(не) Сладкая жизнь для попаданки (СИ) - Митро Анна - Страница 9

Так вот в чем дело? Я оказалась здесь из-за прабабушки? Из-за ее эксперимента? Точно! Благодаря ей Кирения обо мне узнала! Но зачем им это было надо? Я еще раз полазила по альбому и пришла к выводу, что все ветви моего рода прекратили свое существование на уровне пра-пра, пра или просто бабушек. Не важно скольки юродные они были, но родились примерно в одно время. То есть... Как мне показалось, что моя родная прабабка ушла на Землю для того, чтобы этого не случилось с нашей семьей. Очень странно… В этом тоже нужно разобраться! Но… Теперь я уверена, что это другой мир! Хотя и странно, что мне так долго не хотелось признавать этот факт.

Задумавшись над судьбой рода, я дернула нижний ящик. Он, неожиданно, посопротивлялся, но все же открылся. Там оказались бабушкины записи. Сколько и чего она собрала, где и почем продала, и так из года в год, словно она просто ждала, когда ее жизнь кончится. Очень странно. Что же ей мешало жить полной жизнью?

Ответов в амбарных книгах не было, зато подняв последнюю, я поняла, что по весу она тяжелее остальных. И первые страниц десять спокойно листались, а потом меня ждал сюрприз. Книга была шкатулкой-тайником. Только не было у нее ни замка, ни ключа, просто коробка обшитая бумагой и кожей. И как бы я ее не крутила, толку не было. Ровно до момента, как мне не вспомнился один фильм, в котором герой, чтобы открыть дверь, порезал ладонь. Что же… Будем надеяться, что это мой случай.

Я уколола палец самопиской, разодрав при том кожу так, что она неприятно саднила, но оно того стоило. Передо мной теперь стояла шкатулка, полная монет. И, судя по тем суммам, что Кирения указывала в книгах, тут было вполне себе достаточно на месяц. Впрочем, книгам три года, а если этот мир похож на наш, то цены уже выросли в пару раз. Но у меня же есть урожай в подвале! С ним и на три хватит. Это же тоже не просто еда, но и деньги… Эх, по ценам тоже придется уточнить у бабы Доки… Или узнать у нее, где здесь ярмарка? Сарафанов-то у меня нет, разве что те, которые в шкафу лежали, а ходить в джинсах и смущать публику не очень хочется. Вот же… Столько всего нужно сделать, аж голова разрывается!

Я села и посчитала монетки, складывая их башенками по десять, вышло двадцать золотых, сорок пять серебряных и шестьдесят семь медных. Если я правильно поняла местную денежную систему, то она, как и ценообразование было похоже на земное, но до появления бумажных денег. В одном золотом было десять серебряных, а в одном серебряном сто медных. За один серебряный можно было купить восемьдесят яиц или пару килограмм свиной лопатки. В общем, даже если пока не найду, чем на жизнь зарабатывать, то с голоду не умру.

Довольная этим открытием, я посмотрела шкафы в кабинете, обнаружила тут несколько десятков книг, которые нужно бы прочесть. Начиная от местного законотворчества, который тут назывался «Сводом законов королевства Альтания», и географией мира Альдерон, и заканчивая основами магии. Были тут и отдельно «Положения о магах и ведьмах», а так же много других, замечательных книжек. Чувствую, заняться будет чем, тем более, ведь в зале тоже шкафы не пустые. И огород у меня еще не смотрен. Пробежка до колодца лишь порадовала буйным цветом всех ближних деревьев. Им больше всего водички досталось.

– Ну что, хозяюшка? – на пороге возник Федя. – Как ты тут?

– Я – прекрасно! Кирения оставила мне вполне себе читаемые подсказки, а главное, тебя, – решила подольститься я к домовому. – Ты такой замечательный, и невероятно полезный. Настоящий подарок судьбы.

– А то, – если бы мне сказали еще пару дней назад, что пауки улыбаются, я бы не поверила. Но это реально так! Я отчетливо видела его довольную улыбку. – Купальню отмыл. Остались гостиная да гостевая. Но это ночью. А пока… Тебе бы самой помыться, хозяюшка. Где ты так изгваздаться-то успела, ума не приложу…

Я и правда, чувствовала себе пропыленной и пропотевшей. Окна все же стоит открывать, пока в комнате, а то душно.

– У бабы Доки помоюсь, она наверняка уже баню затопила. И хотя я хочу в ванную, позволить ее труду просто так пропасть не могу. Не по-человечески это как-то. А твои лапки я нахвалю, когда завтра перееду и уже дома искупаюсь, – предупредила я его обиды. – Но ты прав. Солнце садится, пора уже идти.

Паучок проводил меня до двери, за которой послышалось ржание лошади. Я прижала палец к губам, подмигнула домовому, вышла на крыльцо и столкнулась нос к носу со смотрителем.

Он ошалело смотрел на меня, я на него, и так продолжалось несколько секунд, пока красавчик не смог взять себя в руки и с несколько брезгливым выражением лица сделать шаг назад.

– Доброго вечера, госпожа Ельник, – ого, как быстро мужчина справился с собой, даже милую улыбочку нацепил. Она, конечно, отдавала ехидством, и если бы я не заметила предыдущую реакцию, то, скорее всего, повелась. Но нет. Не про меня этот цветик.

– И вам, господин смотритель. Какими судьбами? – так и хотелось съязвить: «Какого рожна тебе здесь нужно», но выработанная годами привычка быть вежливой со всеми, в этот раз не подвела.

– Судьбами? – удивился он, но ждать, когда я разъясню ему, что имела в виду, не стал. – Вот, проезжал мимо, хотел узнать, как вы устроились. Все же, одной девушке справиться с некоторыми вещами достаточно трудно, – он кинул взгляд на все еще лежащую посреди прохода калитку.

– С домом-то справляюсь, все прекрасно. Мир не без добрых людей. Пока привожу его в порядок, живу пока у бабы Доки. А вы с какой целью интересуетесь? Это вам по работе положено или личная инициатива? – я заулыбалась, глядя, что застала господина Бартоша врасплох. Вот тебе! Видимо, такие вопросы не уместно задавать в светском разговоре.

– Скажем так… И то, и то… А вы на удивление образованны, – его взгляд стал заинтересованным. Но знакомое ехидство из голоса никуда не пропало. – Не смотря на вид.

– А вы на удивление – не тактичны, несмотря на образованность, – хмыкнула я. – Вид не влияет на наличие ума, а вот наоборот иногда да. В данном случае, в каком же я должна быть виде, если только что отмывала пыльные комнаты? Уж точно не в выглаженном платье с накрахамленным воротничком. Ой, простите, у вас тут сарафаны в моде. У них подол длинный, воду таскать и полы мыть неудобно. Еще вопросы есть? – припечатала я. Он мотнул головой. – Вот и славненько. Если вы не из праздного интереса «мимо» проезжали, то подскажите, к кому я могу обратиться с починкой калитки и поправкой забора? За плату, естественно.

– Вот так сразу я не готов ответить на ваш вопрос. Возможно, кто-то из ваших соседей по улице сможет помочь вам в этом непростом деле. У меня нет знакомых плотницких дел мастеров. Хотя поспрашивать в ратуше я могу.

– Прекрасно, буду благодарна, а пока, если вы позволите, я пойду. Очень хочется помыться и поужинать, – я бодренько повернула ключ, а то дверь захлопнула, но не закрыла, и прошла мимо мужчины. Вот только дойдя до калитки, столкнулась с непреодолимой проблемой.

Этой проблемой был конь. Красивый такой, высокий, гнедой с темной спиной, ее, правда не было видно под седлом, но переход был виден и так. А еще с длинной черной гривой, черным хвостом и белыми «носочками» над копытами. Роскошный скакун шикарного мужчины.

Конь очень изящно откидывал челку с глаз и разглядывал меня не хуже хозяина. И на лбу, разумеется, если убрать челку, у него было написано: «Не подходи, а то попробую на вкус». Я сделала шаг в сторону, но эта гнедая скотина нахально перегородила мне дорогу.

– Дарк, пропусти госпожу, – послышался голос смотрителя, но конь не спешил исполнять приказ. Я же, почувствовав пусть и не особо надежную, но все же поддержку за спиной, прищурилась и решила попробовать по-своему.

– А я такую колбасу умею из конины делать… Вкусную. Только у меня коня подходящего не было, а теперь, кажется, есть. И я стану тебя есть, – тихо проговорила я, сделав лицо покровожаднее, и клацнула зубами. Местный живой транспорт округлил глаза, отпрыгнул и, возмущаясь, заржал. – То-то же, – бочком прокралась я мимо него и поспешила к бабе Доке. – До свидания, господин смотритель!