Земля зомби. Гексалогия (СИ) - Шторм Мак - Страница 89

Его, как ни странно, подержал Витя, добавив:

– Да, я бы тоже не отказался, была в своё время практика – сто грамм наркомовских.

И даже Артём не стал потешаться над Кузьмичом, а согласился:

– Я тоже хочу бахнуть грамм сто пятьдесят. Меня там один зомби укусил, хогошо, что впился зубами в плечевую лямку бгонежилета и не смог её пгокусить. Зато я за это вгемя успел пгоститься с жизнью и испачкать штаны.

Я посмотрел на Кирилла, который не мог отойти от адреналина и стоял с блестящими от нервного возбуждения глазами, пританцовывая на месте. Заметив, что я смотрю на него, подытожил:

– Меня всё ещё колбасит от адреналина, поэтому я обеими руками – за!

Я был согласен с ними, нужно немного выпить, чтобы снять нервное напряжение и для согрева, поэтому говорю Кузьмичу:

– Благодаря тебе, уже весь коллектив скоро сопьётся. Давай, доставай что‑нибудь празднично вкусное!

Кузьмич посмотрел на меня и хитро подмигнул:

– Зачем же доставать своё, когда рядом много казенного добра!

И быстрым шагом пошел внутрь гипермаркета. Спустя пару минут старый хитрован показался с двумя бутылками в руках, а из его карманов торчали шоколадки. Лучезарно улыбаясь, он блеснул познаниями:

– Когда «хотелка» бьет ножками и говорит: «Хочу ликера!», разум требует вина, а руки тянутся к коньяку, тут на помощь приходит коньячный напиток! Я, когда увидел бутылку в руках у «гестаповца», чуть слюной не подавился. У этого напитка приятный шоколадно‑ванильный вкус, я бы назвал его женским, если бы не вполне мужская крепость в тридцать градусов.

Отдав одну бутылку Виктору, вторую он тут же открыл и начал делать небольшие глотки, делая паузы и смакуя каждый. Витя тоже открыл бутылку и, подозрительно понюхав, сделал маленький глоток, а спустя мгновение уже пару больших, взрослых, и, передавая бутылку Артёму, резюмировал:

– Интересный вкус, даже закусывать не нужно, главное – еще больше не ослепнуть.

Я глянул на Кузьмича, он делал из бутылки небольшие глотки, блаженно щурясь и кряхтя после каждого, явно не собираясь её отдавать, и поторопил:

– Э, ценитель всего, что горит, ты что, решил нам на всех кинуть одну бутылку, а вторую высосать в одно лицо? Давай сюда.

Кузьмич с сожалением посмотрел на бутылку и, сделав еще один большой глоток, с явной неохотой передал её мне, достал из карманов шоколадки и проговорил:

– Нет, конечно, я бы поделился, просто, когда пьёшь действительно вкусный напиток, им нужно наслаждаться, а не проглатывать в спешке или, чего хуже, разбавлять колой. Вот, держите, девочки, шоколадки вам на закуску.

Забрав у него бутылку, сделал небольшой глоток, пробуя на язык напиток. Вкус оказался действительно необычный и насыщенный, нотки шоколада и ванили прекрасно сочетались с горечью коньяка и образовывали неповторимый букет. Буквально после пары больших глотков по телу разлилось тепло, а мозги расслабились и на лице появилась улыбка. Передав бутылку дальше, говорю Кузьмичу:

– Вот и ешь сама свои шоколадки, «девочка», всё да полезнее, чем бухать каждый божий день.

На стоянке началась суета, отряд готовился возвращаться на рынок, и мы поспешили к «гестаповцу», чтобы нас не забыли. Все расселись по трофейным внедорожникам и выехали с территории гипермаркета, сбивая зомби, которые пришли ночью на звуки перестрелки. Часть отряда, которая осталась охранять отбитое у бандитов имущество, немного помогла нам, расстреливая особенно ретивых мертвяков, а как только машины выехали, закрыли за нами ворота. Проехали по дороге и, свернув в лес, приехали на поляну, где стояли, дожидаясь нас броневики. Все быстро перегрузились в них, и колонна тронулась в сторону рынка, оставив внедорожники брошенными на поляне. Дорога не принесла нам сюрпризов, и уже спустя час мы заехали на территорию рынка.

Глава 8. Подготовка к экспедиции

Оказавшись за воротами, на территории рынка, автомобили остановились. Мы вышли из машин, я пообещал «гестаповцу» в течение получаса заскочить к нему в кабинет для обсуждения деталей нашего задания. Сдали под роспись своё оружие охраннику у входа. Чтобы быстрее разделаться с делами, отправляемся в складскую зону, вернуть казённые бронежилеты. В закрытый сектор нас легко пропустили, и мы оказались у нужного нам склада, только в этот раз нам пришлось ждать прапорщика, пританцовывая на холоде.

Кузьмич по дороге уже не раз приложился к своей заветной фляжке и заметно повеселел. Подойдя к Артёму, сделал пару глубоких вздохов, нарочно громко втягивая носом воздух, а потом, взяв сзади воротник его куртки в кулак, произнёс:

– Что‑то не пойму, чей котенок обосрался?

Артём, крутнувшись в сторону, ударил его по руке, сбивая её с себя, и ответил:

– Я тебе не котёнок, пгоецируй свои голубые мечты на близких тебе по огиентации!

– Э, картавый, у меня нормальная ориентация, ты сам недавно говорил, что, когда на тебя упал зомби, ты в штаны наложил!

– Это обгазное выгажение, дугень ты стагый! И вообще, что‑то подозгительно ты стал гядом виться, как муха. Что, услышав про человеческие экскгементы, возбудился? И глаза вон как подозгительно блестят! Кузьмич, ты не копгофил, часом?

Кузьмич от таких обвинений покраснел и выпучил глаза, казалось, его сейчас инфаркт ударит. Закурив сигарету, он взбеленился:

– Ты совсем охренел гнида картавая! Я тебе не какой‑то там фил, даже не знаю, что это слово значит, но явно что‑то богомерзкое! Это как в том анекдоте про доктора и картинки, знаешь такой?

– Нет, гасскажи.

– Слушайте:

«Приходит женщина к психиатру и жалуется:

– Доктор, моему мужу везде мерещатся глиномесы.

– Зовите, поговорим…

Доктор показывает мужику картинки. Первая «Три охотника».

– Что вы здесь видите?

– Глиномесов!

– Как?

– Посудите сами, три мужика пьют водку на природе… ну не глиномесы ли?

– Ну…

Показывает «Гуси‑лебеди».

– А здесь?

– Глиномесы!

– Как?

– Столько гусей летят, друг другу в зад смотрят… ну не глиномесы ли?

Потом мужик, присмотревшись на доктора, говорит:

– Доктор, а вы тоже глиномес!

– Я? Почему!?

– А откуда у вас такие картинки?»

Все засмеялись, а когда смех утих, Кузьмич сказал Артёму:

– Вот и я у тебя спрашиваю, собака картавая, откуда ты такие словечки знаешь?

– Мой кгугозог не заслоняла бутылка водки, поэтому я много чего знаю, а не только как выпить дихлофос и занюхать его гукавом.

– Вы посмотрите на него, кГугазор расширенный нашелся тут! Ты на уровне туземца из картавоязычного племени, по сравнению со мной. Ты еще под стол не бегал, когда я уже получил образование! – завёлся Кузьмич.

На счастье Артёма, к нам, наконец, подошел прапорщик. Окинув взглядом бронежилеты, которые были надеты на нас, он схватился за голову и запричитал:

– Это что за грязное тряпьё вы мне собрались сдавать? Ой, а вот этот вообще порван! Я вам выдавал новые, упакованные в целлофан!

Он разыграл целую драму, жестикулируя руками, причитая, охая и ахая. Я почти поверил, что от бронежилетов остались одни негодные обноски, а выкинутый нами целлофан, в который они были упакованы – вообще смертельный грех, с которым нам теперь предстоит жить. Прерывая его плач, зажимаю кнопку вызова на рации и говорю:

– Анатолий Николаевич, это прикомандированные, приём!

Рация почти сразу отзывается голосом «гестаповца».

– Принимаю тебя хорошо.

– Тут такое дело, ваш кладовщик задерживает нас и выносит мозги. Хочет, чтобы я ему явил чудо и сдал бронежилеты, после боевой операции, новыми и в упаковке, как с завода.

– Он рядом и меня слышит?

– Да.

– Петренко, жёваный крот, прекращай врубать прапорщика и насиловать людям мозг! Они со мной на боевые ездили, пока ты тут сало в темноте ел!

Рация замолкла, прапорщик прекратил причитать и, тяжело вздохнув, выдал: