Клятва на крови (ЛП) - Би Ли Морган - Страница 37

— Как, черт возьми, ты это узнала… ладно. Расслабься. Послушай, я достану порошок из корня паслена, но это обойдется тебе чертовски дорого.

— Назови свою цену.

Мелхом хихикает, но это все равно звучит немного натянуто. — Мне не нужны деньги, но, учитывая, кто ты такая, может быть, тебя заинтересует сделка? Грамм порошка корня паслена на, ну, я не знаю, скажем… все еще бьющееся сердце.

Грамма порошка корня паслена будет как раз достаточно для того, что мне нужно сделать.

— Чье сердце?

— Разве это имеет значение? — он смеется. — Если слухи верны, для тебя это должно быть как раз плюнуть.

Я замолкаю, пристально глядя на замерзший пруд. Наряду с несколькими другими типами необычных монстров, такими как подменыши и банши, демоны являются одними из монстров, которые никогда не допускались в мир смертных ни в каком законном качестве. На демонов постоянно охотятся, и они противны всем, но, как правило, особенно жестоки по отношению к наследиям… и невинным, страхом которых они питаются.

Я не убиваю невинных. Но он не должен этого знать. Никто не должен знать, что, несмотря на то, насколько я облажалась, у меня все еще есть это единственное правило.

— Назови мне имя, — настаиваю я.

Он выдыхает долго и медленно, как будто курит. — Такая нетерпеливая. Серьезно, я не могу поверить, что я действительно разговариваю с Телум. Кстати, как ты выглядишь? Ты так же сексуальна, как говоришь? Может, мне стоит немного поднять цену…

— Может, вернемся к моему предложению оторвать яйца?

— Дааа. Прекрасно. Я наслаждаюсь небольшой болью не меньше, чем любой другой демон, но это слишком извращенно даже для меня. Парень, чье все еще бьющееся сердце я хочу? Его зовут Орсон Ликудис.

Почему-то это имя кажется знакомым. Я пытаюсь вспомнить, но потом отмахиваюсь. Кто бы это ни был, я проведу свое исследование и решу, стоит ли его убивать, чтобы получить этот ингредиент. Если он честный парень, я его и пальцем не трону.

Если это не так, то для меня еще интереснее.

— Договорились. Я передам тебе его в течение недели, при условии, что ты выполнишь свою часть сделки.

— Отлично. Встретимся в Пенсильвании. Не могу дождаться, чтобы увидеть, как ты выглядишь. Может, нам стоит назвать это свиданием? Моей девушки все равно не будет в городе.

Я вздыхаю. — Мелхом.

Он шипит. — Чертовы дьяволы. Перестань называть меня по имени. Что?

— Попробуй обмануть меня любым способом, и я добавлю твои рога в свою коллекцию.

Известно, что добыть рога демона крайне сложно. Без них они не могут возродиться, а отрезание рогов у демона вызывает серьезные психические расстройства, психоз и галлюцинации на несколько недель. По меньшей мере, крайне неприятно. Но чтобы подчеркнуть, я сделаю это, если потребуется.

— Ты чокнутая маленькая засранка, не так ли? — бормочет он. — Не беспокойся. Я не обманываю своих клиентов, и я никому не позволю узнать о тебе, ни о ком другом. Просто принеси сердце. Я позвоню тебе, когда…

— Нет. Я позвоню тебе.

Вешая трубку, я бросаю телефон незнакомца на землю, раздавливаю его ботинком, а затем бросаю останки в центр пруда, где нет льда.

Мне придется уехать из университета, чтобы совершить убийство, но сначала мне нужно разобраться с этим парнем, Орсоном Ликудисом. И мне нужно заставить моих чертовых пар оставить меня в покое, а это значит, что начиная с этого момента… Я собираюсь использовать Эверетта, чтобы заставить их ревновать.

Я не хочу привлекать к себе внимание, поэтому не могу выйти из себя и оттолкнуть их. Но я могу использовать все тактики из моего списка, чтобы вывести их из себя. И как только я узнаю их проклятия, я использую их против них самих.

17

ЭВЕРЕТТ

Сайлас в более дерьмовом настроении, чем обычно, что, должно быть, является своего рода мировым рекордом.

Он врывается в мой кабинет, разрывая стандартные магические защиты для факультетских кабинетов, захлопывает за собой дверь и сердито смотрит на меня. — Где она?

Я не утруждаю себя тем, чтобы поднять взгляд от бумаг на моем столе. — Странно. Обычно Бэйлфайр устраивает истерики. Плохо обращаетесь с нашей новой хранительницей, мистер Крейн?

Предупреждающий импульс магии проносится по комнате, заставляя меня напрячься и уставиться на него. Он не отступает, нависая над моим столом. И вот оно — легкое подергивание его шеи и дикий блеск в глазах, который делает его совершенно безумным через случайные промежутки времени.

Одного взгляда на его руку мне хватает, чтобы понять, что он сжимает свой кровоточащий кристалл.

— Убирайся из моего кабинета. Сейчас не самое подходящее время затевать со мной ссору.

Не тогда, когда мой недавний визит в храм Арати, царицы богов, поверг меня в еще большее уныние, чем когда-либо. Между этим и неожиданными горящими кострами, которые всколыхнули в Эвербаунде, это все, что я могу сделать, — сохранять отчужденный, неприкасаемый вид, когда в глубине души я паникую.

И когда я паникую, я замораживаю дерьмо.

У меня никогда не получалось хорошо контролировать свои силы, поэтому я пытался делать это, контролируя свои эмоции. Что тоже не всегда срабатывает, особенно когда Сайлас, Крипт и Бэйлфайр раздражающе хороши в поиске моих триггеров.

— Я уйду после того, как ты скажешь мне, где Мэйвен, — скрипит он зубами. Он резко поворачивает голову в сторону, впиваясь взглядом в точку на стене, где нет… абсолютно ничего.

Сумасшедший ублюдок.

— Откуда мне знать, где она? — Я что-то бормочу, стараясь казаться незаинтересованным, хотя от одного упоминания имени моей хранительницы у меня кончики пальцев покрываются инеем.

— Ты ее явный любимчик, — огрызается он, проводя рукой по волосам. — И после того, как она отказалась позволить мне исцелить ее, я отправился на поиски целителей, а потом понял, что, возможно, она пришла к тебе…

Целителей? Я сажусь. — Зачем ей исцеление?

— Потому что она была…

— Бу? — Зовет Бэйлфайр, снова распахивая дверь в мой кабинет.

Думаю, неудивительно, что они полностью игнорируют табличку «Только по предварительной записи», висящую снаружи. Он хмуро смотрит на нас двоих, хотя на его лице подспудный слой паники, и он гораздо более не в духе, чем обычно демонстрирует гордый младшенький Децимус.

— Где этот жуткий преследующий сукин сын, когда он нам нужен?

Очевидно, он имеет в виду Крипта.

Я закатываю глаза. — Вы оба потеряли нашу хранительницу? Что вы двое вообще… — Я замолкаю, когда вижу огромную охапку засохших цветов в руках Бэйлфайра. — Какого черта ты их повсюду таскаешь?

— Они для Мэйвен.

— Ты серьезно? Ты даришь ей засохшие цветы?

Боги небесные, неудивительно, что я лидирую, пусть и фиктивно. Любой бы подумал, что я плейбой, а у этих идиотов никогда в жизни не было настоящих отношений, хотя верно обратное.

— Они ее любимые, потому что выглядят как… — раздраженно прерывается Бэйлфайр. — Знаешь что? Я, блядь, не обязан тебе это объяснять. И если ты не знаешь, где она, тогда… — Он замолкает, искоса поглядывая на Сайласа. — Он собирается атаковать твою стену.

Я оборачиваюсь как раз вовремя, чтобы увидеть, как Сайлас сжимает кристалл в руке и поднимает его, мстительно уставившись на стену. Что, черт возьми, с ним не так?

— Сай. Эй. Сосредоточься, — ворчит Бэйлфайр, толкая Сайласа в плечо и делая быстрый шаг назад, когда Сайлас резко разворачивается, его лицо искажается злобным оскалом. — Помнишь, что я сказал? Я не стану, и остальные из нас тоже не будут.

Я не знаю, о чем он говорит, но это неудивительно. Всякий раз, когда нас в детстве заставляли проводить время вместе, я обычно был лишним. Они никогда не понимали, как устроена моя жизнь — как устроена моя семья, или что мое пренебрежение к ним было к лучшему. Я исключал себя всякий раз, когда мог, и не было смысла объяснять причины этого, когда они так быстро назвали меня заносчивым придурком.