(не) измена, (не) развод (СИ) - Серпента Евгения - Страница 4

- Таким вот бомбейцам можно переливать только аналогичную кровь. Иначе результат может быть фатальным. В Европе такие люди редкость, а в Индии их примерно один на десять тысяч. Поэтому и название такое – там этот феномен открыли и описали. Так вот там люди как раз умирали при переливании, хотя группа подходила.

- И что же делать?

- Кровезаменители лить. Это, конечно, не идеальный выход, но лучше, чем ничего. Я дам вам официальную справку о том, что у ребенка группа крови с антигеном h. Снимите копии, прикрепите к полису, к свидетельству о рождении, вложите в свой паспорт, сделайте девочке что-то типа собачьего адресника или нашивок на одежду. Дай бог, чтобы это никогда не пригодилось. Но лучше перестраховаться, чем потом плакать всю оставшуюся жизнь.

- Спасибо вам большое, Андрей Николаевич, - губы словно превратились в два пельменя и шевелились с трудом.

- Спасибо скажите себе. За то, что решили проконсультироваться. Все остальное – дело техники.

Распечатав два листка, он положил их в файлик и протянул мне.

- Такая группа абсолютно никак не влияет на состояние здоровья, на этот счет не переживайте. Возможные проблемы с переливанием – единственная сложность. Но, как говорится, предупрежден – значит, вооружен.

- Спасибо, - повторила я и встала. – Всего доброго.

Солнце светило совсем по-летнему. Захотелось немного пройтись. Молока для Маруси я нацедила с запасом, так что время у меня было. Вполне могла дойти до метро пешком.

Голова гудела, сердце мелко дрожало, отдаваясь лихорадочным пульсом в висках и в кончиках пальцев.

Спокойно, Лера, спокойно. Все хорошо. Он же сказал: на здоровье такая группа никак не влияет. Ну а дальше моя забота - следить, чтобы информашка всегда была при Марусе. Пока она сама не сможет. Ну а Егор…

А что Егор? Он свой выбор сделал.

Как поступил бы нормальный мужик в такой ситуации?

Хорошо, Лера, если ты утверждаешь, что ребенок мой, давай сделаем все анализы. Но если соврала, тогда где гуляла – там и ночуй.

Причем обычный мужик, а не биолог, точно знающий, какой запрос дать интернету. Если уж моя мама, которая с гуглом на вы и по имени-отчеству, нашла, то Егор – если даже и не знал про этот самый синдром! – сделал бы это за полминуты.

Если бы захотел.

Если бы, если бы… Мерзкое слово. Нет смысла думать о том, что могло бы быть, если бы… Все уже случилось. Результаты я Егору, конечно, отправлю. Но вот хочу ли, чтобы он разразился покаянным письмом в ответ, бросил своих медведей и вернулся? Что-то подсказывало: его миссия в моей жизни завершена. У меня есть чудесная Маруська, спасибо ему за это. Прекрасный производитель, хоть и с таким же битым, как у меня, геном. А вот как отец…

Ну да, отец года, ничего не скажешь. Нужен ли нам такой? Интересный вопрос. А вот денежки точно не помешали бы. Ребенок не птичка небесная, расходов требует ого-го каких. Мои декретные – это слезки, подрабатывать сейчас нет возможности. У Егора в институте тоже были не миллионы, но он получал доплату за степень и очень неплохо в качестве приглашенного лектора. Набегало солидно. У нас была «подушка безопасности» - общий счет, но пока денег хватало, я туда не забиралась.

Посмотреть, что ли, сколько там?

Сюрпрайз, Лера.

«Доступ к счету заблокирован».

Ты удивлена?

Да нет, пожалуй. Какая же ты все-таки сука, Белов!

Я ехала в метро и думала о том, что он очень хитро все устроил. Уехал далеко, денег не дает, и никто не заставит. Пока мы не разведены. А развестись со мной не в его интересах. Потому что придется платить алименты. Платить не хочется. От отцовства не отвертеться – тест ДНК подтвердит.

Меня снова передернуло от отвращения.

Вот и ответ, Мусенька, нужен ли нам такой папочка. Однозначно – нет.

Так, надо сесть и спокойно почитать, как развестись без согласия мужа и в его отсутствие. Я точно знала, что с заключенным развестись можно, если срок отсидки больше трех лет. Одна из моих коллег так разводилась с мужем. А вот если он за границей?

Ладно, выясним.

Мама, узнав новости, вздохнула тяжело, покачала головой.

- Вот честно, Лер, он нам с папой никогда не нравился. Просто старались не показывать.

- Хорошо старались, - хмыкнула я. – Я не догадывалась. Думаю, он тоже.

- А зачем? Ну лили бы мы тебе в уши, а потом оказались бы во всем виноваты. Господи, лучше бы он бабу завел, и то не так мерзко было бы.

- А я, мам, уже и не знаю. Может, и завел. Заодно. Я бы уже ничему не удивилась. Если человек предатель в одном, так и во всем другом – запросто. И где мои глаза были?

- Там же, где и у всех. Лера, пока человека любишь, ничего не хочешь замечать. Пока тебя носом не ткнут, как щенка в лужу. А насчет денег не переживай. Неужели мы втроем Муську на ноги не поставим? Все будет хорошо. Главное – девочка здоровая, а что группа крови – ну так мы теперь об этом знаем.

- Да, мам, - я обняла ее. – Все будет хорошо. Мы справимся.

- Знаете, Валерия Сергеевна, за десять лет практики я пришел к выводу, что самые ужасные подлости прилетают от самых близких. От тех, кому доверяешь, к кому не страшно повернуться спиной. То есть было не страшно. И это не только мое мнение, к сожалению.

Юриста по семейным делам звали Алексеем Анатольевичем. Подогнала его Ритка.

Хороший парень, сказала она. И юрист хороший. Не Левадный, конечно, но тоже неплох.

- А кто такой Левадный? – спросила я почему-то шепотом, чувствуя себя темной деревенщиной. Настолько с придыхом это прозвучало.

- Левадный – лучший спец по разводам, алиментам и прочей семейной шняге, - терпеливо разъяснила она. - Но к нему не попасть, и дерет столько, что у тебя почек не хватит, чтобы продать и его услуги оплатить.

- А этот твой? Ты его откуда знаешь?

- Федькин однокурсник. Бывал у нас часто. Я даже глазки ему пыталась строить, но он тогда такими малявками не интересовался. А потом стало не актуально.

С Риткиным братом я была хорошо знакома. Мы жили в одном доме, и он, будучи на пять лет старше, в младших классах водил нас в школу и из школы. Грозный старший брат – таким я его и запомнила. На юрфаке он выбрал своей специальностью коммерческое право и работал в крупной торговой компании.

- Кстати, Алекс не женат, - добавила Ритка, продиктовав номер телефона. – Точнее, в разводе.

- Рит, это последнее, что меня сейчас интересует, - застонала я. – Единственное, чего я хочу, это развода. Или хотя бы тупо денег.

- И то и другое проблемно, Белова, и ты это знаешь. А что до остального, так ведь жизнь не закончилась. Сейчас ты замордованная ребенком до самой жопы и света белого не видишь, но это пройдет. Захочется любви и ласки. Проверено.

- Чего проверено? – возмутилась я. – У тебя муж есть.

- Ну так на муже и проверено. Сначала такое – на фиг уйди, я не баба, я дойная корова. Купи себе резиновую или жми тихо в ванной, а меня не трогай. А потом внезапно - хоба, мужчинка рядом! Живой, с прибором!

Я невольно фыркнула, представив, как Ритка посылает своего брутального Пашку дрочить в ванной. Сейчас секс и правда казался мне чем-то из параллельной вселенной. А вот насчет более насущной проблемы она была права. Иначе юрист не понадобился бы.

Результаты анализов я Егору отправила. Приложением к посланию, в котором высказала все, что о нем думаю. Потребовала разблокировать счет и добавила, что хочу развестись. Если бы он не возражал, хватило бы его согласия, заверенного в российском консульстве.

Галочки поголубели: сообщение было длинным, в пуш не влезло. Видимо, ему стало любопытно, что я там такого обширного накатала. Но ответа так и не дождалась. Написала еще. И еще. И добилась того, что он меня заблочил. Следующее мое сообщение повисло с одной серой галкой.

Красота!

Мониторинг интернета дал мне лишь то, что алименты можно потребовать и без развода. Причем не только на ребенка, но и на свое содержание, на все время декрета. Но и это, и развод можно было провернуть исключительно через суд. И как быть в том случае, если муж работает за границей и не дает согласия, я ответа так и не нашла.