Раскол или единство (СИ) - Селиванова Александра - Страница 30

— Ударь меня, — скомандовал он.

Я похлопала глазами. Нет, всё же бить друга рука не поднималась.

— Я не могу… — жалобно протянула я.

Сын Императора закатил глаза и, к моему удивлению, сделал несколько шагов к паре других сражающихся ингисов.

— Нарр, поможешь?

Сражающаяся пара сразу разошлась, оба темноволосых парня вытянулись по струнке. Один из них, тот, что стоял левее, быстро и по-военному четко кивнул, тяжело дыша в пылу драки:

— Так точно, Генерал!

Генерал? Это его какая-то официальная должность, что ли?

Я с интересом пригляделась к Нарру. Как и все ингисы, он был темноволос и темноглаз, с сильным развитым телом. Раньше я полагала, что у Торрелина очень жесткие и резкие черты лица, но сейчас, вблизи рассматривая лицо другого ингиса, я поняла, что мой друг ещё очень даже милый! Лицо Нарра словно застыло на грани резкости и гротексности. И, кстати, у его товарища по поединку тоже.

— Помоги провести тренировку с моей невестой, она не хочет меня бить, — Торрелин слегка хмыкнул, а я смутилась, чувствуя, как щеки заливает румянец. По факту так оно и было, конечно, но почему-то со стороны звучало странно.

А Нарр, словно получив разрешение поглазеть, повернулся ко мне и вдруг криво, чуточку жестко улыбнулся:

— А меня не жалко Вашей невесте, Генерал?

— Так ты ей не жених! Иди сюда. Блоки не ставить, ответные удары не наносить, только уклоняться.

— Я могу не уклоняться вовсе, пусть госпожа знает, как чувствуется удар, — тут же предложил парень, склоняя голову.

— Хорошо. Алатиэль?

Я вздрогнула, когда поняла, что слишком задумалась. Между тем оба ингиса уже оказались передо мной. Я отметила, что Торрелин был куда внушительнее: и повыше, и в плечах шире.

В простых рубашках, не в мундире, мужские фигуры воспринимались несколько иначе. Куда отчетливее и ярче.

Так, пора перестать об этом думать.

— А… куда бить? — неуверенно спросила я.

На самом деле, я вообще этого не знала. Единственное уязвимое место, которое я теперь знала, это шея, но суметь туда ударить, кажется, не так легко. А кроме шеи… если я ударю куда-нибудь в плечо, это вообще будет иметь смысл?

— Идей нет?

— Только шея, — я без удовольствия пожала плечами.

— Тогда смотри. Во-первых, лицо. Четкий удар в нос — с большой степенью вероятности перелом. Это больно, и это дезориентирует противника. Вот сюда, в эту точку на челюсти, — он бесцеремонно повернул голову Нарра, показывая мне нужное место, — тоже можно, можешь или выбить челюсть, или даже сломать. Что одно, что другое — большая боль, хорошее отвлечение. Ещё хороший вариант, особенно если противник выше, как сейчас, — в подбородок, снизу вверх, — Торрелин медленно показал, как должен идти удар, задирая голову своего товарища. — Тут… последствия в зависимости от силы удара, но дезориентация — почти наверняка. Затем, как ты верно заметила, шея. Удар спереди, который мог бы повредить трахею, в твоем случае вряд ли сработает, ты не очень сильная физически, поэтому я бы посоветовал бить ребром ладони по артерии, — он снова показал нужное место на «подопытном». — Потренируй пока эти удары.

И он подтолкнул Нарра ко мне.

— А если я больно сделаю?

Кажется, замена противника мне не очень помогла. Я всё равно боялась причинить боль.

— Я буду только рад тому, что Вы быстро учитесь, госпожа, — ингис криво улыбнулся. А потом посерьезнел, и в его глазах сверкнула сталь: — Генерал прав, госпожа, Вам будет полезно суметь хотя бы раз ударить правильно, а для этого нужны тренировки. Бейте, я не хрустальный.

Я резко выдохнула и прикрыла на миг глаза, вспоминая тот жуткий миг, когда сумасшедший ингис сдавливал мне горло, не давая вдохнуть, вспомнила свой дикий страх и ужас, отчаяние и жгучее желание жить…

Распахнув глаза и удерживая перед внутренним взором лицо друиса, чьего имени я так и не узнала, я нанесла удар. Быстро, от души, вкладывая все свои чувства.

Кулак с хрустом угодил точно в нос парню.

Костяшки обожгло болью, и я отпрянула, решив, что ударила как-то неправильно. А потом снова глянула на ингиса и обомлела.

Тот казался шокированным ещё побольше меня. Из его носа текла тонкая струйка темной крови.

Что я наделала⁈

Ингис между тем медленно поднял руку, стер кровь пальцами, несколько секунд смотрел на свою руку. Я прикрыла лицо ладонями. Как я только смогла? Ему, наверное, помощь нужна?

А потом Нарр вдруг хрипло рассмеялся.

— Опасную девушку Вы выбрали, Генерал! Хороший удар вышел.

Торрелин с тем же удивлением покосился на меня. Кажется, никто из нас не ожидал такого результата.

— О нем думала, да? — тут же сообразил ингис, помрачнев.

Я только кивнула. Что я ещё могла тут сказать? Тот друис был единственной прямой угрозой в моей жизни.

— Надо было дать тебе тоже его ударить, — мрачно хмыкнул ингис. — Ладно, пробуй дальше.

Нарр утер кровь и кивнул тоже.

— Это не перелом, госпожа. Продолжайте.

Так время и шло. По утрам я тренировалась вместе с Торрелином. Вернее, училась бить, а затем и защищаться, под его контролем, но против других ингисов. Они, кажется, уже привыкли ко мне, даже начиная приветствовать короткими кивками. Это меня поражало. Как спокойно, без малейших возмущений они согласились помогать мне в тренировках, как легко приняли меня! Не то что избегающие меня друисы, в чьих глазах до сих пор мелькало презрение.

Хотя, конечно, во многом это была заслуга Торрелина. Его заявление все воспринимали всерьез, даже не допуская мысли, что нас связывают только дружеские отношения и общие тайны. Но за счет этого я была для ингисов «своей». Ещё бы, будущая родственница их Императора!

Я предпочитала пока не думать, как нам потом быть с этим заявлением, когда в защите Торрелина отпадет необходимость. Естественно, ни о какой женитьбе речи идти не будет, но как разорвать эти отношения без вреда и для моей, и для его репутации, я пока не знала. Впрочем, это определенно был вопрос далекого будущего, о котором пока можно было несильно задумываться.

Зато были вопросы, которые требовали моего внимания здесь и сейчас: наша учеба. Материал потихоньку усложнялся, и даже обычное выполнение заданий потихоньку становилось очень сложной задачей.

А ещё нам всё-таки нужно было сделать общий для всей нашей компании проект! От одной мысли о нем у Вистры начинал дергаться глаз, а у меня пересыхало горло. Прошлая и первая наша попытка обсудить его закончилась целом кучей проблем: от подслушивания опасной тайны до моего позора. Поэтому для второго обсуждения мы решили обосноваться в уже привычной комнате 300 жилого блока — то есть у Торрелина и Амдира.

Я всё же припомнила свою идею модели Астрокварты, которая в тот вечер всех вполне устроила. Мы решили, что действительно соединим орбиты планет небольшими переходами в 3 точках, чтобы обеспечить и передачу энергии, и физический контакт. Примерно прикинув, что нам может понадобится, мы принялись за расчеты. Нам нужен был достаточно большой шар со своим источником питания (навроде батарейки) на роль Игенры, нашей звезды, ещё 4 шара поменьше и, желательно, с узнаваемыми рельефами, и овальные орбиты из проводки, которые будут передавать энергию от Инегры к планетам для их движения. Сделать всё это было вполне реально.

На самом деле, рассчитывать объемы материалов приходилось чуть ли не наугад, затем проверяя, насколько это рабочий вариант, возвращаясь к началу с другими числами… Было сложно, я постоянно путалась в значениях и формулах.

Лучше всего в этом деле чувствовал себя Амдир. Он неустанно объяснял нам с Вистрой, что и как правильно делать, поправлял Торрелина, которого пару раз тоже занесло куда-то не туда, и сам работал вовсю.

А я смотрела на светловолосого парня и думала… А зачем ему вообще Академия? Он ведь и без того очень круто разбирается в технике. Странное дело…

Так проходило несколько дней. По утрам — тренировки, днем — лекции, вечером — обычные задания и работа над проектом. Я вставала в какую-то ужасающую рань, а наши вечерние «посиделки» заканчивались за несколько минут до полуночи, после чего мы расходились по комнатам. Правда, мы с Вистрой после этого ещё сидели вместе, или заканчивая расчеты, или же о чем-то болтая. Я не высыпалась категорически, но… почему-то мне это нравилось.