(не) Сладкая жизнь для попаданки (СИ) - Митро Анна - Страница 37

На кухне что-то грохнуло. Я, с трудом отодрав себя от Бартоша, поспешила туда и застала нереальную картину. На скамейке сидел, опираясь на стол, Сорян, его попытки встать успехом не увенчались, но посуду стоящую неподалеку на пол он уронил. Ладно, хоть не всю.

– А что случилось? – удивленно он посмотрел на меня. – У тебя весь сарафан в крови. Я слышал там мать рыдала за окном… Встать хотел, но не смог.

Ответить ему я не смогла, только кинулась да крепко обняла. А потом снова подскочила и выглянула в окно. И даже зауважала вздорную бабу, являющуюся его матерью. За сыновей она была готова биться даже с ведьмой, вот только Докранна отмахнулась от нее, как от назойливой мухи и толку от героического поведения не было совсем. Любопытствующих и не забоявшихся почти не осталось, да и те прятались за забором напротив и подглядывали в щели между досками. Наивные, будто эта преграда спасет их от магически одаренных…

Я повернулась к Соряну, а потом мой взгляд упал на виноградный сироп, потом снова на мальчика… И тут до меня дошло! Схватив плошку, я рванула обратно в предбанник к Бартошу. Если Федя пока в состоянии защищать дом, значит, Теодор еще жив и у нас есть шанс!

Я, буквально на коленках докатилась до него, и понемногу начала вливать в него сироп, так, чтобы не захлебнулся. Но влила почти все. Все же он больше мальчика и ранен не только магически, но и физически. А потом сорвала с него рубашку, перевернула на живот и полила остатками рану и нож, находясь в шоке от себя. Зачем творить такую глупость? Как может заживить такое полуваренье-полукомпот? Я сошла с ума…

Я подтянула Теодора повыше и обняла. А потом и вовсе поцеловала, ведь это может быть мой последний шанс… И тут я услышала стук… Нож выскользнул из тела и упал на пол. А потом почувствовала, что мужчина ответил на мой поцелуй.

– Ты, мое спасение, Варя, – прошептал он, стоило мне отпрянуть. – Ты не такая как все, кого я встречал раньше. И я не хочу быть ни с кем, кроме тебя. Я люблю тебя…

– Это не правда, – мой голос дрожал, и в нем было столько горечи… Ведь это так нечестно. – Ты меня не любишь. Это все варенье, которое я давала попробовать тебе. Малина и клубника… Тот самый неожиданный результат.

– Я не ем малину, Варвара, у меня от нее пятна красные и зуд, – рассмеялся он. – Так что никакой магии, просто ты замечательная, и я тебя люблю, – мой взгляд упал ему за спину, и я увидела, как нож растворяется исходя черным дымом.

– И я тебя, – вдруг вырвалось у меня самая настоящая правда. Может, я только это поняла… Но потерять его казалось страшной мукой.

– Тогда выходи за меня замуж? – улыбнулся он и расхохотался. – Эх, опять предложение не по правилам делаю.

– Да и ладно, – обойдусь я без коленопреклонной позы и кольца в коробочке. Главное, побороть ведьму с сыночком и, наконец, зажить хорошо. – Если выживешь – стану твоей женой.

– Так я вообще-то и так живой! – возмутился Теодор.

– Тогда я согласна! – мой восклик вызвал у него улыбку.

– Объявляю вас мужем и женой, можете поцеловаться! – раздался сверху голос Феди, и пока мой любимый не успел поднять голову, я взяла в свои ладони его лицо и поцеловала в губы. Тут в дверь тихонько стукнули, и раздался шум, словно кто-то что-то крупное скатилось по ступеням.

В предбанник зашел по стеночке Сорян, он сморщился при виде нас, ведь мы продолжили целоваться, не обращая внимания на грохот. Так, будто нас за порогом не ждут злобные темные маги.

– Слушайте, кончайте, а? Мне бы к матери выйти, – он подошел к двери и выглянул в окно. – Это… Там мужик какой-то на крыльце валяется, а вы тут милуетесь. Ой, фу!

Он открыл дверь и выглянул наружу, перешагнул через Тода, а навстречу к нему уже бежала Полашка. По пути она умудрилась оттолкнуть в сторону, стареющую и слабеющую на глазах, мою соседку. Вот же, тетка Протиус, реально без царя в голове. Та же ее на землю уложила, а этой хоть бы хны. Сына увидела, все, препятствий нет.

– Мой, младшенький, родненький, – она ощупала его с головы до ног. – Живой! Целый? Откуда кровь? У-у-у! Ведьма! – она хотела броситься на меня.

– Мам, да не моя то, а смотрителя… Все со мной хорошо. Варвара спасла, – схватил он мать за рукав.

– Обманули вас, госпожа Протиус. Вот ведьма, – бабка может и хотела что возразить, но она сползала по забору на землю. Медленно и верно. – А вот ее сын – ведьмак, – Бартош указал на соседку и Тода, лежавшего и не подающего признаков жизни на моем крыльце. – Оговорить и убить хотели, мою невесту… Жену, – он влюбленными глазами посмотрел на меня. – Сейчас заклятие развеяно и сил у них почти не осталось.

– Ах вот оно что! – воскликнула Полашка, из-за калитки уже выглядывал подтянувшийся народ. Про волка на у моих дверей никто пока не вспоминал.– Так-то судить их нужно! Инквизитор вы или как, господин смотритель?

– Некого уже судить, – он кивнул на лежавшие тела, больше напоминающие мумии. От них, как до этого от ножа, исходил черный дым. – Костер бы сообразить, тела сжечь и над водой речной развеять, чтобы тьма ни в ком корней не пустила.

– А после этого будет праздник? Победу над ведьмой отметим? И свадьбу, разумеется, тоже погулять нужно, – хитро подмигнул мне Сорян.

– Разумеется! – кивнула я. – Только стол ты мне поможешь накрывать, пока мой муж с остальными костер разводит… На два тела много дров нужно.

– А что их искать, – пожала плечами Полашка. – Дом ведьмы сжечь и всего делов. Огнем землю очистим от ее скверны.

– Верное решение, – неожиданно согласился с ней Теодор. – Что, Сорян, поможешь моей супруге?

– А то, – заважничал мальчишка, и я, поцеловав своего смотрителя, отправилась в дом. Очень счастливая… Но немного недоумевающая. Как мы смогли победить проклятие и почему мы муж и жена?

– Ой ты у меня недалекая бываешь, – вздохнул паук, спускаясь по паутине перед моим лицом. У меня за спиной взвизгнул Сорян. – Не боись, пацан. Не обижу. Домовой я ее, магичка же. А как домовой, хранитель дома и рода, имею право соединять его представителей с возлюбленными…

– А когда мы поженились, проклятье пало! – сообразила я и сгребла в охапку. – Федя, ты – самый лучший! А отправишь столы во двор? Мы это отметим!

Сегодня, спустя год после того знаменательного дня, когда с наших родов спало проклятие, похоронив заодно ведьм и ее отпрыска, мы ночевали в Велюне. Я открыла глаза и тихонько потянулась, стараясь не потревожить мужа, спящего рядом. Но, как это обычно бывало, он проснулся, стоило мне снять его руку со своей талии.

– Куда это ты собралась, Варенька? – меня тут же сграбастали в горячие объятия и зацеловали.

– Собираться, сегодня же экзамен, – я вздохнула. Вот вроде готовилась, учила ежедневно, тренировалась под чутким руководством Тео, а все равно от одной лишь мысли, что придется перед комиссией демонстрировать свои успехи, тряслась, как осенний лист. – А что, если я не сдам?

– Милая, ну как так-то? Ты невероятная волшебница! У тебя все прекрасно получается! – он прижал меня к себе и погладил по голове.

– О да, особенно прекрасно выходит раскидывать столовую утварь, вместо того, чтобы сложить ее в шкафы… Устроить вихри из корицы… Поджечь шторы вместо камина… Что еще? А, вырастить яблоки размером с тыкву, и тыкву с бочку. Да я просто гениально!

– А то, – меня чмокнули в нос. – И даже не сомневайся в этом. Тем более, пару членов приемной комиссии наши целиком и полностью, после пары ужинов. Магистр Колеос избавился от всех болячек, появившихся от магических экспериментов и которые никто из лекарей вылечить не смог. Благодаря тебе и твоему компоту, между прочим.

– Да я знаю, – старый преподаватель магической практики любил проводить опыты и никакие щиты ему иногда не помогали. Но зато из-за этой любви он попробовал все из моего кулинарного арсенала и таки залечил старые травмы.

– Вот и верь в себя! У тебя же есть цель! Между ней и тобой только этот экзамен. Сегодня сдашь – завтра мечта исполнится! – воодушевил меня муж, и я подскочила с кровати.