Большая охота (СИ) - Рагимов Михаил Олегович - Страница 22

В следующую секунду вся пятёрка выскочила в астрал.

Кауфмана Лундберги читали. А вот творчески переработать книгу не удосужились. Решили, что и так сойдет! Взору Тимофея предстали уже знакомые обезьяны. Пятеро накачанных гориллоидов. Чуть меньшего объема, чем приснопамятный Генрих, примерно такой же плотности, но зато не очень сильный одиночка, а пятеро сработавшихся бойцов! Формы противников на мгновение ввели их в замешательство. Никак не ожидали увидеть перед собой куницу и медоеда. Появление Старика добавило ещё мгновение ступора. Два мгновения в астрале — это много! Харзы завертели свой смертоносный хоровод, а ратель, рывком сократив расстояние, вцепился в живот Георгу.

Герцог обхватил противника руками, пытаясь порвать пополам. Ничего не вышло! Астральное тело медоеда оказалось слишком плотным для подобных воздействий. Более того, оно само понемногу впитывало хватающие его руки. Ратель просто пожирал противника живьём! Один из сыновей вырвался из круговорота куниц и бросился на помощь отцу. Бурый зверь с грязно-белой полосой по хребту исчез, погребённый под телами противников.

Тимофей и Старик продолжали пляску. Противники оказались куда слабей Кауфмана, но уворачиваться от шести рук втрое сложнее, чем от двух. Здесь шла борьба не плотностей, а скоростей. Противники ушли в глухую оборону, привыкая к тактике двух куниц и придумывая способы противодействия.

Возникший позиционный тупик Тимофею не нравился, и в какой-то момент он метнулся ко второй куче и вырвал первый попавшийся кусок. Троица вместо того, чтобы навалиться на Старика, бросилась за Тимофеем, который проскочил дальше, уходя от плотного контакта, зато воспользовавшийся моментом Старик отхватил одному из противников кусок икры. И снова потянулась позиционная борьба. Только братья всё чаще пытались контратаковать.

* * *

Давным-давно, когда люди ещё только проиграли войну обезьянам и были изгнаны с безопасных деревьев в полную хищников и напастей саванну, жил старик со своею старухой у самого синего моря. Старик ловил сетями рыбу, а старуха шуршала по хозяйству.

И было у них три сына.

Старший умный был детина, великий колдун, способный напустить бурю на врагов, подогнать антилоп к хижине или рыбу к самому берегу.

Средний был и так, и сяк, неплохой охотник, способный три дня гнать антилопу, чтобы пригнать её к отцовской хижине. Или к прайду львов, как повезёт.

Младший вовсе был дурак. Мастерил из камня ерунду всякую. Свистульки, фигурки зверей и птиц. Мастерил и раздавал соседским детишкам.

Подросли дети, и отправил их старик жен себе искать. А старуха завещала раздобыть всякой посуды, чтобы готовить и есть удобно было.

Старший ушёл далеко-далеко, победил живущих там людей и забрал у них всех незамужних девушек. А в приданное взял чаны да горшки из обожженной глины.

Средний прогулялся на восток и привёл двух девушек-близняшек. А с ними поделки из дерева: корыта, миски, кружки, ложки и прочее.

А младший дошёл до ближайшей деревни и сосватал сироту, которой даже набедренная повязка была мала, а взять новую было негде. А про посуду сказал, что сам сделает.

И начал резать из камня большую сковородку. Долго трудился, но камень — материал с характером, спешки не любит. Годы шли, работа двигалась потихоньку, братья и их жёны сначала ждали, потом начали посмеиваться, а после и вовсе хохотать. Зачем нужна каменная сковородка, если давно глиняных наделали, успели разбить, и еще раз десять повторили!

Так и смеялись, пока не пришел лев-колдун.

К тому времени вокруг одинокой хижины выросла деревня, детей завелось не малое количество. Вот за детьми лев и погнался.

Вышел старший брат, ударил льва ветром и огненной бурей, но не взяла колдуна магия! Отряхнулся, будто под дождь попал, оскалился победно.

Вышел средний, кинул дротики, а они от шкуры львиной отскочили, как от скалы.

А зверь всё ближе и ближе, уже детей вот-вот настигнет.

Выскочила тогда жена младшего брата да как долбанёт льва-колдуна каменной сковородкой по морде! Голова у чудовища в плечи провалилась и вылезла из-под хвоста.

Тут льву-колдуну и конец настал.

И больше никто над Мастером не смеялся. Не хотел становиться львом-колдуном.

А Мастер за всю свою жизнь всего четыре сковороды сделал. Сложный это материал, камень.

С тех пор в семье Мастера стало традицией жениться на сиротах и дарить жене на свадьбу каменные сковородки его работы.

Через много лет праправнук Мастера по имени Сэмибанело ушёл на работу и не вернулся. День нет охотника, два дня, месяц нет, два месяца. Деревня за это время сильно разрослась. Много народа стало. Посоветовались охотники, и пошли к жене пропавшего. Так и так, говорят, Хаксиниле, муж твой совсем исчез, иди второй женой к Замбибе, будешь его первой жене помогать! А сестру мужа твоего, Нимпумелело Маимаба, брат Замбибе, третьей женой возьмёт. И Помалангу и Мбаленкхле, сироток, что к вам прибились, тоже пристроим. Хорошее же предложение, всё по заветам предков, традиция, кто вдову берёт, тот и имущество, от мужа оставшееся забирает, и младших женщин замуж выдаёт. Имущества-то не так много осталось, но что ж оно бесхозным валяется⁈

Армия боевой сковородки. Рисунок Марики Становой.

А эти психованные бабы как схватятся за сковородки! Те самые, мастером из камня сделанные, на крепкую ручку посаженные. И что было делать? Духи предков лишат удачи того, кто поднимет оружие на женщину. А с голой пяткой против сковородки — дураков нет, про льва-колдуна все помнят, старики детям ту историю из поколения в поколение рассказывают без малейших искажений. Никому не хочется, чтобы у него голова из-под хвоста торчала. До самого заката гоняли токолошьи дочки охотников по всей деревне! Замбибе по заднице сковородкой так попало, что месяц на животе спал, а брат его Маимаба с разбегу стену собственной хижины головой пробил. Был бы мозг — было бы сотрясение, а так всё обошлось.

И началось! Три года девки эти по посёлку ходили и, хотя слова «прапорщик» никогда не слышали, делали, что хотели, и забирали, что понравится, а чуть что, сразу за сковородку!

Когда же Сэмибанело вернулся и сказал, что заберёт этих фурий, все только обрадовались.

А сам Сэмми тоже доволен был. Думал, придётся нового мужа Хаксиниле застрелить, а жена этот вопрос сама решила.

А что четверых забирать пришлось, так на кораблях места много, все влезут. Единственно, с имуществом разобраться надо было. Не хотели девчонки ценное имущество деревенским оставлять. А кому это мусор на корабле нужен? В общем и целом, уговорил, только украшения пришлось тащить, да деревянную посуду, что от среднего брата Мастера осталась. И сковородки, конечно, куда же без сковородок!

Нагрузили всё это на сопровождающих, они не овамбо, а басуту, этих не жалко. А возражать басуту не решились. Глянули на девчонок, на сковородки в их руках, голод в глазах сразу озабоченностью сменился. И совсем не сексуальной.

И уже почти на берегу сопровождающие вдруг дали дёру. Даже дротики побросали. Сэмми только и понял, что впереди колдуны дерутся. А ему куда бежать? Обратно в саванну? Надеть грязную набедренную повязку и бегать босиком за антилопами? На фиг, на фиг!

Высунулся тихонечко посмотреть. Факт. Стоит масса великий князь, недалеко от него Великий черный колдун, а напротив белые колдуны выстроились. Целая рука! Пять, если по-русски. И никто не движется. А в сторонке вертолёт стоит, а от него ещё один белый бежит с пистолетом в руке. Подбежал и давай в массу князя стрелять.

Тогда Сэмми разозлился. Что с того, что пули не долетают и на землю падают? Предки как завещали: семеро дерутся, восьмой не лезь! Подобрал дротик и швырнул. Но он слишком давно не держал в руках оружие саванн. Или древко кривовато оказалось. Не попал. Белый развернулся, вскинул пистолет…