Развод. Сегодня я танцую! (СИ) - Лакс Айрин - Страница 3

Но мне даже Лена не верит.

Переспрашивает:

— Якоб? Твой Ратин? Тот, что тебе массаж пяточек делал?

— Вспомнила… Сто лет он мне уже массаж пяточек не делает, да и вообще… — приуныла.

— Не верю. Не могу поверить, что Ратин тебе изменяет.

— Жениться он собрался, Лен. Это не просто измена.

— Не верится. Он же такой добропорядочный. Приветливый. Детей любит, котиков не обижает. Аккуратный, хозяйственный. Вон, цветы дарит, кофе тебе варит, не то, что мой — только зайдет и орет с порога: «Че пожрать?» — морщится подруга.

Сколько лет жената за своим Толиком, он прыгает с одного места на другое, нигде не задерживается. Ленка двоих детей ему родила и сама тянет семью…

— Вдруг ты все напутала? Может, это его сестра беременна, а он просто хочет сделать сюрприз?

Она пытается найти хоть какое-то логичное объяснение, и от этого мне становится еще горше.

Потому что я тоже так решила!

— Он просто хорошо маскируется.

Якоб втерся в доверие ко всем вокруг так, что даже моя лучшая подруга готова искать оправдания его словам о «невесте». Ей проще поверить в собственную выдумку про беременную сестру, чем в то, что улыбчивый, надежный Якоб способен на такое.

И я понимаю: слов и моей обиды недостаточно.

— Неужели ты мне не веришь? Ты на его стороне?!

— Все это выглядит странным. Я не знаю… Розыгрыш? Сюрприз тебе готовит?

— Ага. Оставить меня и детей без алиментов. Зашибись, сюрприз.

— Жень, если ты человека в таком обвиняешь… То нужны доказательства.

Она права.

Нужны.

Железные.

Придется проследить за ним.

— Он сказал, что сегодня уезжает. На все выходные! Помогать брату со стройкой за городом, — говорю я, и в голове тут же рождается план. — Я думаю… надо Сашку с ним отправить. Сын всегда рад съездить к дяде, порыбачить. Если Якоб и правда едет на стройку, он не откажется.

План кажется мне простым и гениальным.

Проверка на искренность.

Якоб всегда берет Сашку с собой в чисто мужские поездки.

Вечером, когда Якоб собирает рюкзак, я небрежно, будто спохватившись, бросаю в разговор:

— Кстати, Сашка давно рвался на природу. Возьми его с собой, раз уж к брату едешь. Ему будет полезно!

Якоб на секунду замирает с парой носков в руке. Его спина напрягается.

— Ну, что? Скажу Сашке, чтобы собирался, да?

В ответ муж оборачивается ко мне, и на его лице — привычная, мягкая улыбка.

— Что ты, Женя! Какая ему там польза?

— Отвлечется.

— На что, Жень? Сын у нас и так большой молодец. Всю неделю учится, спортом занимается. Устает!

— Сменит обстановку… — настаиваю простодушно.

Но муж уперся и стоит на своем.

— Жень, сын засыпает без задних ног. Ты, что, думаешь, мы там прохлаждаться собираемся? Нет! Нам с братом работать надо. Перегородку из кирпича класть будем… Пыль, грязь, шум стройки. К тому же погода на выходные будет ветреная, дождливая. Он даже не сможет рыбачить, только застудится. Пусть лучше дома отдохнет, в комфорте.

— Но, милый…

— Никаких но, Жень. Совсем загоняла пацана. Пусть отдыхает и ты сама… тоже отдохни!

Он гладит меня по плечу и возвращается к сборам. А я остаюсь стоять посреди спальни, и по спине бегут мурашки.

Он отказался.

Отказался взять Сашку.

Эти слова отдаются в висках нарастающим гулом.

Теперь я почти уверена. Почти. Но нужно увидеть все своими глазами.

Нужно дожать его.

— Ладно, как скажешь, спорить не буду. Ты же в доме хозяин.

— Вот-вот, не спорь. Лучше найди и себе занятие.

— Да уже нашла, вот как раз хотела сказать…

Придумываю на ходу.

— Милый, а ты подбросишь меня до Ленки? — спрашиваю я его, стараясь, чтобы голос звучал максимально обыденно. Он нервно перекладывает ключи от машины в руке. — Если ты занят, то и я хоть немного развеюсь. У нас будет девичий вечер с копченой скумбрией и глупыми сериалами, — сочиняю я на ходу, сама удивляясь, как легко рождается ложь, когда сердце разрывается от боли предательства.

Якоб на секунду задумывается, смотрит на часы.

— Ладно, — бросает он. — Только быстро.

Вот, пожалуйста! Он даже не спросил, какая такая срочная встреча у Ленки…

Я выхожу из дома вместе с ним. Я предупредила Лену смс-кой, и она, мой ангел-хранитель, уже ждала меня во дворе, вызвав такси заранее.

— Ну все, спасибо. Ты у меня такой хороший! — говорю я Якобу, захлопывая дверь его машины. — Береги себя, смотри, не надорви спину!

Он лишь машет рукой и тут же срывается с места. Он действительно очень спешит.

Мы с Леной молча пересаживаемся в ждущее такси.

— За той серой иномаркой, — коротко говорю я водителю, показывая на удаляющийся автомобиль мужа.

Лена молчит, лишь сжимает мою руку. Ее неверие, кажется, наконец, испарилось, сменившись тревожным ожиданием.

Мы едем за мужем. Я вкратце рассказываю о новых фактах.

Он не едет за город.

Он движется в центр. Дорогой, престижный район.

Высокие, новенькие многоэтажки с зеркальными окнами. Его машина плавно останавливается у подъезда одной из них.

Я задерживаю дыхание. Из подъезда выходит женщина.

Высокая, стройная, в короткой кожаной курточке, красном мини-платье и на каблуках.

Она улыбается, направляясь к его машине.

Муж выходит.

Она бросается к нему в объятия.

Якоб подхватывает ее, кружит…

Страстно прижимает к себе, и они целуются.

Горячо и влажно, с языками.

Я ахнула.

Потому что такого точно не ожидала!

— Да я же ее знаю! — выдыхаю я, и голос срывается в шепот. — И наши… дети. Они ее знают и любят! Боже, мои девочки ее обожают…

Дорогие, книга завершена, действует цена со скидкой, забирайте!

Первые дни — цена 89 рублей.

Впереди — горячо и интересно)

АЙРИН ЛАКС — РАЗВОД. СЕГОДНЯ Я ТАНЦУЮ!

Лена резко поворачивается ко мне, ее глаза становятся огромными.

— Дети ее знают? И любят? Кто она такая?!

— Матильда.

— Ктооо?!

— Матильда Королева.

Я сижу в такси и смотрю, как мой муж страстно целует другую, как жадно тискает ее попу и нашептывает что-то на ухо.

— Это же она... Матильда. Матильда Королева! — вырывается у меня шепот, полный неверия.

Мой муж — Якоб Ратин и… она?!

— Ты чего? Какая Матильда?

Лена смотрит на меня, ничего не понимая.

— Она была первой учительницей танцев у моих девочек. Первой! Еще вот с таких лет…

Показываю ладонью от пола.

— Несколько лет преподавала. Потом бросила танцы и в блогерши подалась… Теперь она великая блогерша! Певичка! Взлетела… Подростки по ней с ума сходят!

Из меня слова вылетают пулеметной очередью. Я чувствую, как подступает тошнота.

— Мои девочки, Леля и Лека, ее обожают. Во-первых, у них теплая память о ней, как о преподавателе. Во-вторых, теперь она крутая, в тренды залетает. Смотрят все ее дурацкие влоги, шортсы, песни ее слушают. Поэтому я ее и знаю. Каждый день вижу это лицо в телефонах у своих детей.

Я снова смотрю на ту пару. Теперь, зная, кто она, я вижу все четче. Да, это она.

Та самая простая и улыбчивая «Машка Пронькина» — в прошлом, а теперь «крутая и независимая» Матильда.

Та тренд-герл, которая в своих роликах учит девочек «быть сильными и самостоятельными». Та, чьи плакаты висят у моих дочерей над кроватью.

И мой муж, сорокапятилетний Якоб, целует ее у подъезда, как одержимый подросток.

— Так это же... — Лена замирает, наконец осознав масштаб катастрофы. — Это же скандал на всю страну. Если это всплывет...

— Если? — перебиваю я ее. — Лен, ты не понимаешь. Мои дети ее боготворят. И их отец трахает кумира…

— Ого! — говорит Лена. — Они его могут возненавидеть! Или…. Наоборот, скажут, папочка, ты такой крутой… и будут любить его еще больше.