Злодейка предпочитает дракона (СИ) - Шаенская Анна - Страница 9

Чутьё подсказывало, что осуществить второе будет проще, так что самое время бронировать билеты. Только с меткой ассасина на руке я могла отправиться лишь на тот свет. Да и совесть не позволяла бросить короля.

— … Я надеюсь, вы насладитесь этим балом… — краем уха услышала голос Беатриче.

Приветственную речь я пропустила, сосредоточившись на тяжких мыслях и неосуществимых планах. Это помогало отвлечься от липких, практически сканирующих взглядов.

Я добилась цели: внимание всех присутствующих сосредоточилось и замкнулось на мне. Но сейчас, даже зная будущее, я окончательно потерялась. Амаранта слишком спорный персонаж, её решения часто шли вразрез с моей моралью. Я не хотела становиться ею и с каждой минутой сомневалась всё сильнее.

Только отступать было некуда.

— Полонез! — по традиции первый танец объявляла королева.

Я невольно вздрогнула, напряжённо ожидая появления кронпринца.

Он не заставил себя долго ждать. Едва Беатриче опустилась на трон и прозвучал ритурнель[1], двери, ведущие в Лунный коридор, распахнулись и церемониймейстер дрожащим голосом объявил:

— Его королевское высочество, кронпринц Каин Эскарлион!

Повисла гробовая тишина и звук шагов принца разлился по бальному залу гулким эхом.

Он шёл как на войну. Чеканя шаг и щурясь, словно зверь перед броском. Казалось, в его руке вот-вот сверкнёт клинок и зеркальный мрамор полов обагрится кровью королевы.

Как же это отличалось от описанного в романе!

Читая книгу, я представляла томного щёголя, не способного даже держать оружие. Но от взгляда на кронпринца пробирала оторопь.

Высокий, с развитой мускулатурой, но при этом гибкий как змея. С загорелой кожей и чёрными как смоль волосами, собранными на южный манер в высокий хвост. Его губы и подбородок пересекал белёсый шрам, а изумрудные глаза обжигали мертвенным холодом.

— Моё почтение Стражнице полуночи, — произнёс он с насмешливой улыбкой. — Я едва не опоздал. Задержали дела. Но раз уж мне посчастливилось успеть к началу, не окажете ли честь, матушка? Потанцуйте со мной!

По залу волной разлился встревоженный шёпот. Столь откровенная наглость шокировала многих, ведь танцевать полонез с её величеством мог только король!

И подобное предложение было сродни вызову.

— Ваше высочество, вы забываетесь! — голос королевы прозвучал холодно и отстранённо.

Беатриче не поддалась на провокацию, но я чувствовала её ярость. Она лавой растекалась по залу, грозя испепелить всё вокруг.

Странно.

Порядок событий и даже реплики героев совпадали с прочитанным в книге, но случившееся описывалось как-то вскользь. Автор не сумела передать и сотой доли зловещей атмосферы и напряжения, а после быстро перешла к танцу.

Я никак не могла понять, что именно не так и почему образы некоторых персонажей настолько отличаются от оригинала.

— Его величеству нездоровится, — продолжила королева, — а вы, вместо того чтобы навестить отца и проявить заботу, позволяете себе столь низкую провокацию?

— Ну что вы! Я всего лишь хотел помочь, милая матушка, — с издёвкой парировал Каин, — ведь в особых случаях кронпринц может заменить короля.

— Вы…

— Открытие Полуночного бала — слишком важное событие, — принц не дал Беатриче договорить, — нельзя допустить, чтобы первый танец не состоялся! Я и подумать не мог, что мой широкий жест расценят подобным образом.

По залу разлетелись оживлённые шепотки. Каин хорошо подготовился, и его сообщники, затаившиеся среди гостей, быстро задали нужный тон. Но вперёд вышел генерал.

— Ваше высочество, чтобы ваши душевные порывы расценивались верно, следует удерживать их в рамках приличий. — От низкого, рычащего голоса Леона кожа покрылась мурашками.

— На что вы намекаете? — принц зло сощурился.

— Не заставляйте меня объяснять очевидное. Вы намеренно вошли через священную арку, что позволено лишь правителям Эскарлии, а после потребовали для себя привилегий, достойных короля.

— Вы смеете обвинять принца?! — неожиданно воскликнул Старший советник.

— Я лишь озвучил случившееся. Не моя вина, что поступки кронпринца похожи на список преступлений.

Повисла могильная тишина.

— Генерал, думаю, возникло чудовищное недоразумение, — голос советника сочился ядовитым смирением. — Думаю, нам всем следует успокоиться. Не стоит омрачать ссорами благословенную ночь.

Видимо, советник состоял в сговоре с Каином. Если бы не вмешательство Леона, королеве пришлось бы сложить оружие. Тогда почему в книге она в открытую оскорбила своего спасителя, приказав Амаранте танцевать священный южный танец?

— Вы так изящно предложили мне закрыть глаза на случившееся и принять вызывающее предложение кронпринца? — в голосе Беатриче прозвучали предупреждающие нотки, и советник попятился.

— Никак нет, ваше величество! Нижайше прошу прощения, если невольно оскорбил вас.

Сбоку послышался едва уловимый шорох и новые извинения. Амаранта неловко отступила назад, столкнувшись с другой фрейлиной.

Я готова была поклясться, что она сделала это специально, привлекая внимание королевы.

— Ну что ж, в одном вы правы, господин советник. Полуночный бал испокон веков считался символом мира. В такую ночь и впрямь грешно разжигать вражду, — покровительственно произнесла Беатриче. — Раз уж мы все здесь неверно поняли кронпринца, предлагаю поступить проще и сменить танец, ставший камнем преткновения.

Мы подошли к решающему моменту. Но в книге Беатриче выглядела злодейкой, приказавшей Амаранте исполнить провокационный танец, чтобы отвлечь гостей от скандала с принцем.

Теперь же королева сама была жертвой, а манёвр с танцем напоминал жест отчаяния.

— Одна из моих фрейлин прекрасно танцует тоэйру. Полагаю, она с радостью порадует нас своим мастерством. — Беатриче обернулась и в упор взглянула на Амаранту, но я оказалась быстрее и вышла вперёд.

— Моя королева, это честь для меня, — торжественно ответила, наслаждаясь воцарившейся тишиной и яростным шипением Амаранты. — Тоэйра священна для всех южан, поэтому я хочу посвятить свой танец вечному союзу между Эскарлией и Пламенными островами. Да пребудет мир в наших сердцах и пусть звёзды озаряют путь тех, кто идёт тропою чести! — произнесла ритуальную фразу и покосилась на Леона.

Он выглядел настороженным, но записывать меня в кровные враги пока не спешил. Мне удалось предотвратить скандал!

— Моя милая Реджина, — королева облегчённо выдохнула и улыбнулась, — ты настоящее сокровище.

Я наивно полагала, что самое сложное позади и осталось лишь красиво станцевать, но…

— Ваше величество, тоэйру исполняют под перезвон гитарных струн, а не в звенящей тишине, — неожиданно произнёс Леон, окинув меня обжигающим взглядом.

Словно о чём-то предупреждая или… бросая вызов?!

— Если позволите, я сыграю для леди Альтис, — его губы изогнулись в говорящей улыбке.

Только говорил он на неизвестном мне языке, и пока я понимала лишь одно — я влипла!

Знать бы ещё, во что…

— Буду рада услышать вашу игру, господин генерал, — сдержанно ответила Беатриче. — Принесите гитару и кастаньеты!

Со всех сторон послышались перешёптывания. Заинтересованные, осуждающие, удивлённые. Гости реагировали по-разному, но мой взгляд был обращён лишь к Леону.

Я даже не догадывалась, что именно он задумал. Его лицо оставалось невозмутимым, зато в глазах плясало пламя. Шальное, неукротимое. Оно сжигало меня дотла и в то же время завораживало.

Я чувствовала себя мотыльком, летящим на погибельные огни. Но разве не в этом суть фламенко?

Танец, который невозможно исполнить, если на душе штиль. Безумие, сливающееся с симфонией ночи, и страсть, накрывающая лавиной. Ломающая запреты, заставляющая тело изгибаться в болезненной неге и трепетать подобно пламени бушующего костра.

Танец как вызов и безмолвная дуэль, отбиваемая стуком каблуков и звонкими хлопками рук.

Одержимость, пульсирующая в груди чёрной дырой и затягивающая в свою пучину.