Янтарный господин (СИ) - Ахметова Елена - Страница 12

Так нас и застал незнакомый мужчина в темно-сером дублете — янтарный господин, стоически держащий руки при себе, и его бесстыжая любовница, почти что влезшая к нему на колени. Картина «искушение святого рыцаря мерзкой ведьмой» была налицо, но незваного гостя сейчас волновали отнюдь не орденские обеты и даже не мое неподобающее поведение.

— Господин, волки!..

Тоддрик вздрогнул и отстранился. Я прикусила губу и, уставившись в темно-янтарные глаза, все еще подернутые томной поволокой, сказала чистую правду:

— Я все еще хочу уйти.

Правда, виноват в этом был не неопытный любовник, а непрошеный свидетель, но моих устремлений это не меняло. Рыцарь досадливо поморщился и только тогда обернулся к двери.

— Как же ты невовремя!.. — практически простонал он. — Айви, это мой управляющий, господин Годелот Риман. Что еще за волки?

— В лесу возле замка видели волчью стаю! Большую, голов двадцать, — выпалил управляющий, от волнения забыв поклониться и спохватившись лишь после того, как сообщил новости.

Я ответила сдержанным кивком.

— И что? — хмуро поинтересовался Тоддрик. — Я не собираюсь травить волков только из-за того, что они волки. Вот если они начнут выходить к деревням и резать овец... никто ведь не пострадал?

— Нет, но, сэр... — управляющий запнулся, судорожно соображая, как объяснить новому господину, почему в окрестностях Горького Берега проблема волков не терпела никаких отлагательств.

Я коснулась ладони Тоддрика, все еще цеплявшегося за покрывало, и он запоздало расслабил пальцы.

— Здесь не держат скотину, мой господин, кроме той, что способна пережить половодье. Если волки начнут выходить к прибрежным деревням, то и резать будут отнюдь не овец.

Тоддрик медленно выдохнул и потер ладонями лицо.

— А ты собралась идти в лес! — сообразил он, приходя в себя и все больше напоминая того невыносимого проныру, с которым я познакомилась на Горьком Берегу и которому нужно было везде сунуть свой нос. — И Лира...

— Тем больше поводов отправиться на охоту, мой господин, тем более что я выполнила все условия, — подначила я.

Тоддрик несколько мгновений пялился на меня с немым возмущением, но аргументов для спора так и не подобрал. Ему и в самом деле надлежало следить за безопасностью рыбацких деревушек и сел добытчиков янтаря, а не рвать покрывала в спальнях у любовниц.

— Лот, найди для Айви сопровождающего, — наконец приказал рыцарь сквозь зубы, — и вели седлать коней. А ты...

— Буду ждать добрых вестей, — лукаво пообещала я, подняв ладони в жесте примирения, — и лен, пожалуй.

Тоддрик устало провел ладонью по лицу.

— Невозможная женщина, — пробурчал он из-под ладони и направился к двери, но на полпути обернулся. — Эта комната будет готова для тебя в любое время, когда ты захочешь вернуться. Ворота моего замка открыты для тебя.

Я серьезно кивнула. Ворота — это уже было неплохо.

Оставалось только разобраться с дверями казны.

Лира встретила меня насмешливой гримаской.

— Кажется, больше мы у Ги не ужинаем?

— Да, но это не беда, — вздохнула я и посторонилась, пропуская в землянку своего провожатого — угрюмого лысого детину с такой окладистой бородой, что все мужчины Горького Берега могли сразу повырывать свои подбородочные потуги от зависти. — Знакомься, это Хью и его корзинка.

— Ваша корзинка, — густым басом поправил меня Хью и предъявил «корзинку», которую даже он тащил, всю дорогу старательно скрывая натугу и то и дело перебрасывая свою ношу из одной руки в другую, но упорно отказываясь от помощи.

Из-под чистого сукна, прикрывавшего «корзинку», выглянуло копченое оленье бедро и представилось самостоятельно. Сколько бы я ни пыталась убедить замковую прислугу, что провела ночь с Тоддриком вовсе не ради еды, отказаться от даров не вышло. «Господин велел» — и все тут.

С самим Тоддриком поговорить больше не удалось — обязанности гнали его в леса, защищать людей от хищников. Мне оно вроде бы было только на руку, но господин, увы, повсюду оставил за собой ворох неудобных приказов, из которых «корзинка» была ещё наименьшим злом. А своим отъездом ещё и лишил меня всякой возможности оспорить хоть один!

Навязанный сопровождающий годился хотя бы для переноски тяжестей, а вот что прикажете делать с высочайшим повелением не высовываться из землянки, пока в лесу не станет безопасно?!

Особенно если учесть, что главную опасность в лесу представляли собой мы с Лирой, но деваться, естественно, никуда не собирались.

— Куда ее? — деловито спросил Хью, потрясая своей ношей, и замешкался, встретившись взглядом с Лирой.

Я постаралась спрятать усмешку.

— С-сюда, — тоже запнулась сестра, ошеломленная не то размерами подношения, не то внешностью сопровождающего, и поспешно посторонилась, уже за спиной Хью сделав круглые глаза.

Я молча развела руками.

— Вот, — объявил тот на случай, если мы вдруг не заметили, куда он водрузил «корзинку». — Я обойду окрестности на всякий случай.

— А может... — Лира оглянулась в сторону печи, где стоял чугунок с каким-то варевом — судя по запаху, целебным, а не съестным, но ход мыслей Хью проследил верно и изрек вполне ожидаемое:

— Спасибо, но господин велел проверить, все ли тихо рядом с вашей землянкой, — чуть виновато покачал головой и вышел, опасливо пригнувшись в дверях.

Лира с трудом захлопнула рот, памятуя, что сквозь стены землянки все прекрасно слышно снаружи, но хватило ее ненадолго.

— Что ты такое сделала с янтарным господином?!

— Ну, — протянула я и поспешно стерла с лица мечтательную улыбку, — думаю, ровно то, что нужно было. А что? Мне казалось, он и раньше не был скуп.

— Не был, — задумчиво согласилась Лира, — но его щедрость всегда с подвохом. Как с Морри — вроде бы и помог, но за ней теперь постоянно следят. Или с Идой — ткани прислал даже больше, чем было нужно, но тонкой, и она теперь все время занята рукоделием. Ги-то получил новую рубаху и присмирел, а жена по-прежнему не выходит из дому.

— Пока что оно и к лучшему, — я пожала плечами. — В окрестностях видели большую* волчью стаю — ни к чему женщине в тягости ходить в лес в одиночку.

— Даже если дома такой вот Ги? — мигом срезала меня Лира и недовольно покачала головой. — Не нравится мне это внимание к тебе. Как бы не обернулось такой же слежкой, как за Морри.

На это мне возразить было нечего — бродящий по окрестностям Хью не слишком способствовал победе в споре. Даже когда Лира все же заманила его свежим хлебом и душистым травяным настоем, а выпустила уже сытым и разомлевшим — он все еще оставался человеком Янтарного ордена, хоть и околдованным ведьмой.

Как и сам Тоддрик.

— И что теперь? — нервно поинтересовалась Лира, когда Хью ушел, пообещав вернуться с дозором завтра — и вообще проверять землянку, пока янтарный господин не убедится, что в его лесах спокойно. — Это же теперь даже не побродить по окрестностям после захода солнца! В лесу — загонщики и псы, здесь — еще один пес... это тебе уже есть о чем рассказать на следующем шабаше — ты соблазнила нового янтарного господина, теперь, даже если не удастся выкрасть из казны янтарь, Владыка будет доволен. А я ещё даже не придумала, что стану делать! Разве что уговорить Иду слетать на шабаш с нами и представить как новую сестру... но у нее родится ребенок, будет ли ей дело до нас следующей осенью?

Я смущенно кашлянула и потянула завязку с волос. «Соблазнила», м-да... ну, можно и так сказать. Правда, если бы Тоддрик сам не озвучил, что хотел бы продолжения, я бы об этом не догадалась.

Зато и дети мне при таком раскладе не грозили.

— Вообще-то ты можешь помочь мне, — задумчиво предложила я и, не выдержав, почесала нос. — Как ты смотришь на то, чтобы сбить с истинного пути орденского ювелира, работающего со священным камнем?

В конце концов, янтарь мало стащить. Нужно, чтобы кто-то еще выточил из него бутыль!