Системный Кузнец VIII (СИ) - Шимуро Павел - Страница 27

Охотник зыркнул на меня исподлобья, но ворчать перестал — сделал глубокий вдох, расслабил плечи. Вторая попытка.

На этот раз действовал медленнее. Я видел, как поток его Ци, похожий на дым, коснулся камня. Гранит сопротивлялся, «выплёвывая» лишний огонь, но часть энергии всё же зацепилась за вырезанные канавки.

Камень снова нагрелся — Брок зашипел от боли, но руку не убрал, и вдруг в глубине канавок, под слоем жара, затеплился голубоватый свет. Он мигнул раз, другой, и стабилизировался, став похожим на тусклый ночник.

— Убого, — констатировал Вальдар, но видел, что он доволен. — Грязно, с потерями, но работает — контакт есть. Следующий.

Второй камень — чёрный базальт. Руна Поражения.

— Тюр, — Вальдар резал быстрее и агрессивнее. Линии были острыми, как грани копья. — Это шип. Это стрела. Здесь не нужно сдерживаться — это твоя территория, охотник.

Брок, всё ещё морщась от ожога на пальцах, с энтузиазмом взялся за новый камень. Базальт, рождённый в вулканическом огне, был ему понятнее.

— Бей! — скомандовал Вальдар.

Брок выдохнул и толкнул Ци.

ТРЕСК.

Камень раскололся пополам. Вспышка рыжего пламени опалила охотнику брови.

— Слишком сильно! — гаркнул староста, прикрывая глаза ладонью. — Ты не стену ломаешь, а энергию направляешь! Сфокусируй её в остриё!

Вторая попытка прошла лучше. Брок, уже нащупавший ритм, сжал ярость в узкий пучок. Базальт вспыхнул мгновенно. Руна гудела, излучая жар.

— Годится, — кивнул староста, беря третий камень.

Песчаник — тёплый и пористый камень.

— Уруз. Укрепление или Исцеление, если приложить к живому, — голос старика стал тише. — Самая капризная дрянь — ей нужен баланс. Огонь, чтобы дать жизнь, и Земля, чтобы дать плоть. Если пережжёшь — камень рассыплется песком. Если недодашь — руна останется мёртвой.

Старик вырезал знак — широкую арку.

Мой интерес достиг пика.

[Внимание: Активный анализ энергетической структуры.]

Мир посерел, и только потоки энергии обрели цвет.

Брок положил ладонь на песчаник. Я видел его Ци — бурный поток, похожий на мутную реку во время паводка. В нём было много рыжих искр и тяжёлой, коричневой взвеси — Земля.

— Не торопись, — прошептал. — Камень пористый — он дышит. Дай ему впитать, как губке.

Усатый закрыл глаза — видно было, как ему тяжело. Охотник пытался смешать несмешиваемое — огонь рвался вперёд, Земля отставала. Но камень помог — пористая структура песчаника сработала как фильтр, задержала агрессивный жар, позволив более тяжёлой Земле пройти глубже и заполнить структуру. Руна начала пить энергию.

Это красиво.

Канавки наполнились. Ци Брока меняла суть материала, связывая песчинки в единый монолит. А потом вспыхнуло свечение цвета молодой хвои.

Оно пульсировало, словно у камня появилось сердце.

Я заворожено смотрел на этот ритм.

«Если руна может сшить камень… если она может восстановить структуру…» — мысль мелькнула и исчезла, оставив после себя будоражащее послевкусие.

Брок с хрипом отдернул руку и тяжело осел на лавку — его лицо было серым от усталости, по виску тёк пот.

— Ну и паскудство… — выдохнул усатый, вытирая лоб рукавом. — Проще кабана завалить голыми руками, чем в этот камешек свои потроха запихивать. Я пустой, как фляга после попойки.

— Зато ты не взорвался, — заметил Вальдар.

Старик стоял неподвижно, глядя на три светящихся камня на столе — голубой, оранжевый и зелёный.

Медленно поднял голову и посмотрел на меня. Во взгляде не было теплоты, но было что-то, чего я добивался с момента нашего знакомства — признание. Вальдар смотрел не на больного мальчишку, а на мастера, который понял задачу и нашёл инструмент.

Я чуть заметно кивнул ему, тот ответил скупым кивком. Между нами протянулась невидимая нить понимания людей, говорящих на языке ремесла.

Перед глазами вспыхнуло системное окно, перекрывая реальность золотым текстом:

[Навык «Зачарование Рун» повышен до Уровня 2!]

[Библиотека обновлена: Доступно 12 базовых рун.]

[Разблокировано: Альгиз, Турисаз, Уруз, Иса…]

[Примечание: Для активации рун требуется внешний источник Ци, пока каналы носителя не восстановлены]

Я выдохнул, чувствуя, как напряжение отпускает плечи. Мы сделали это.

— Спасибо, Вальдар, — тихо сказал ему.

Староста лишь хмыкнул, отворачиваясь к полкам.

— Не благодари, пока жи…

Его фразу перерезал звук — это не крик и не звериный рык, а что-то пограничное, от чего желудок скрутило спазмом.

Вой — голодный и бесконечный.

В комнате мгновенно стало холодно — печь ещё грела, но этот звук нёс в себе стужу, просачивающуюся сквозь стены.

Брок среагировал первым — его рука метнулась к поясу, пальцы сжали рукоять топора. Глаза охотника превратились в узкие щели, усатый весь подобрался.

— Близко… — выдохнул он сквозь зубы.

В углу завозился Ульф. Гигант вскинулся на лавке, тараща огромные глаза. Он прижал к груди кувалду и зашептал, раскачиваясь:

— Ульф не хочет… Ульф слышит… Они плохие, Кай…

Старик не испугался, а просто… сломался.

Увидел, как его пальцы вцепились в край стола. Лицо старосты, и без того серое, в одно мгновение стало пепельным, словно из него выкачали всю кровь. На лбу выступили крупные капли пота — не просто испарина, а настоящие ручьи, покатившиеся к вискам.

— Мертвецы… — прохрипел он, и его колени подогнулись. — Давят.

По всей видимости, руны защитного периметра, опоясывающие деревню — те самые цепи на столбах, знаки на воротах — питались от него. Он был живой батареей, и сейчас, когда что-то тёмное навалилось на барьер снаружи, защита начала жадно пить его жизнь, чтобы устоять.

— Сильно… — Вальдар зашипел сквозь стиснутые зубы, его глаза остекленели. Он был сейчас не здесь, в тёплой избе, а на границе тьмы, и его волю рвали на части.

В этот же момент меня тоже скрутило.

[ВНИМАНИЕ: Обнаружено внешнее некроэнергетическое воздействие.]

[Детекция резонанса: Токсин «Холодный Паралич» входит в фазу активности.]

[Скорость распространения яда: 48% — 51%.]

[Предупреждение: Близость источника Смерти ускоряет некроз тканей.]

Я схватился за грудь, хватая ртом воздух.

Ирония судьбы — приехали сюда за спасением, но само место убивало меня быстрее. Яд узнал эту энергию, и пока твари рядом — таймер тикает вдвое быстрее.

— Кай! — рявкнул Брок, делая шаг ко мне, но я махнул рукой.

Смотрел на Вальдара — старик едва держался на ногах. Всё его тело била дрожь.

— Сколько? — спросил я, перекрикивая шум крови в ушах.

— Три или четыре… — выдавил староста, и изо рта у него потекла тонкая струйка слюны вперемешку с кровью. — Руны… тянут… Я не выдержу… долго.

За стенами дома снова раздался вой, на этот раз громче — сводящий с ума хор голодных глоток, который приближался. Звук проникал сквозь брёвна, заполняя пространство.

— Точно? — голос Брока прорезал комнату.

Охотник стоял посередине комнаты. Правая рука сжала рукоять топора — в его позе читался азарт.

— Три или четыре? — переспросил он, хищно щурясь на дверь. — И это всё?

— Не больше… — прохрипел Вальдар. Старик вцепился в столешницу, пытаясь унять дрожь. — Мелкие… Пустые Сосуды… но голодные.

Снаружи снова взвыло, на этот раз ещё ближе. Ульф в углу зажмурился, вжав голову в плечи, и начал раскачиваться, тихо подвывая в такт.

Меня скрутило. Яд в крови, словно услышав зов собратьев, вскипел ледяной крошкой — онемевшая рука отозвалась тянущей болью, к горлу подкатил ком тошноты.

— Тьфу ты, пропасть! А я-то уши развесил! — рявкнул он, срывая топор с пояса. Лезвие блеснуло в свете ламп. — Четыре дохляка! Да я их на дрова порублю быстрее, чем ты чихнёшь, дед!

Охотник шагнул к двери, решительно и зло.

— Куда⁈ — крик Вальдара хлестнул по ушам, заставив Брока замереть.

Староста, секунду назад похожий на развалину, вдруг выпрямился — лицо было цвета пепла, губы в крови, но глаза горели огнём.