Изгнанная с ребёнком. Попаданка, ты сможешь! (СИ) - Кривенко Анна - Страница 25

Я молча наблюдала, как он лениво ковырял ложкой в белой массе, явно не испытывая ни малейшего желания её есть. Весь его вид говорил о покорности, будто он привык делать то, что от него ждут, не возражая, но и не находя в этом удовольствия.

Дарья же щебетала, как птичка. Молодая, красивая, с живыми глазами и очаровательным голосом, она то и дело смеялась, касаясь брата за руку.

— Ах, Тимофей, а я так рада снова быть здесь! — воскликнула она. — Кажется, за эти годы ничего не изменилось… ну, разве что ты стал ещё серьёзнее!

Тамара Павловна посмотрела на неё с умилением, в её глазах читалась сестринская гордость. Дарью она явно обожала.

На меня же бросила быстрый недовольный взгляд.

— Даша, дорогая, ты ведь не скоро нас покинешь? — с теплотой спросила Тамара, размешивая ложечкой чай.

— Думаю, пробуду здесь до лета, — пожала плечами Дарья. — Пока Алексей не вернётся, мне нет смысла торопиться.

— Тима, ты не против? — ласково обратилась к брату Тамара.

— Разумеется, нет, — отозвался тот с достоинством, как будто этот вопрос уже давно был решён.

— Ах, как я рада! — с энтузиазмом выдохнула Тамара. — В доме сразу станет теплее!

Она снова улыбнулась Дарье, словно она была тем самым лучом солнца, дающим тепло. Но когда её взгляд скользнул по мне, уголки её губ дрогнули, и выражение лица вернулось к обычной холодности.

Я промолчала.

— Нам нужно подумать об обучении для Коленьки, — продолжила Тамара.

При упоминании своего имени мальчик вздрогнул.

Я перевела на него взгляд.

Он, до этого молча ковырявший кашу, очевидно напрягся. Весь его вид выражал странную настороженность, будто он боялся, что его снова отправят куда-то, где ему не по душе.

Что-то в этом казалось неправильным.

— Конечно, — спокойно кивнул Тимофей. — Я займусь этим немедленно. Учитель должен быть достойным, с хорошей репутацией.

— Благодарю, брат, — Дарья тепло улыбнулась, погладив сына по голове.

Коля вздрогнул, но ничего не сказал.

— Кстати, — Дарья вдруг повернулась ко мне, — а как здоровье, Полина? Надеюсь, ты уже оправилась после родов?

Я подняла голову и встретилась с её взглядом.

— Спасибо, — ответила скупо. — Всё хорошо.

— Прекрасно! — воскликнула она. — Мы все очень ждём возможности увидеть маленького Сереженьку!

Я насторожилась.

— Он ещё слишком мал, — сказала осторожно. — Почти всё время спит.

Дарья разочарованно надула губы, но прежде, чем она успела возразить, я заметила, как Коля поднял на меня взгляд.

В его глазах не было ни холодности, ни высокомерия, свойственного взрослым. Он действительно хотел увидеть двоюродного брата.

— Приходите после обеда, — смягчилась я.

Лицо мальчика тут же просветлело.

Он впервые за весь завтрак улыбнулся.

Коля пришёл один.

Когда я открыла дверь, он стоял передо мной, ровно выпрямившись, но в глазах читалась лёгкая робость.

— Простите, — сказал он вежливо. — Можно посмотреть на брата?

Я удивилась его такту. Ни тени заносчивости, никакой напускной важности, которая часто бывает у детей из знатных семей.

— Конечно, — ответила я с тёплой улыбкой.

Провела его в детскую, где Сереженька спал в своей колыбели. Мягкий свет падал на его крошечное личико, губы чуть подрагивали во сне.

Коля подошёл неслышно, словно боялся его напугать. Осторожно протянул руку и с благоговением коснулся крошечной сжатой ладошки.

— Он совсем маленький, — прошептал он.

Я кивнула, наблюдая за ним.

Мальчик посмотрел на меня сияющими глазами.

— Я всегда мечтал о брате, — признался он.

Но вдруг его лицо помрачнело.

— Но мама говорит, что у неё больше не будет детей…

Я нахмурилась.

— Почему? — осторожно спросила я.

Коля сжал губы и отвёл взгляд. Кажется, он понял, что сболтнул лишнего.

— Мне пора, — резко сказал он и шагнул назад.

— Не уходи, — мягко произнесла я. — Останься. Я больше не буду задавать неудобных вопросов.

Он колебался, но всё же остался.

В комнате снова стало спокойно. Коля внимательно разглядывал Сережку, лёгким движением поправил уголок одеяла.

Я решила разрядить обстановку.

— Ты любишь учиться?

Мальчик вздохнул.

— Нет. Это скучно.

Я улыбнулась.

— Но уже завтра мне выберут учителя, — добавил он, чуть скривив губы.

— Уже завтра? — удивилась я. — Так скоро…

На следующее утро, спускаясь вниз, я сразу заметила кандидатов.

В холле, неподалёку от кабинета Тимофея, стояли несколько молодых мужчин. Одеты они были просто, но с оттенком официальности — чёрные сюртуки, аккуратно завязанные шейные платки, книги в руках.

Как быстро Тимофей всё организовал! Удивил…

Я на мгновение замедлила шаг, но решила не задерживаться — лучше пройти мимо, не привлекая к себе внимания.

Но в тот момент, когда я уже собиралась скрыться за колонной, дверь кабинета распахнулась, и оттуда вышел молодой мужчина, при виде которого мое сердце упало куда-то в пятки…

Я остановилась, как вкопанная.

Это был Дмитрий.

Я узнала бы его из тысячи.

Решительное, светлое лицо, всё тот же открытый, ясный взгляд, который когда-то согревал меня в самые трудные дни. Длинные светлые волосы аккуратно завязаны в хвост, но несколько непослушных прядок выбилось на лоб, придавая его облику неожиданную небрежность. Он был очарователен.

Дмитрий, о котором я невольно вспоминала каждый день.

Он вообще не был похож на того, что родился в деревне, а казался истинным аристократом: настолько грациозными были его движения и идеальной осанка. Костюм тройка сидел безупречно, подчёркивая его высокий рост и стройную фигуру. Тщательно выглаженная белая рубашка, жилет с серебряными пуговицами, лёгкое движение руки, когда он поправил манжету — всё в нём говорило о породистости, о воспитании, о принадлежности к миру высокородных.

Но что он тут делает?

Почему пришёл?

Какие у него могут быть дела в этом доме?

Он коротко кивнул остальным ожидающим в коридоре, явно показывая, что закончил, и прощаясь, а затем поспешил прочь.

Я едва успела отступить в тень колонны, чтобы он меня не заметил.

Сердце сжалось так болезненно, что я на мгновение испугалась — вдруг упаду в обморок прямо здесь, среди этих безразличных лиц?

Дмитрий уверенно вышел на улицу. Я не сводила с него глаз, пока он не скрылся за дверьми парадного входа.

Только тогда выдохнула.

Но сердце продолжало колотиться, как безумное.

Боже…

Лучше бы я его не видела.

Он всколыхнул во мне то, чего раньше в сердце даже не было.

Я скучаю по нему.

Но мне нельзя.

Никак.

Ни в коем случае…

Я прижала ладонь к груди, надеясь успокоить этот хаос внутри себя. Но ничто не могло стереть то тепло, что я испытала, глядя в его ясные глаза даже на расстоянии.

В памяти всплыли моменты нашего недавнего общения.

Как он был учтив и заботлив, когда дело касалось меня или Сереженьки. Как мягко звучал его голос, независимо от происходящего.

Зажмурилась, изо всех сил отгоняя эти образы.

Я здесь, в этом доме. И я замужем.

У него есть невеста. Я ему не пара.

Я должна выкинуть его из головы!

Но уже знала — не получится.

Всё, что так старательно прятала внутри себя, теперь поднялось на поверхность и не собиралось уходить вновь…

Ближе к вечеру в мою комнату постучали. Я открыла дверь и увидела Дарью.

Она стояла на пороге с улыбкой и огромной корзиной, полной пелёнок, крошечных рубашечек и игрушек.

— Вот, решила принести вам с племянником немного полезных вещей, — весело сказала она, входя вовнутрь, словно была у себя дома.

Я приняла её дар с лёгким недоверием. В этой семье было трудно доверять кому бы то ни было. Я знала, насколько искусно здесь умеют притворяться.