Двойня от чужого мужа (СИ) - Гейбатова Мила - Страница 35

– Я ем, давай и ты, – напутствую Тимошку.

Сын смиренно принимается за кашу, а я могу снова отключиться и испугать себя картинками будущего. Дети ведь маленькие еще! Только–только стали немного самостоятельнее, и тут мама новый пищащий кулек принесет домой. И Тимофей с Леной сразу станут старшими.

Кошмар.

Старшим сложно, вон как Маша со мной возится до сих пор, а я давно взрослая. И моим котяткам придется.

На глаза наворачиваются слезы, еще немного и доведу себя до истерики.

– Мамочка, почему ты плачешь? – интересуется Лена. – Невкусно?

– Нет, солнышко, язык прищемила, – озвучиваю первую попавшуюся отговорку. – Сейчас пройдет.

Быстро смахиваю влагу с глаз и запрещаю себе моделировать ужасные вариации будущего. Пока что ничего наверняка не ясно. Когда у меня будет еще одно доказательство моей беременности, тогда и продолжу самобичевание.

Дальше наши сборы с детьми проходят быстрее и веселее. Двойняшки с удовольствием идут в сад, а вот планам по сдаче крови не суждено сбыться. Как назло, в лаборатории очередь, как будто все резко в понедельник с утра вспомнили о своем здоровье, а меня уже вызванивают с работы.

Бегу в офис, где не поднимаю головы до самого обеда.

– Настенька, есть пора, – ко мне заглядывает Сергей, с которым мы еще не успели пересечься.

И тут меня осеняет: «Точно, Сергей! У меня ведь теперь отец детей не Власов, а Сережа. Но я почему–то не включила его ни в один из возможных сценариев будущего».

– Да–да, ты прав, идем, – соглашаюсь и встаю из–за стола, предварительно сохранив работу на компьютере. Почти открываю рот, чтобы поделиться своим утренним потрясением, но тут же закрываю. Еще ничего не ясно на сто процентов, зачем мне пугать кого-то. – Куда отправимся? – переключаюсь на насущное.

Не скажу, что мне удается эта миссия полностью, но я стараюсь. А еще я понимаю, что Сергею скажу лишь при двухсот процентной уверенности в своем положении. Да, ста процентов мне мало, вот такая я.

Просто не хочу, чтобы были ассоциации с ситуацией с Власовым. Их не избежать, но я хочу хотя бы делать мозги о том, в чем я уверена.

В итоге сдать кровь удается лишь через два дня, в четверг, и уже к вечеру получить результаты…

– Да что ты будешь делать! И тут положительный результат! – восклицаю, изучая письмо от лаборатории на телефоне.

К счастью, я в своем кабинете, посторонних нет, ни у кого не возникнет лишних вопросов, по поводу чего я сокрушаюсь. И во второй половине дня, почти в конце рабочего времени, я чувствую себя гораздо деятельнее, нежели с утра в понедельник. И вместо того, чтобы полчаса сокрушаться и рисовать в голове картины бедствующего положения матери с тремя детьми, я занимаюсь поиском причин повышенного уровня ХГЧ помимо беременности.

Да, я не принимаю проблему, я до сих пор ищу подтверждения того, что она действительно есть, что она реальна, ведь тогда стоит признать, что я обладаю невероятной фертильностью, и запретить самой себе отношения с мужчинами примерно навсегда.

– Вот же, есть! – восклицаю обрадованно, найдя информацию в интернете про повышенный уровень гормона ХГЧ.

Но, читая о других причинах его повышения, мне не хочется радоваться, я уже не против оказаться беременной.

– Ошибка лаборатории! Тоже ведь бывает, – нахожу еще одну отговорку, но как бы там ни было, я понимаю, что я должна сделать следующим, других вариантов у меня нет. – Алло, здравствуйте. На прием к гинекологу вместе с узи я могу попасть примерно через полчаса? – звоню в платную клинику, расположенную буквально в соседнем от офиса здании. – Отлично, спасибо, буду!

До конца рабочего дня остается час, а мне надо уйти на сорок минут раньше. Зато за двойняшками спокойно успею, едва ли манипуляции займут больше получаса, если, конечно, очереди не будет. Осталось отпроситься у Сергея, не могу ведь я взять и уйти, никому не сказав, это будет слишком нагло.

Уже практически жму на кнопку вызова, но в последний момент останавливаю себя. Что я скажу? Зачем мне уходить?

«Сереж, очень надо уйти на сорок минут раньше. Завтра вечером расскажу обо всем», – пишу сообщение и отправляю его.

«Конечно, иди», – следует лаконичный ответ.

Я не ошиблась, в сообщении никто меня не будет доставать лишними расспросами, а по телефону к самой интонации прислушиваются. Быстро собираю сумку, выключаю компьютер и еще десять минут сижу, отбиваю нервную чечетку правой ногой. Время длится мучительно медленно, но наконец–то можно выходить.

– Пора, – говорю сама себе и шагаю в поликлинику, как на битву.

В моей душе идет активная внутренняя борьба, так что битва сама с собой: с таким знакомым–незнакомым противником.

– Проходите, – меня приглашают в кабинет врача, в мыслях я и не заметила, как дошла до места икс.

– Здравствуйте. Что вас беспокоит? – спрашивает доктор приятной наружности.

Они плюс–минус всегда задают этот вопрос, но я испытываю чувство дежавю.

– Задержка меня беспокоит. Еще тест положительный и анализ крови на ХГЧ. При этом менструация была, но раньше срока и сразу после опасного полового акта, – четко и по существу описываю свою ситуацию.

– Будем разбираться, ложитесь, – кивает доктор.

Мне ничего не остается, кроме как подчиниться и ждать вердикт. А он не задерживается, причина моего повышенного уровня гормона ХГЧ именно беременность, сомнений нет. Зато ребенок в этот раз совершенно точно один, пол не рискнули определить, слишком рано.

Но мне достаточно этой информации. Иду по холлу клиники в смешанных чувствах, и тут в меня кто–то врезается.

– Извините, – произносит парень примерно моего возраста, оборачивается и восклицает обрадованно. – Настька, ты ли это?! Шикарно выглядишь, вообще не изменилась со школы, ты только посмотри.

Это, оказывается, мой одноклассник.

– Спасибо, Гоша, ты тоже хорошо выглядишь, – делаю сдержанный комплимент.

– А ты чего тут? Заболела? Ого, – мой одноклассник никогда не страдал излишней скромностью и остался, по–видимому, таким же, потому что сейчас он беззастенчиво заглядывает в заключение врача, – беременная! Поздравляю! Моя ведь тоже! Поздравляю нас обоих! Мы будем родителями!

Дальше идут объятия и радостные возгласы, от которых я бы с удовольствием отказалась, да только меня никто не слушает.

– Твоя супруга, да? Беремена, – спрашиваю, когда мне дают пространство.

– Девушка пока что, но я уже с кольцом, смотри, – Гоша достает бархатную коробочку и показывает мне ее содержимое, – купил сегодня.

– Ух ты, красивое, – произношу искренне. – Поздравляю вас обоих.

– Да я только еду делать предложение, заскочил сюда за папкой Светы, она забыла ее у врача в радостных чувствах. А ты куда? Давай подброшу, я на машине, заодно еще хоть немного пообщаемся.

Сергей

Испытываю жизненный подъем вот уже два с лишним месяца. Я успел забыть, что такое влюбленность и новые позитивные отношения. Чувствую себя моложе, правда, я и так не старый, я считаю. Если не сравнивать с Настей.

Вот для нее, для причины моего хорошего настроения, и хочется быть выше, стройнее, умнее и прочее. Можно и моложе. Или нельзя. С Ольгой я был моложе, а толку?

Зато сейчас даже чужие дети не напрягают. Мне не стыдно признаться в том, что я никогда не хотел себе подругу «с прицепом», также не стыдно признать, что двойняшки Насти меня умиляют.

Да, дожили, я, взрослый мужчина умиляюсь с чужих детей.

Точно старость дышит в затылок, не иначе. Или сначала идет средний возраст? Меня уже можно отнести к этой категории?

– Сергей Викторович, пришли бумаги по «СтройКрест», подпишите? – в кабинет заглядывает Алексей.

Моя личная головная боль. Мое персональное напоминание о том, от кого у Насти дети. Правда, после моего вмешательства Снежана и ее слабовольный супруг успокоились, появилась надежда, что больше они не будут настаивать на чем–либо. И я бы считал двойняшек только Настиными, но каждодневные встречи с Власовым не дают о нем забыть.