Безупречная репутация - Джейкмен Джо - Страница 5

– В каком смысле? – спросила Аша.

– Похоже, юный Кассиус – парень вспыльчивый.

– Нет. Неправда. – Аша подвинулась на краешек стула. – Не было такого случая, чтобы он выходил из себя.

Кас всегда был милым ребенком. Внимательным, добрым, увлеченным тем, что много для него значило, но жестоким – никогда. Когда здоровенные пауки ползали по коврику и Аша умоляла Каса убить их, раздавить, насадить их головы на пики у задней двери, чтобы отпугивали других восьмилапых захватчиков, Кас просто сгребал их в кучку, мягко увещевал, выставляя за дверь, и вежливо просил больше не пугать маму.

– По словам мисс Лейн… – начал мистер Ньюхолл.

– Не самая большая его поклонница, верно?

– Она сказала мне, что утром Кассиус и еще один парень пытались отколошматить друг друга.

– Вы хотите сказать, что кто-то ударил моего сына?

– Хочу сказать, что драку начал Кассиус.

– Что?

– Утром, на уроке истории. Мистер Хиггс сказал, что они обсуждали генеалогию, и беседа вдруг вышла из-под контроля и переросла в неприятную потасовку. Сами понимаете, в «Аберфале» такое совершенно недопустимо.

Аша поставила чашку на кожаную подставку и, чуть подумав, заговорила.

– Ясно. Давайте называть вещи своими именами, – сказала она. – Они сцепились из-за семейного дерева. Так? Из-за того, что родословную нашей семьи нельзя отследить до Книги Судного дня?

– Не знаю, что конкретно послужило причиной, но насилие в любом случае не выход.

– Согласна. Но именно по этой причине я и попросила о сегодняшней встрече. Над Касом издеваются с тех пор, как он поступил сюда в прошлом сентябре. Мне говорят, что так бывает поначалу, что со временем он освоится, а я уверена, что, если издевательства не искоренить сразу, дальше будет только хуже. Похоже, это и произошло сегодня. А ведь я предупреждала… потому что школа – ваша школа – не собирается решать эту проблему.

Мистер Ньюхолл промолчал.

– И… – Аша обрела голос и была уже не в силах остановиться. – Мне известно, что, когда он рассказал вам о случае перед Пасхой – кто-то спрятал его одежду, пока он принимал душ, – вы сказали ему «не будь нюней». Это правда?

Мистер Ньюхолл рассмеялся, не открывая рта, и показалось, что он мурлычет какую-то мелодию.

– Видите ли… – Он сплел пальцы на животе. – Часть моей работы, Аша, состоит в том, чтобы поощрять мальчиков решать свои проблемы самостоятельно, не бегая к мамам. В мое время…

– Позвольте вас прервать. – Она подняла палец. – Речь сейчас не о вас. И не о вашем времени. Речь о благополучии детей, которые учатся в этой школе, – не только о моем сыне. И выражения вроде «не будь нюней» устарели, они оскорбительны и бесполезны. Я считала, что эта школа – передовая, мистер Ньюхолл. Я не буду вам указывать, где вы не справились с обязанностями по уходу за моим сыном, давайте сразу перейдем к другому: расскажите мне, как собираетесь это исправить.

В облике мистера Ньюхолла возникла легкая трещина, верхняя губа чуть изогнулась. Он откинулся в кресле, чуть раздвинул ноги.

– Никакой травли мы не допускаем, – сказал он твердо.

– Только на словах.

– Мы учим наших мальчиков думать о других, – продолжил он.

– Опять же, – сказала Аша. – Только на словах.

– Мы говорим о недопустимости травли на собраниях, на нашем сайте есть правила, которые…

– Я не спрашиваю вас о правилах. Скажите, какие практические меры вы принимаете.

Мистер Ньюхолл вздохнул.

– Смотрите. Вы говорите, что над Кассиусом издеваются, но никто из его учителей ничего такого не заметил. Когда его спрашивают, он не хочет или не может назвать никого конкретно. Что мы можем сделать? О том, что над ним издеваются, мы знаем только от вас. Легкая агрессия в мальчиковой школе – явление нормальное.

Аша снова подалась вперед, положила руки на стол перед собой.

– Легкая агрессия? Вы хотите сказать, что во всем виноват он, что он не может постоять за себя?

– Понятно, что вы беспокоитесь о своем сыне, – сказал Ньюхолл. – Я это ценю. Но я беспокоюсь обо всех наших учениках. Поэтому я вынужден наказать Кассиуса за сегодняшнее поведение. Обычно такое наказание ребята получают по субботам, но в эти выходные у нас день открытых дверей, поэтому он будет помогать там. Пора ему внести свой вклад в развитие школы. И вам не грех подумать о том же.

Кэти Лейн заслонила ладонью экран своего телефона от солнечных бликов. Она уже собралась отклонить звонок, но увидела, что это Чарльз, председатель попечительского совета, – надо ответить.

Она чуть отошла от здания школы.

– Здравствуй, – сказала она.

– Не могу долго говорить, – ответил Чарльз. – Пару минут, полно пациентов.

Доктор Чарльз Ярдли звучал по-деловому. Впрочем, так он звучал всегда.

– Это ты мне звонишь, – напомнила ему Кэти.

– Как Джерри?

Кэти стояла у школы и ждала администратора – обсудить планы на день открытых дверей. Она оглянулась убедиться, что поблизости никого нет, и уже тогда ответила.

– Никакого толку, – ответила она. – Сейчас с кем-то из родителей. Бог знает, что он наговорит. Лучше бы предоставил это мне.

– Могу ему посоветовать, если хочешь. Скажу ему, чтобы занимался чем-то другим, а беседовать с родителями предоставил тебе.

– Ты же знаешь, что он не станет слушать. Но, по крайней мере, следить, чтобы он не напортачил, осталось всего одиннадцать недель.

– Господи, так долго?

– Я подумала, хорошо бы он объявил о своей отставке на балу, но уже сейчас начал потихоньку передавать полномочия. Тогда я покажу попечительскому совету, что эта работа мне по плечу, и когда будет сделано официальное объявление…

– Через сколько недель?

– Бал? Через пять.

– Наверное, такое прокатит. Хорошо. А до того времени будем держать его в узде. Увидимся в субботу?

– Я буду здесь.

Она сунула телефон в карман кардигана, пробормотав «как обычно», и увидела, что через лужайку идет Отис Блейк.

– Доброе утро, мистер Блейк.

– Мисс Лейн.

– Насчет дня открытых дверей, – сказала Кэти. – Что-то беспокоит? Есть какие-то нерешенные проблемы?

– Смотря что понимать под проблемами.

Отис Блейк нагнулся и потянул за зеленые стебельки, пробившиеся между плитками. На нем были шорты, как и в любой другой день, даже когда землю сковывал мороз, а в воздухе веяло холодом.