Совсем не герой (ЛП) - Секстон Мари - Страница 23

- Оуэн, нет. Пожалуйста...

- Нет. Послушай меня. Я знаю, что в твоем представлении я - своего рода невинная жертва, но я вижу это не так. Я вынудил тебя сделать то, чего ты не хотел. Я отказался принимать «нет» в качестве ответа. И я прошу прощения за это.

Он покачал головой.

- Пожалуйста, не извиняйся передо мной. Я этого не заслуживаю.

Я не был уверен, что это правда.

- Я тоже должен тебе кое-что сказать. - Я думал об этом, и хотя не мог понять, почему это так важно, я знал, что это так. - Я рассказывал тебе о своем заикании и о своей матери. Но я не рассказывал тебе о том, что случилось со мной в старших классах.

Он прислонился к стойке, наблюдая за мной. Ожидающий. Терпеливый, как всегда.

- Я познакомился с мальчиком. Он был новеньким в нашей школе. Он жил через квартал. Были летние каникулы, и он никого больше не знал, так что мы стали друзьями. Он был терпелив, знаешь ли. Так же, как и ты, терпелив. Он давал мне выговориться. Он не смеялся и не раздражался, когда я заикался.

- Почему возникает ощущение, что есть «но»?

- Примерно в то время, когда начался наш первый учебный год, мы начали дурачиться. Не так уж и много, потому что мы были напуганы до смерти. Просто прикасались друг к другу. Немного потискались.

- И твоя мама застукала тебя?

- Хуже. Нас застукали в школе. Под трибунами, как бы банально это ни звучало. Мы целовались. Это все. Мы все еще были одеты и все такое, но, в конце концов, это Вайоминг. Учительница, которая застукала нас, пыталась вести себя спокойно, но директор взбесился. Они позвонили моей маме. Она была в ярости. Не столько потому, что это было с п-п-парнем, сколько п-п-потому, что я смутил ее. Она н-назвала меня и-и-извращенцем. А тот парень, Джереми, рассказал всем, что я его поцеловал. Что я ему не понравился и что он пытался отстраниться. Я даже не мог защититься. Я не мог перестать заикаться настолько, чтобы п-п-произнести хоть с-с-слово. В любом случае, до этого момента у меня все шло лучше, но после этого все п-п-пошло прахом.

- Что ты имеешь в виду?

- Заикание усилилось. Те немногие друзья, которые у меня появились, бросили меня. Джереми попал в команду по рестлингу и при каждой встрече называл меня п-пидором. Он и его друзья разрисовали мой шкафчик из баллончика с краской и и-изуродовали мою машину. Я даже смотреть ни на кого не мог. И хуже всего было то, что моя м-мама вела себя так, будто я все это заслужил. Она рассказала всем своим друзьям о своем сыне-извращенце. Как будто она могла пристыдить меня за то, что я н-не был таким сыном, каким она хотела меня видеть.

Ник постучал носком кроссовки по кухонному полу.

- Думаю, именно это больше всего злит меня в твоей маме. Я имею в виду, что вот он я, больной, потому что совершил глупость, а мои родители поддерживают меня, несмотря ни на что. Моя сестра переехала сюда из Гранд-Джанкшн на случай, если мне понадобится помощь. Но твоя мама винит тебя в том, в чем ты не виноват. Твоя рука, твое заикание и то, что ты гей. - Он с отвращением покачал головой и, наконец, снова посмотрел на меня. - Так что же произошло?

- Ничего особенного. Я умолял сменить школу, и мой отец хотел мне разрешить, но мама сказала «нет». Она сказала, что я должен отвечать за свои поступки. Что побег - не выход.

Его взгляд был сочувственным, но непоколебимым.

- Оуэн, почему ты рассказываешь мне это сейчас?

Я пожал плечами.

- Мне показалось, я должен. Ты был честен со мной, и мне пора быть честным с тобой.

Он рассмеялся, но это был грустный звук.

- Я не думаю, что то, что ты скрывал свои самые мрачные школьные моменты, это то же самое, что я не рассказал тебе о том, что я ВИЧ-положительный.

- Я знаю. Но я хочу, чтобы между нами больше не было секретов.

- Справедливо. Больше никаких секретов. - Он пересек комнату и сел, чтобы наклониться поближе и заглянуть мне в глаза. – Мне, правда, жаль.

- Я знаю. Мы оба облажались. Мы оба сожалеем. Как насчет того, чтобы сказать, что мы оба прощены?

- Меня это устраивает.

Я хотел протянуть руку и дотронуться до него. Взять его за руку. Но я не мог. Меня все еще тянуло к нему, но я все еще не мог свыкнуться с мыслью о его болезни. Я не мог сопоставить это с тем, как он выглядел, такой здоровый и сильный. Я не мог представить, каково это, целовать его, не думая при этом о вирусе.

И все же я скучал по нему.

Я прочистил горло и заставил себя спросить:

- Мы можем снова стать друзьями?

- Я никогда не переставал быть твоим другом.

- Но я чувствую, что перестал быть твоим.

Он уставился в пол, потирая затылок. Когда он снова поднял глаза, на его лице была неуверенная улыбка.

- Я собирался приготовить ужин.

- Знаешь, ты меня избаловал. На самом деле мне хочется жареной рыбы, и я больше не могу есть замороженную пиццу.

- Значит ли это, что ты останешься?

- Я никуда не собираюсь.

Глава 10

ПО большей части, отношения между нами вернулись в нормальное русло, хотя, несомненно, расстояние между нами стало больше, чем раньше. Он полностью перестал флиртовать со мной. Я скучал по этому, и все же я не был уверен, что было бы разумно начинать что-либо самостоятельно. Мы снова были друзьями, и на данный момент мне казалось, что этого достаточно. Я проводил вечера у него дома, практикуясь, пока он готовил ужин, а потом мы выгуливали его собак. В конце концов, я отменил еженедельную доставку продуктов и стал ездить в магазин на машине, когда мне что-то было нужно. Это был маленький шаг, но он показался мне важным, и я начал понимать, что люди смотрят на меня не так часто, как я себе представлял.

- Хотите, я помогу вам дойти с этим до машины? - спросила однажды девушка, которая упаковывала мои продукты, прежде чем заметила мою руку и покраснела как свекла. Она бросила на меня такой взгляд, который означал: О, черт, надеюсь, я не обидела этого парня. И, возможно, впервые я смог посмеяться над такой невинной оплошностью взрослого человека.

- Я всегда могу воспользоваться другой рукой, - сказал я ей.

Ее облегчение было почти осязаемым, и я подумал о том, что сказал мне Ник. Большинство людей пытаются относиться к тебе так, как, по их мнению, ты хотел бы, чтобы относились к тебе. На это у меня ушло двадцать восемь лет, но я начал усваивать один из самых важных жизненных уроков: старшая школа не была отражением реальной жизни. Люди, как правило, были хорошими. Такие люди, как Ник и Джун. Например, их друзья из ломбарда, Эл, Пол, Сет, Майкл и Натан.

Да, Натан, который, вероятно, и понятия не имел, как сильно он мне помог. Внезапно мне показалось важным рассказать ему.

- Ничего себе, - сказал он, когда ответил на телефонный звонок. - Чудеса никогда не кончатся? Мне второй раз звонит загадочный однорукий мужчина?

- Уверяю тебя, тут нет ничего загадочного.

- Дорогой, не недооценивай себя. Тебе нужно научиться работать с тем, что у тебя есть.

- Ну, а пока, ты не против встретиться еще раз за чашечкой кофе?

- С удовольствием.

Было прохладнее и ветренее, чем в прошлый раз, а в кофейне было тепло и уютно, поэтому мы решили остаться внутри. Мы устроились на диване перед газовым камином.

- Как поживает твой парень? - спросил он, когда мы сняли пальто.

- Он не мой парень.

- Я слышал это раньше, но потом ты пошел с ним домой.

Я рассмеялся. Он поддразнивал меня, и это было приятно. Мне понравилось, как быстро он смог меня успокоить.

- Спасибо, что встретился со мной снова.

- Я рад, что ты позвонил, даже если это не для того, чтобы принять мое предложение заняться сексом. - Он наклонился немного ближе, скорее игриво, чем кокетливо. - Ты ведь не поэтому позвонил, не так ли?

- Нет.

- Черт. - Но сказано это было с притворным разочарованием.

- Вообще-то, я хотел поблагодарить тебя.