Тег #Опережение (СИ) - Громов Ян - Страница 8

— Вот так и напиши. Прямо этими словами.

И вот я опять сидел в коридоре администрации под дверью Дегтярёва. Папка на коленях, спина ровная. Ощущение — как на экзамене в универе, когда ты вроде бы всё выучил, а ладони всё равно потеют.

Сергей Алексеевич вышел в коридор со своим блокнотом. Поздоровался, извинился за то, что встречу переносили. Я сказал, что нам эти переносы даже на руку в моём деле. Потому что это позволяет подшлифовать оговоренную работу (документацию ) ещё более качественно. Он посмотрел на меня с интересом. Наверное, за переносы его обычно не благодарят. Скорее наоборот…

Дегтярёв был уставший, под глазами тени. Видимо, чиновничьи дела из него все соки выжали. Но руку пожал крепко и мы сразу сели за стол.

— Показывайте.

Я разложил перед ним три листа. Виталий подготовил их, как я и поручил. Я же после этого сидел над ними в тишине один, проверял скрупулёзно каждую цифру и в какой-то момент понял, что прохожу по ним уже в третий раз. Записал это в дневник, как Юлия Дмитриевна и просила. Стало смешно. Легче, правда, не стало.

— Первый вариант, — начал я. — Четырнадцать точек установки, сорок две камеры.

Я развернул перед Дегтярёвым карту и показал первый контур.

— Это центральная часть. Все четырнадцать точек мы уже посмотрели. По каждой знаем, где ставить камеры, куда заводить линии, где брать питание и как организовать доступ к оборудованию. Узлы связи тоже проверили. Здесь меньше всего неизвестных.

Я перелистнул несколько страниц.

— Вот смета. Оборудование, кабель, монтаж, пусконаладка — всё внутри. Получается одиннадцать с половиной миллионов. Обслуживание первого года отдельно. Если согласования не затянут, закончим к концу апреля.

Ручка, которую депутат крутил в руке, внезапно выпала и звонко ударилась об стол. В воздухе повисла тяжёлая пауза в гробовой тишине. Дегтярёв пристально и пронзительно посмотрел мне в глаза. Ни намёка на улыбку не было в его взгляде. Я почувствовал себя, словно… словно на приёме у Дона Корлеоне.

Меня пробила какая-то ледяная паника. С таким взглядом, как у него… казалось, что он собирается сказать что-то вроде: «Ты пришёл и просишь миллионы. Но ты просишь без уважения, ты не предлагаешь дружбу, ты даже не назвал меня крёстным отцом»…

На лбу у меня выступила испарина вдобавок к мокрым ладоням и тремору в нижней части ног…

Артём

— Ну-ну, продолжайте, — наконец промолвил Дегтярёв и кивнул.

Его помощник делал пометки в блокноте.

Моя паника немного отступила.

— Данный вариант мы можем рассматривать как пилотный.

— Понял. Дальше, — нахмурившись сказал Дегтярёв.

— Второй вариант — двадцать шесть точек, восемьдесят с лишним камер. К первому контуру добавляем ещё два района. По ним пока предварительный расчёт: мы там не были, поэтому не знаем всех нюансов по опорам, кабельным трассам, питанию и доступу к объектам. Ориентировочная стоимость — около двадцати двух миллионов.

Я перелистнул ещё несколько страниц.

— И третий вариант — весь центральный контур, который мы первоначально нарисовали. Тридцать восемь точек, больше сотни камер. Предварительная стоимость — около тридцати пяти миллионов. Масштаб по покрытию центра сразу же большой, сочный, но за эту цифру я сейчас отвечать не готов.

— Почему?

— Потому что, как показали осмотры объектов, везде есть существенные проблемы — хозяйство не в самом лучшем состоянии и множество подводных камней, включая решение административных вопросов на разных объектах с разной принадлежностью. Увидев и проанализировав ситуацию с точками установки, я настоятельно советую вам остановиться на пилотном проекте, который реально выполнить качественно и в кратчайший срок.

Дегтярёв посмотрел на Сергея Алексеевича. Тот записал.

— Мне нужно, чтобы люди увидели результат, — сказал Дегтярёв. — Отчёт никто читать не будет. Нужна красивая картинка. К маю, к празднику, чтобы можно было показать: вот перекрёсток, вот запись, вот что сделано.

— Первый вариант это и даёт. Четырнадцать работающих камер к маю, за которые я точно могу поручиться, разумно оценивая сроки — вот вам и красивая картинка. Тридцать восемь висящих — тоже картинка, конечно. Но, скажем так, для другой передачи, с очень некрасивой картинкой, если вы понимаете, о чём я. Это совершенно новая система для города, а у всего нового, тем более технологичного, есть тестовый вариант и период, как правило. Чтобы эмпирически собрать всю необходимую метрику. Взять даже мой Dornet — я его запустил в большое плавание не сразу. Сначала был пилот между друзьями и друзьями друзей, отладка, анализ. И уже только потом…

Он помолчал.

— Хорошо. Разумные доводы у вас. А потом масштабироваться? Верно?

— Потом — да, вторым этапом. И к тому моменту мы уже будем знать, сколько один среднестатистический узел стоит на самом деле, а не по документам. Понятное дело, много индивидуальных нюансов, но многое уже будет перед глазами в практическом смысле. Первый этап даст нам не только работающую систему, но и нормальную статистику по следующим.

— То есть всё же сначала пилот, потом расширение?

— Желательно. Я предпочитаю сначала проверить модель на реальных объектах, а уже потом масштабировать её на весь город. Мой подход к работе всегда взвешенный и прозрачный.

Сергей Алексеевич поднял глаза от блокнота.

— А что вам нужно от нас, кроме денег?

Вот этого вопроса я ждал. Честно говоря, даже сильнее, чем бесед про деньги.

— Сначала нужно определить заказчика по первому этапу. Не просто того, кто заинтересован в проекте, а организацию, которая будет официально заказывать работы, заключать договор, принимать результат и проводить оплату.

Дегтярёв чуть нахмурился.

— Администрация является инициатором, очевидно, — продолжил я. — Но мне нужно понимать, кто будет заказчиком по документам. Кто подпишет техническое задание. Кто будет принимать работы. Кто даст нам официальный доступ в городские помещения и на объекты. И кто будет отвечать за эксплуатацию после сдачи.

Сергей Алексеевич посмотрел на Дегтярёва, потом сделал пометку в блокноте.

— Да. Всенепременно.

— И ещё один момент. Мне нужен человек с полномочиями координировать доступ. Чтобы мы не получали ситуацию, как та, где один ключ якобы у женщины на больничном, а потом случайно выясняется, что вроде как ключ и не один, а еще есть и у арендатора, который занимает часть площади. В общем, путаница та ещё.

Депутат усмехнулся.

— Такое у нас бывает.

— Да, я не то, чтобы удивился… Но такие инциденты нужно свести к минимуму для наибольшей эффективности процесса.

— Что ещё?

— Нужно заранее определить, кто оплачивает электричество в узлах, где будет стоять наше оборудование. Кто предоставляет помещения. Кто отвечает за существующие линии. Кто обеспечивает доступ для обслуживания. И кто принимает решение, если зимой оборудование встанет из-за проблем с питанием или отоплением.

— Это всё можно прописать.

— Тогда давайте обязательно пропишем.

Дегтярёв постучал пальцем по листу.

— Хорошо. Безусловно, начинаем с этого. Сергей, выясните, кто будет заказчиком по первому этапу и какая процедура потребуется. Свяжитесь с администрацией, соберите исходные документы. Техническое задание потом подготовим вместе с заказчиком, чтобы сразу заложить туда всё необходимое. По деньгам — после оформления и прохождения необходимых процедур.

— Не раньше нового года?

— Если говорить о деньгах из бюджета следующего года — да. Финансовый год начинается первого января. Но сначала всё равно должны пройти необходимые процедуры и появиться основание для оплаты. Новый год уже на носу, кстати…

Я кивнул.

Сюрпризов не случилось. Между разговором и переводом у нас всегда стояла бумага, а чаще — целая стопка бумаг, и на каждой своя подпись. Тем не менее, проект наконец превращался из красивой идеи в официальную задачу, за которую кто-то должен был отвечать.