Изгнанная с ребёнком. Попаданка, ты сможешь! (СИ) - Кривенко Анна - Страница 18

— Теоретически — да. На деле всё сложнее. Без влиятельных покровителей или средств на адвоката супруге будет трудно отстоять свои права. Особенно если ее муж… знатен.

Я задумалась. Серёжке нужен дом. Тёплый, надёжный. И у меня есть на него права.

Но захочу ли я бороться за это? Вернуться туда, где меня ненавидят, где за моей спиной плетут интриги?

Только если не останется другого выхода.

Я медленно провела пальцами по гладкой поверхности стола.

— Скажите… а если бы она всё-таки захотела оспорить решение мужа?

Дмитрий резко поднял голову.

— Вы хотите вернуться?

Я вздрогнула, поняв, что всё это время Дмитрий прекрасно понимал, кого я имею в виду под «женой». Впрочем, это действительно очевидно.

Я заметила, как напряглись его плечи. Он явно ожидал от меня ответа, который ему не понравится.

Я покачала головой.

— Нет… не хочу. Просто… мне нужно знать, что у меня есть хоть какие-то права.

Он долго молчал. Потом приглушённо проговорил:

— Если у вас есть доказательства брака, если есть свидетели… возможно, у вас есть шанс.

Я задумалась. Ну да, есть свидетели — слуги, та же повитуха… но кто из них согласится выступить в мою пользу?

Вдруг Дмитрий спросил:

— А почему вы спрашиваете? Ваш муж… он действительно выгнал вас?

Я вздрогнула, опустила глаза и пробормотала немного смущенно:

— В общем-то, да.

— Господи… — выдохнул парень. Я заметила, как напряглась его челюсть, как сжались кулаки. Он отвернулся, прикрыл глаза, словно пытаясь прийти в себя. А когда открыл — его взгляд был наполнен яростью и решимостью.

— Полина Сергеевна… — Он внезапно встал и шагнул ко мне. Я вынуждена была задрать голову, чтобы встретиться с его взглядом.

— Прошу вас… не возвращайтесь! Даже не рассматривайте такой вариант! — Дмитрий говорил горячо, почти умоляюще. — Я позабочусь о вас, обещаю!

Я опешила. От его слов, от его эмоций. О чём он вообще?..

Но прежде, чем я успела что-то сказать, дверь кабинета распахнулась.

На пороге стояла молодая девушка, одетая в дорогое платье, волосы уложены в замысловатую причёску, губы поджаты.

В её взгляде читалась ярость, обида, а на ресницах дрожали слёзы.

— Митя, — голос её сорвался, — как ты мог променять меня на это… это чучело?!

Я нахмурилась.

О, ну конечно. Ещё и невеста с оскорблениями.

Вот теперь точно веселье началось.

***☀️***

Девушка шагнула вперёд и звонко хлестанула Дмитрия по щеке. Звук удара получился таким громким, что даже у меня внутри всё сжалось.

— Как ты мог?! — воскликнула она, сжимая кулаки. — Как ты мог так меня унизить?! Я слышала то, что ты сейчас заявил!

Она прерывисто дышала, в её взгляде полыхала боль, слёзы текли по щекам, но девушка не собиралась сдаваться.

— Ты обещал мне семью! Ты обещал, что я буду твоей женой! А теперь ты позоришь меня на глазах у прислуги, на глазах у… этой!.. — она гневно ткнула пальцем в мою сторону, но даже не посмотрела на меня.

— Юля, перестань немедленно! — резко оборвал её Дмитрий холодным тоном. — Ты сейчас оскорбила мою гостью и должна извиниться.

Юлия шокировано замерла, явно не ожидая такого поворота.

— Что?! — её губы задрожали. — Я? Извиниться?! Перед ней?!

Она перевела на меня взгляд, в котором читалась ненависть.

— Может, и ребёнок это твой?! Может, наблудил его, а теперь хочешь жениться?!

Дмитрий сжал зубы, шагнул к Юлии и крепко взял её за локоть, явно собираясь выпроводить из кабинета.

Я поспешно поднялась.

— Простите… — произнесла я и, низко опустив голову, быстро выскользнула за дверь.

На полпути к своей комнате замедлила шаг. В груди неприятно сжалось.

Это не моё дело. Абсолютно не моё. Но… не я ли стала причиной этого раздора?

Закрыла глаза и глубоко вдохнула, а потом развернулась и решительно направилась обратно.

В холле застала их в тот момент, когда Дмитрий ледяным голосом произнёс:

— Уходи.

Юлия стояла перед ним, вся дрожа от ярости. Её лицо было белым, губы поджаты до боли.

— Покинь мой дом, Юлия.

Я шагнула вперёд.

— Простите.

Девушка вздрогнула и медленно повернула ко мне лицо. О, как она ненавидела меня, буквально до смерти. Могла бы — точно убила…

— Между мной и Дмитрием ничего нет, — чётко произнесла я. — Он просто помог мне в отчаянных обстоятельствах. И я клянусь, что не собираюсь оставаться в этом доме надолго.

Голос мой звучал ровно, но внутри всё дрожало.

— Мне жаль, что я стала причиной заблуждения, но прошу, поверьте мне.

Юлия скривилась, глядя на меня с нескрываемым презрением.

— Думаешь, я тебе поверю?

Я хотела ответить, но Дмитрий резко шагнул между нами.

— Юля, уходи, — холодно повторил он.

Она вспыхнула, её глаза блеснули, но на этот раз не слезами, а злобой.

— Проклятая дрянь, — прошипела она, бросая на меня последний испепеляющий взгляд, а затем развернулась, подобрала юбки и, громко хлопнув дверью, вышла.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍В холле воцарилась тяжёлая тишина.

Дмитрий медленно опустил плечи. Казалось, вся его уверенность и решимость мгновенно улетучились.

Он выглядел… опустошённым.

Бледный, уставший, потерянный.

Я смотрела на него и чувствовала, как тяжело ему сейчас.

— Вот видите, — я не удержалась, голос сам по себе прозвучал чуть приглушённо. — Вам нельзя заботиться обо мне. Это ломает вашу жизнь и приносит вам печаль…

Он встрепенулся, поднял на меня взгляд, в котором читалась непонятная смесь эмоций — раздражение, боль, что-то ещё, чего я не могла понять.

— Печалюсь я совсем о другом, Полина Сергеевна, — глухо произнёс он. — Вы плохо разбираетесь в людях.

Я опешила.

Но прежде, чем смогла уточнить, что он имел в виду, парень развернулся и быстро ушёл.

Я осталась одна, растерянно смотря ему вслед.

А затем услышала плач ребёнка.

Серёжка!

Рванула к своей комнате, оставляя позади тяжёлое чувство. Мне здесь не место. Может, действительно придется возвращаться в поместье, чтобы повоевать за сына? От этой мысли стало дурно, но я готова была на всё ради него на самом деле…

Кухарка принесла ужин поздно, почти перед сном. Поставила на стол тарелку с горячей похлёбкой, ломоть свежего хлеба и кусочек запечённого мяса. Всё было просто, но вкусно и сытно.

— Господин Дмитрий ужинает отдельно, — сухо сообщила она.

Я подняла взгляд.

Женщина смотрела на меня так, будто я преступница, которую только что поймали с поличным, но вынуждены терпеть. Открытый гнев в её глазах сдерживало лишь нечто большее — возможно, её долг перед хозяином или же обычное приличие.

От её взгляда становилось неуютно, но я решила вести себя так, словно ничего не замечаю.

В это время Серёжка не спал. Я распеленала его и оставила на кровати, чтобы он мог вдоволь подвигать ручками и ножками.

Когда кухарка уже собиралась уходить, он вдруг громко и отчётливо агукнул.

Впервые!

Я замерла, сердце трепетно сжалось от восторга.

Женщина тоже остановилась на пороге. На её лице мелькнуло нечто… тёплое, человеческое. Её губы чуть приоткрылись, будто она хотела что-то сказать, но… тут же сжала их обратно в тонкую линию.

Почти сразу же на её лицо набежала тень. Развернувшись, она вышла и даже не потрудилась закрыть за собой дверь.

Наверное, в знак протеста.

☀️

Наутро я проснулась рано, полностью готовая отправиться на работу.

Перекусила булочками, оставшимися с ужина, запила горячим чаем, который приготовила сама, спустившись на кухню.

В назначенное время уже стояла в холле, держа Серёжу на руках.

Он спал. Его круглые щёчки радовали глаз.

Дмитрий спустился вниз через несколько минут.

Он был при полном параде.