Выбери любимый жанр

Городские легенды Уэстенса (СИ) - Звездная Елена - Страница 3


Изменить размер шрифта:

3

А вот с полькой произошел казус — танцевать я должна была с Томом, он подвел меня к строю девиц, сам же отправился вставать в строй мужчин, чтобы затем, как и полагается вступить в танец, но тут случилось странное — кадеты военной академии, а их в строю готовящихся танцевать было значительное большинство, самым наглым образом, сдвинули Тома так, что теперь моим партнером должен был стать высокий плечистый аристократ с темно-русыми волосами, собранными в щегольской хвост. Я изумленно выгнула бровь, будущий офицер нагло усмехнулся, видимо считая, что от его надменного самодовольства мое сердце дрогнет.

Заиграла музыка, совершая па и прыжки, девушки двинулись к строю кавалеров, и мне ничего не оставалось, как двинуться тоже, но затем, когда настала очередь девиц подходить и совершать реверанс перед партнером, я, пританцовывая под музыку как деревенская пастушка на гуляниях, с веселым «Прошу прощения!» обошла наглеца по дуге и остановилась напротив побледневшего и явно нервничающего Тома, со словами, которые не постеснялась произнести довольно громко:

— У него такой размер ноги, что танцевать с ним опасно для жизни, ты не находишь?

Грянул хохот. Да, учащиеся военной академии, даром, что пять лет этикет изучали, оказались все же крайне невоспитанными. Но смех вскоре утих, так как все мы увлекались мелодией.

Зато в следующем танце мне досталось — кадриль предполагает многоразовую смену партнеров, и к моему искреннему сожалению все они, кроме Олта, с которым я вышла танцевать, были военными. Мне пришлось раскланиваться с тем самым русоволосым наглецом, который попытался навязать мне совместный танец, улыбаться всем тем, кому я отказывала в прошлом году, соприкасаться пальцами с теми, кто старательно пытался всучить мне записку с излиянием собственных чувств. Особенно настойчив был лорд Эруа, третий год добивающийся моего внимания исключительно из чувства природной упертости.

— Мисс Хемптон, — он сжал мои пальцы, не позволяя высвободить руку, — вы должны дать мне шанс объясниться!

Начался второй этап кадрили, господа, обнимая партнерш за талию, увлекали их по кругу, и я, не сумев высвободится, так же была увлечена лордом Эруа, позади осталась его растерянная партнерша и мой насупившийся друг, впрочем зная Олта уверена — он перехватит меня на втором заходе.

— Элизабет! — объятия лорда Эруа внезапно стали непристойно-крепкими. — Вы должны выслушать меня!

— Лорд Эруа, будем откровенны — я вам ничего не должна! — воскликнула я, пытаясь высвободиться.

— Я изнываю от любовного томления третий год, мисс Хемптон! — патетично заявил он, видимо совершенно не смущаясь того, что внимание присутствующих уже приковано к нам, да и ведет он себя крайне далеко от правил приличия.

— Лорд Эруа, кто я такая, чтобы мешать вам упиваться собственными страданиями? — поинтересовалась, все так же отчаянно пытаясь увеличить дистанцию между нами.

Но лейтенант продолжал кружить меня по залу, одновременно требуя ответа на его чувства.

— Я написал вам сонет, вы читали?

— Не имела несчастья!

— Я посылал вам цветы!

— У меня трое сестер, лорд Эруа, поверьте нам присылают столько цветов, что мы давно даже не разбираем кому и какие.

— Я пел под вашими окнами!

— Боюсь, вы ошиблись, мои окна выходят на сад, расположенный позади дома, попасть туда вы не могли ни коим образом. А если бы и попали, боюсь вместо серенад, сад был бы оглашен вашим испуганным «Спасите», так как папенька на ночь выпускает собак.

— Так кому же я тогда пел?

— Вопрос не ко мне.

— Элизабет, вы жестоки!

— Лорд Эруа, вы невоспитанны!

— Прошу прощения, мисс Хемптон, но я страдаю.

— Искренне вам сочувствую и отказываюсь мешать в этом сложном деле, — заверила я.

После чего, вырвавшись, наконец, отступила, присела в реверансе, а поднявшись поспешила прочь, разыскивать своих кавалеров, по меньшей мере Олта, который так и не перехватил меня, что несколько не вязалось с его характером.

И к своему искреннему удивлению никого не обнаружила. Девять друзей Густава куда-то самым магическим образом испарились. Я отыскала маменьку, и та улыбнулась мне, стоящие рядом с ней мои тетушки напротив одарили хмурыми и неодобрительными взглядами, впрочем они в целом никогда меня не одобряли, а помолвку с Густавом считали не романтичной и потому совершенно ужасной. К слову мои сестры считали так же, а потому с некоторых пор на людях старательно игнорировали мое существование. Как и сейчас — окруженные кавалерами, они демонстративно отвернулись.

Я лишь улыбнулась этой попытке нарочитого дистанцирования, и отправилась искать парней.

В бальном зале гремел вальс, некоторые пары в возрасте танцевали среди деревьев, повсюду слышался смех, голоса, тосты и звон бокалов, на ветвях реяли расшитые приходским клубом плакаты, банты и флаги, на поляне перед цветущими персиками играли в фанты, и мисс Дамерн доставала какой-то фант из фуражки одного из присутствующих офицеров.

Я же все дальше углублялась в сад, надеясь, что в этом году кадеты не повторят свою поднадоевшую всем шутку с запиранием парней в сарае за оградой. Нет, наши городские, конечно, сумеют выбраться, но после придется же чистить костюмы от остатков соломы, пыли и прочего.

Мое худшее предположение подтвердилось, стоило мне свернуть в самую нелюдимую, дикую часть парка. Здесь росло несколько елей, массивный старый дуб, пугали переплетением ветвей и колючками дикие кустарники. И именно здесь я обнаружила нет, не своих кавалеров, а того самого кадета военной академии, чей размер ноги имела неосторожность высмеять сегодня. Высокий молодой человек ожидал явно меня в окружении пяти своих сотоварищей, держа в руке уже знакомый практически всем ключ от сарая и бутоньерку с камзола Тома.

Мне, изумленно застывшей на границе поляны, недвусмысленно продемонстрировали деталь бального костюма, после чего лорд произнес:

— И кто это к нам пожаловал?!

— Приведение, — ответила я на его вопрос.

Моргнув, этот индивид уставился на меня светло-голубыми глазами, и поинтересовался:

— Почему это привидение?

— Потому что я вам привиделась, — ответила совершенно ровным голосом, после чего развернувшись, попыталась уйти.

Но мне не дали — совершенно недопустимым образом, обнаглевший кадет, ухватил меня за запястье, крутанул, разворачивая, и рывком прижал мою руку к своей груди, едва не вынудив меня врезаться в него. Я устояла, бог ведает как, и скорее изумленно, нежели испуганно посмотрела на осмелившегося применить насилие по отношению к даме далеко не джентльмена.

— Что вы себе позволяете? — спросила я, скорее удивленно, чем испуганно.

— Я себе позволяю поставить на место одну зарвавшуюся плебейку! — прорычал едва ли не мне в лицо этот наглый самодовольный и напыщенный тщеславный тип.

— Но позвольте, — я невольно улыбнулась, — о каком месте идет речь? Месте дамы, невесты, дочери моих родителей или жительницы города? Нет, я понимаю, что мое место очень даже привлекательно, и если вы желаете, я, несомненно, готова обменяться с вами, но боюсь перед вами встанут две непреодолимые проблемы — при всем своем желании вы не вместитесь в мое свадебное платье, и полагаю, Густав будет против подобной невесты — помилуйте, вы выше его ростом, вы никоим образом не станете с ним прекрасной парой.

Удерживающий меня мужчина побледнел, глаза его сузились от ярости, в то время как среди его друзей послышались сдержанные смешки.

— А вы остры на язык, мисс Хемптон! — зло произнес он.

— Обычно восхищение моим умом выражают несколько иными фразами, — я вновь улыбнулась.

— Мисс Хемптон, — военный казалось был взбешен, — боюсь всем станет вовсе не до вашего ума, если я вас скомпрометирую.

Вот тут я перестала улыбаться, и поинтересовалась:

— Интересно, и как вы себе это представляете?

Кадет смерил меня взглядом с головы до ног, демонстрируя что он себе очень даже это представляет, после чего, приблизив свое лицо к моему, произнес:

3
Перейти на страницу:
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело