоустановке. Там, в техническом отсеке, мичман Хайнц раздавал оплеухи Винту и Ереме, братьям из колонии в системе Зайца.

– Кажется, запахло псиной, – процедил мичман. С первого дня он глумился над ней и механиками, пренебрежительно отзываясь об их родных системах. Не удивительно, ведь Дитмар самый настоящий землянин. А у них так: если у тебя руки длиннее нормы или есть, к примеру, хвост, значит ты априори низшее существо. А уж если и цветом кожи не попадаешь в стандартный набор, утвержденный Комиссией по статистике рас, считай, ты родственник живой слизи, что иногда заводится в трюмах кораблей, долго стоявших в доках звездных пристаней.

– Помоги этим тормозам-недомеркам запустить машину, пока нам по шапке не прилетело от капитана. Будь проклят тот день, когда я оказался на побегушках у этого синяка!

Сыновья Зайца давно между собой переговаривались о том, что неплохо бы подкараулить мичмана в темном переходе между продовольственным отсеком и столовой, да и пырнуть его ножиком в бок. Что уж говорить, только контракт с «Глобальными Перевозками» их и сдерживал.

– Бортинженеру подняться в рубку управления, – раздалось в динамиках над их головами. Мичман грязно выругался на одном из земных диалектов и снова переключился на братьев, отчаянно пытавшихся воскресить мертвую энергоустановку.

– Никто из вас не ходил к спасательной капсуле? – Скира старалась не реагировать на слова мичмана, хотя совершенно не понимала, зачем Дитмар так настойчиво пытается вывести ее из себя.

– Мы здесь с самого момента отключения, – сказал Ерема, – никуда не уходили.

– Чудесно. Значит, у нас кто-то лишний на борту.

Мичман тут же отстал от сынов Зайца и тщательно расспросил Скиру о случившемся.

– Возьму одного из этих недомерков и проверю капсулу. Не надо нам сюрпризов.

– Сходите в арсенал, мало ли.

– Без тебя знаю, блохастая.

Черная прорубь экрана не подавала никаких признаков жизни. Длинные синие пальцы безуспешно выстукивали на кнопках панели управления целые токкаты, имеющие своей целью воскрешение мертвого бога машины. «Поллукс» пребывал в коматозном состоянии, двигатель медленно остывал, а корабль дрейфовал в звездном море. Вскоре, через толстое стекло внешнего обзора, О-Тун увидел замеченный «Поллуксом» объект – с левого борта приближалась станция. Черным пятном она закрывала часть далеких светил. Когда до объекта оставалось не более двух минут и О-Тун уже мысленно попрощался с ним, он вдруг ощутил, как корабль останавливается. Словно станция обладала массой небольшой звезды и они попали в зону притяжения.