Меня зовут Гудвин (СИ) - Корнев Павел Николаевич - Страница 17

Я аж вздрогнул от неожиданности.

— В прошлой жизни я была эльфийкой! — с восторгом повторила Эля.

— И с чего ты это взяла? — осторожно уточнил я.

— Да вот же! — потрясла зеленокожая девица распечаткой. — Тут всё просчитано!

— Это что?

— Это мне Надька из расчётного на ночь дала! — не слишком-то понятно заявила медсестра. — Вот смотри: тут выбираешь варианты: пол и день недели, в который родился, а ещё…

Я не удержался и коротко выдал:

— Фуфло!

— Что — фуфло⁈ — возмутилась Эля. — Вот давай посмотрим, кем ты был!

— И так знаю, — фыркнул я.

— И кем же?

— Человеком.

— И чем занимался?

— Родился, учился, служил в армии, потом… Ну, так скажем, решал проблемы.

Эля наскоро просмотрела распечатку и обиженно выдала:

— Врёшь ты всё! Нет здесь такого!

— Так я и говорю: фуфло! Сколько там вариантов на выходе? Сорок восемь? А остальное как же?

— Тут всё основное охвачено!

Я покачал головой.

— Вот у тебя среднее специальное образование, так попробуй задействовать логику! С населением земного шара со временем что происходит? Оно увеличивается, так? Так сама подумай, сколько Эль, Кать и Надь были той самой эльфийской торговкой? Как они все в неё утрамбовались?

Эля с ответом не нашлась, фыркнула и отвернулась. К занятиям лечебной физкультурой она сегодня была определённо не расположена, но остановило меня от налаживания горизонтальных связей отнюдь не дурное настроение сожительницы, а полученный от коллег совет о нерегулярности половых сношений.

Завёл будильник, лёг спать.

Утром пообщаться с Элей тоже не получилось. Продрал глаза, оделся, вышел во двор.

Тот был не таким уж и просторным, но, как пояснила тётя Тамара, поддерживать порядок требовалось ещё и на прилегающей к общежитию территории. На мне же был и вывоз мусора, а вот коридоры мыла приходящая техничка. К слову, все свои лентяйки, вёдра, тряпки и прочий инвентарь та хранила в полуподвальном помещении дворницкой, а с учётом прочего хлама у меня в узкую комнатушку с заложенным кирпичной кладкой окном даже войти не получилось. Огляделся с порога и спросил:

— А с окном что, тёть Тамар?

Комендант общежития только плечами пожала.

— Всегда так было, ещё до меня заложили. Да и на кой тебе окно? Отдушина есть, не задохнёшься.

В верхнем правом углу и в самом деле не хватало нескольких кирпичей, но наличие эдакой форточки меня особо даже не порадовало. И не светлее от неё, и дуть будет. Тряпкой не заткнёшь — куском поролона, если только.

Лампочка на сорок ватт под потолком подозрительно мигала, я щёлкнул выключателем и по лестнице в пять ступеней поднялся в коридор, встал у входной двери общежития.

— Приберусь там! — предупредил коменданта, хоть переселяться в комнатушку с кирпичными стенами и голым каменным полом и не собирался.

— Главное, на территории порядок поддерживай! — отмахнулась от меня тётя Тамара.

— Завтра с утра встану пораньше и всё сделаю, — пообещал я и поспешил в молочный магазин.

То ли чуток припозднился, то ли первая из машин приехала раньше обычного, только на задворках торговой точки уже курил недовольный шофёр, да и у заведующей, когда вручала мне честно заработанный рубль и пару традиционных пачек просроченного творога, тоже физиономия была не шибко приветливой.

«Разбаловал! — подумалось мне. — Ни прогулов, ни ещё каких пьяных выходок! Пару дней не пришёл, заранее о том предупредив, и уже косо смотрит. А ведь золотой работник же!»

Я сразу развернул одну из пачек, на ходу куснул и смахнул с подбородка творожные зёрна, а только заработал челюстями и вышел с задов магазина в переулок, и вот уже — стоят. Не в ряд и не восемь, но это как-то даже особо не порадовало. Восемь или пять — разницы никакой, и уж лучше бы рядком выстроились. Но нет же — обходят, окружают!

— Что — думал, не найду? — злорадно оскалился Костяй, будто нарочно отвлекая внимание на себя.

Четвёрка орков взяла в коробочку, и возник резонный вопрос: на что они вообще рассчитывают?

Точно же о моём разряде знают! И о том, как я показал себя во время нападения на скорую, не слышать тоже никак не могли, а значит — подготовились. Их бы выбросом пси-энергии раскидать, но…

— Ты, Костик…

Обратился я к заводиле и шагнул вроде бы тоже к нему, но при этом наступил на ногу придвинувшемуся сбоку громиле, врезал ему в развороте снизу вверх. Хук на боксёрских мешках я отработал едва ли не до совершенства, кулак угодил точно в мощный подбородок, голова орка резко дёрнулась назад, а колени подломились, и амбал начал заваливаться назад.

Он ещё на землю упасть не успел, а я уже выбросил назад правую ногу. И — толчок! Налетевший животом на подошву моего кроссовка громила охнул и кастетом не дотянулся — сложился надвое. Меня бросило в другую сторону — аккурат на Костяя: если б попытался восстановить равновесие, непременно получил бы здоровенным кулачищем в лицо, а так упал на асфальт и, продолжая движение, кувыркнулся через плечо.

Не ожидавший ничего такого заводила промахнулся и провалился в молодецкий выпад. Пробить бы ему, но — не успел. Вскочил на ноги, развернулся и вот уже — четверо в ряд! Кто чуток меня похлипче, а кто и поздоровей.

Не отмахаться!

Мелькнула мысль сделать ноги, но побегу — так дальше и буду бегать как заяц, рано или поздно подкараулят и прихватят. Да и удирать от этих вот щеглов?

Я даже толком не разозлился, просто мир вдруг сделался красным, а дальше из меня вырвалось хриплое:

— Валите!

Резкий выброс пси-энергии сбил с ног парочку орков и заставил плюхнуться на задницу Костяя, а вот громила с кастетом через него уверенно проломился — правда после затряс рукой в попытке избавиться от сыпанувшего искрами и, должно быть, сильно нагревшегося при этом барашка вентиля. Тот застрял на пальцах, и я воспользовался моментом, вмиг оказался рядом, ухватил мордоворота и провёл бросок через бедро. Сработал техничней некуда, и противник со всего маху влетел в стену дома, повалился на тротуар, а когда начал не слишком уверенно подниматься, то получил ногой в голову и прилёг отдохнуть.

«Только б не прибить ненароком», — подумал я, развернулся и со смешком выдал:

— Их осталось трое!

Только нет — парочка сбитых с ног выбросом пси-энергии парней решила, что с них довольно и рванула прочь, бросив заводилу в одиночестве.

И тут я увидел на асфальте растоптанные пачки творога. Обе пачки. Обе в кашу.

Щёлк!

Костяй ничего даже сказать не успел, я вмиг оказался рядом, стукнул его раз и другой. Что-то хрустнуло, что-то булькнуло, молодчик упал, меня отпустило.

Су-у-ука! Это ж меня не как орка накрыло, это я его чисто по-человечески от всей души отоварил! Прям как в старые добрые времена!

Плохо, плохо, плохо!

Если наглухо уработал… Но — нет, орки были заметно крепче людей, так что Костяя я не прикончил и вроде бы даже не покалечил, но это не точно, это ему в травматологии подскажут, если туда обратиться решит.

Застонал первый отправленный мной в нокаут мордоворот, заворочался громила с кастетом, да ещё в соседнем доме распахнулось окно, и какая-то чересчур бдительная гномиха крикнула:

— Ну-ка прекратите немедленно! Сейчас милицию вызову!

При наличии домашнего телефона старушка бы непременно так и поступила, но в любом случае задерживаться тут я не стал, наступил напоследок Костяю на пальцы и поспешил к выходу из переулка.

Вот же бестолочи…

Пока шагал до больницы, нисколько не успокоился, и дожидавшаяся меня у служебной проходной Эля спросила:

— Чего такой растрёпанный?

— Работал, — буркнул я в ответ. — Ну а ты чего? Сегодня могла бы и сама зайти!

Медсестра обиженно поджала губы и распахнула дверь проходной. К ней у охранников вопросов не возникло, мне ожидаемо велели топать к заведующему отделением скорой помощи. Но именно что туда я не пошёл и первым делом наведался в отделение нетрадиционной медицины. Полежал под капельницей с пси-концентратом, а после в ответ на вопрос врача развёл руками.