Без шанса на развод (СИ) - Кучер Ая - Страница 5

Язвлю. Пользуюсь небольшой заминкой, чтобы проскочить мимо мужа на улицу. Вдыхаю свежий воздух полной грудью, направляюсь к своей машине.

Лев двигается следом, безмолвной горой. Прожигает взглядом спину. Иголочками впивается, но я не реагирую.

Я знаю, что муж умеет быть упрямым. Не сдастся, пока не получит желаемого. Но я тоже не из тех, кто прогибается.

И у меня причины серьёзнее.

Но вот и этот вид побитой собаки тоже не продлится долго. Он пытается договориться мирно. А потом пойдёт в наступление. Я знаю.

Я же всё о нём знаю.

Нелюбовь к запечённым фруктам. Привычка рано утром выпить кофе, а после – ещё полчаса поспать.

Как галстук к рубашке выбирает. Жесты. Взгляды. По вздоху определить: зол или расстроен, или просто задолбался.

Я этого мужчину как книгу изучила.

А мелкого шрифта не заметила.

– Послушай, – вжимает ладонь в машину, мешая пройти. – Я этого не хотел. Я никогда тебе не изменял. У меня нет такой нужды.

– Да что ты?

– Именно. Думаешь, у меня не было шансов? Полно тебе, Карин, мы взрослые люди. Я хожу на деловые встречи. Есть девушки, которые радо со мной проведут время. За вознаграждение или без. Это правда.

– Здорово. Горжусь тобой.

Отталкиваю руку, открываю дверцу. Устанавливаю автолюльку, пристёгивая её. Сбрасываю сумку на пол.

– Но я этого не делал, – продолжает. – Даже не думал. У меня есть жена, которая в десяток раз лучше любой другой девицы. Я тебя выбрал. И свой выбор уважаю.

– Регину ты тоже выбрал?! – не выдерживаю, выкрикиваю. Оборачиваюсь, осматривая пустую парковку. – Моя дочь, Лёв. Кто угодно, но она… Как ты мог? Ты хоть понимаешь, насколько это мерзко?

– Понимаю. И повторяю. Я бы в жизни к ней пальцем не притронулся. Она приехала. Хотела поговорить и попросить о помощи. Как я понял, не хватает денег ей. Мы это обсуждали. Я выпил. А потом… Несвойственное желание, а при этом заторможенность. Не соображал.

– И быстро протрезвел? Какая я умница. Быстро мужа вылечила.

– Прекрати.

Лев хватает меня за предплечье, разворачивая к себе. Другой рукой молниеносно перехватывает запястье, не давая залепить пощёчину.

– Послушай ты меня, – едва не рычит. – Ты сейчас ошибку совершаешь. Рушишь наши десять лет из-за…

– Восемнадцати лет с дочерью?

– С дрянью редкостной.

– А ты – ублюдок редкостный. Отличная пара.

– Карина…

– Как в город съездил? Ты знаешь, что тебя видели целующимся с другой? С блондинкой. С дочкой моей? Как это объяснишь?

А Лев не объясняет. Замолкает, пытаясь на ходу сочинить новое оправдание.

Я не даю ему снова завладеть вниманием. Выворачиваюсь из хватки, заскакивая в салон. Закрываюсь на замок.

Быстро бью по газам, чтобы скорее уехать.

Несколько минут общения, а меня снова колотит. Молотками долбит по мозгам, пуская импульсы по телу.

Я торможу, когда больше ничего не вижу. Выруливаю на свободное место, оборачиваюсь на сына.

Даня – спит.

И прижавшись лбом к рулю, я начинаю плакать. Впервые. Дрожу, выпуская рваные всхлипы наружу.

Хочется в голос, но нельзя.

И вряд ли бы получилось.

Я задыхаюсь. Хриплю. Царапаю горло, будто утихомирю крик души. Кусаю губу, захлёбываюсь солёными слезами.

Ломаюсь.

Вновь и вновь.

Пока не чувствую себя сплошной разрухой.

Уничтоженной двумя людьми, которые были всем для меня.

И не понимаю: чем заслужила?

Ну где я так нагрешила? Почему настолько слепо жила, не замечая очевидного?

Хреновый специалист, если собственный развод не смогла спрогнозировать.

Резко успокаиваюсь. Замолкаю. Прислушиваюсь к пыхтению Дани, но он не просыпается.

Опускаю козырёк, проверяя отражение в зеркале. Поправляю расплывшийся макияж. Тренирую фальшивую улыбку.

Пора в офис.

Я не могу просто плакать.

У меня столько планов. Развод, раздел имущества, опека над детьми. А ещё отчёты. Много отчётов.

Некогда страдать, Каринэ.

Улыбаемся и пашем.

И не позволяем Льву выиграть.

– Добрый день, Карина Р… Ой, а вы с ребёнком? – Леся начинает крутиться. – Он такой хорошенький.

– Да, он такой, – вымученно улыбаюсь. – Меня кто-то искал?

– Ой, да. Шеф просил сообщить, когда вы освободитесь. Но у него сейчас совещание… Мне нужно ему сказать?

– Нет, передай через секретаршу.

– Конечно. Я не подумала.

Леся морщится недовольно, коря себя за это. Я лишь киваю, давая понять, что ничего страшного.

Девушка мне нравится. Молодая, инициативная. Хватается за всё, желая быстрее научиться. Я такой же была в двадцать. Весь мир пыталась покорить за день.

Прошу Лесю принести мне кофе, а сама ухожу в кабинет. Понимаю, что мне сейчас некуда деть Даню.

Мой малыш спит, но ведь может ворочаться… А кабинет не подготовлен для пребывания с ребёнком.

Я вообще надеялась, что не буду тут появляться кое-какое время. Смогу насладиться декретом. Провести больше времени с семьёй.

Может, я немножко карьеристка. Или множко. Но всегда ставила близких на первое время. И не хотела ничего пропустить с сыном.

– Присмотри за Даней, – прошу помощницу, снова натягивая пальто. – Я спущусь к машине за коляской.

– Если хотите, я могу кого-то попросить. Сами будете тащить?

– Да, это будет здорово. Держи.

Я протягиваю девушке ключи. Вот поэтому Леся мне сразу понравилась. Бывают у неё хорошие решения, когда я сама их не вижу из-за простоты.

Как раз успеваю переодеть сына, когда помощница возвращается. Укладываю Даню в коляску, немного покачивая, чтобы тот дальше уснул.

Ах, прекрасное время. С небольшим содроганием отсчитываю дни до момента, когда сын перестанет так много.

Погружаюсь в дела. Готовлю аналитический отчёт по проекту, который мы только закончили. Ещё два, и у меня будет полноценный декрет.

На автомате отвечаю на звонок, продолжая изучать данные.

– Ма, я же предупредил! – начинает старший сын с обвинений. – Обязательно сразу такие финты выкидывать?

– Ты про что, Давид? – не понимаю.

– Я домой завалился. Попытался. А ключ не подходит. Я знаю, что обещал раньше вернуться, но там друзья… Пусти, а?

– Ох, Дав. Это с другим связано. Я просто поменяла ключи. Подъедешь ко мне в офис? Я отдам тебе дубликат.

– Замётано.

Так не пойдёт. Нельзя быть такой растерянной, иначе всю себя потеряю. Надо собираться и жить дальше.

– Лесь, – связываюсь с помощницей. – Передай на охрану, что подойдёт мой сын. Давид.

– Конечно.

– И заодно убедись, что пропуск для Льва Самуиловича аннулирован.

– Для вашего мужа?

– Да. Не помню, был ли у дочери. Но – его тоже, если что.

– Эм… Но… А почему?

– Потому что я этого хочу.

Леся вздыхает. Как наяву вижу, что кивает и поджимает губы, пытаясь сама проанализировать.

Ну, тут легко сложить пазлы. Как минимум о том, почему жена от мужа бегает.

А вот про Реги…

Не хочу я, чтобы кто-то знал про то, что на самом деле произошло. Не только из-за сплетен. На них мне всегда было плевать.

Но дочери всё портить я не хочу. Рука не поднимется.

Она поступила как редкостная дрянь. Но при этом всё равно моя плоть и кровь. Я не могу так легко ей жизнь испортить, запустив гадкие сплетни.

Вот только видеть тоже не хочу. Сейчас не собираюсь думать про то, что происходит с ней. Где была правда.

Может, потом. Когда соберусь. Когда хоть немного себя спасу, чтобы дальше разбираться.

– Устроила ты мне порку, – хмыкает Дава, залетая в кабинет. – Я всё осознал. Ключи дашь?

– И тебе привет, милый.

Я поднимаюсь, жду, когда сын подойдёт. Какой же он взрослый уже. Темноволосый красавец.

Статный. Высокий. Загляденье.

Очень напоминает моего первого мужа в молодости. И усмешка точь-в-точь.

Пусть мы с Назаром не любили друг друга до безумия, а быстро поняли, что не подходим друг другом…