Нерушимые узы (ЛП) - Бри Джей - Страница 14

— Он в курсе, что мои Узы бога зовут Палач, да? Теперь ему придётся иметь дело не только с тенями.

Образ кровопролития и ужаса из Пустоши снова вспыхивает в моём сознании, на мгновение перехватывая дыхание. Я не чувствую вины за то, что мы сделали, но и не думаю, что смогу что‑то съесть, пока воспоминание ещё такое свежее. Запах до сих пор стоит в носу — горячий, влажный, липкий запах крови и внутренностей, — и да, меня тошнит.

Наконец Вик отходит в сторону, и я без колебаний аккуратно отталкиваю его с пути, протискиваясь мимо его массивной фигуры, чтобы пройти в просторное открытое помещение.

В этом доме живёт много людей.

Я нахожу Сойера, Грея, Аро и её младшего брата Лана — все они сидят в гостиной и играют в видеоигры на большом телевизоре. Лан сидит на коленях у сестры, а она смеётся над разрушениями на экране. Оба её Связанных подначивают друг друга в игриво‑язвительной манере — их речь стала чуть более сдержанной из‑за присутствия в комнате младших ушей, но всё равно остаётся игриво‑едкой.

Атлас фыркает на них обоих, окидывает взглядом комнату и уважительно кивает Феликсу, который наливает себе чашку кофе размером больше моей головы. Я подхожу к нему, и он протягивает мне кофейник, как тот удивительный человек, каким он и является.

— Мне нужно что‑то покрепче этого, чтобы пережить сегодняшний день, — тихо бормочет мне Феликс, пока я хватаю клубничный крем и наклоняюсь, чтобы порыться в ящиках в поисках ароматизированных сиропов — это действительно поможет мне взбодриться.

— Что‑то случилось или просто обычная ерунда? Дай мне понять, с чем мы тут имеем дело, приятель.

Феликс наблюдает, как Вик возвращается в гостиную, плюхается на диван и хмуро смотрит на телевизор.

— Было немного спокойнее, когда приходилось иметь дело всего с тремя Привязанными. У нас тут… некоторые трудности роста.

Я прикусываю губу, чтобы скрыть усмешку, и мягко замечаю ему:

— Ну, у меня пять Привязанных. Один из них был настроен ненавидеть меня до самой смерти и мутить воду со всеми остальными. Мы с этим справились, так что, думаю, вы тоже сможете. Ему просто нужно самому кое‑что уладить.

Феликс приподнимает бровь и бормочет:

— Если он не разберётся с этим скоро, я сам разовью способности Пламени и подожгу этого ублюдка.

Атлас хихикает себе под нос, украдкой отпивая глоток моего нелепо насыщенного кофе. Он умело скрывает гримасу от настоящего фруктового вкуса, который я добавила к насыщенному горькому вкусу самого кофе.

— Он хотя бы хороший Связанный для Сейдж? — шепчу я, и Феликс поднимает брови.

— Не уверен, что смог бы тебе это сказать, если бы это было не так. Ты бы в итоге вырвала его душу, даже не спросив подробностей.

Я пожимаю плечами и поворачиваюсь к двери спальни, когда та открывается. Сейдж выходит, одетая в пижаму и один из огромных свитеров Киарана для Центра Тактической Подготовки поверх. Она выглядит немного как зомби, но я подумываю насчёт этого описания, когда следом за ней выходит Райли — он всё ещё выглядит неважно.

Я обеспокоенно оглядываюсь на Феликса, а он пожимает плечами:

— Зачем идти в клинику, когда у меня и дома хватает пациентов?

Я ставлю кофе на столешницу и крепко обнимаю Сейдж, кладу подбородок ей на плечо и тихо шепчу:

— Что я могу для тебя сделать? Ты выглядишь так, будто тебе срочно нужно переливание крови и, может, четыре недели на тропическом острове подальше от всего этого.

Она вздыхает и ещё сильнее обмякает в моих объятиях. Я ловлю на себе взгляд Вика — он не выглядит ревнивым или расстроенным, скорее оценивает происходящее и решает для себя, правда ли мы так близки, как говорим.

«Да чёрт с ним, пусть сам разбирается, что к чему. Я бы умерла за эту девушку».

— Ты правда думаешь, что Узы бога Грифона сможет не допустить, чтобы это повторилось? — бормочет она, а я киваю и ласково заправляю прядь её ослабших волос за ухо:

— Я абсолютно уверена, что может и уже сделал это, Сейдж. Если бы я не была уверена — и если бы Норт не был уверен, — ты бы до сих пор сидела в камере, а я была бы рядом с тобой и бесилась бы из‑за всего, пока мы не разобрались бы с этим.

Она вздыхает и снова кивает, отстраняется от меня и фыркает, глядя на розовый оттенок моего кофе:

— Ты вообще что‑нибудь чувствуешь, кроме сахара?

— Неа, — отвечаю я, нарочито чётко выговаривая «н» и снова беря чашку в руки.

На мгновение мне становится немного неловко находиться здесь, в их пространстве, — Райли начинает собирать еду для себя и своего Связанного. Но когда Сейдж усаживает нас обеих за стол и начинает тихо рассказывать мне о Пустоши, я расслабляюсь.

Сойер и Грей уговаривают Атласа сыграть с ними в видеоигру, и я позволяю себе просто побыть здесь, с лучшей подругой, — хоть на мгновение ощутить что‑то нормальное.

Райли сидит в конце стола и молча ест завтрак, делая вид, будто не прислушивается к каждому нашему слову. Время от времени Сейдж бросает на него взгляд — словно проверяет, всё ли в порядке. После того, как я в четвёртый раз замечаю это, я приподнимаю брови и чуть шевелю ими, пытаясь немного разрядить обстановку.

Она отвечает мне робкой улыбкой:

— Мы поняли, что исцеление идёт лучше у нас обоих, когда мы рядом друг с другом. Думаю, то, что эта стерва с ним сделала, дестабилизировало наши Узы. Хотя мы очень старались всё наладить, всё равно остались… заметные повреждения.

Райли ссутуливается, подтверждая, что всё это время прислушивался к нашему разговору, — хотя мы и не говорили ни о чём личном.

Я медленно киваю и пожимаю плечами, гримасничая так же, как она:

— В этом есть смысл, наверное. То, что она сделала, было не просто тактическим ходом Сопротивления. Это было нападением на ваш Союз, и вполне логично, что остались какие‑то долгосрочные последствия.

Сейдж медленно кивает, а Райли вздыхает, кладя нож и вилку на стол:

— Это моя вина, что я оказался недостаточно сильным, чтобы противостоять ей. Моя вина, что это произошло.

Это звучит очень похоже на самоненависть, и я вижу, что Сейдж больно слышать, как он так говорит. Но я и сама — ходячая груда травм и противоречий, так что мне не на чем настаивать, чтобы спорить с ним об этом.

Но я всё равно пытаюсь.

Он всё ещё член Группы Связанных моей семьи. Теперь, когда рядом больше нет той злой женщины, чьё имя я не стану упоминать, он кажется вполне приличным парнем. Таким, который с самого начала был бы преданным и идеальным Связанным для Сейдж, если бы с ним этого не случилось.

— Ты ведь знаешь, что Грифон всё ещё может проникнуть в мою голову, верно? Он может проникнуть в голову любого и натворить всяких гадостей, если захочет. Причина, по которой он этого не делает, в том, что он хороший и порядочный человек. Он понимает ответственность, связанную с таким Даром. Он всегда обдумывает моральные последствия его использования. Этой стерве было всё равно. Она была чёртовым монстром, и у тебя не было шансов против неё. Тут нечего стыдиться. Ты ничего не сделал — это она всё сделала.

Похоже, мои слова до него не доходят. Уверена, все уже пробовали с ним этот подход раньше, так что вместо этого я делаю глубокий вдох и открываю душу чуть больше, чем мне комфортно. Если это поможет Сейдж, я готова.

— У меня тоже нет контроля, когда мои Узы бога берёт верх. Много чего произошло, и потребовалось очень много времени, чтобы дойти до точки, где я могу различать, какие действия — мои, а какие — их. Это до сих пор тяжкий груз для меня, который даже мои Привязанные не могут с меня снять, но я знаю, где лежат мои моральные принципы. Я знаю, на что я готова пойти, чтобы защитить свою семью и своё сообщество. Именно так я и сплю по ночам. Тебе нужно спросить себя, на что ты готов пойти ради своей Связанной и чего ты никогда не сделаешь с ней. Как только у тебя будут ответы и ты будешь им следовать, обещаю: с каждым днём станет чуть легче.

Райли бросает взгляд на Сейдж, но медленно кивает мне, снова беря вилку и немного перемешивая яйца на тарелке. Феликс, который ненадолго отлучился принять душ и вернулся как раз в середине моего печального рассказа, тоже садится за стол. Он смотрит, как Райли заканчивает завтрак, а потом тоже идёт в душ.