Сбор урожая (СИ) - Ратманов Денис - Страница 21

И вот жужжание телефона вырвало его из такого прекрасного сна, где они были вместе, с Ваней и их со Светой общей дочкой.

Виктор возненавидел телефон, но взял его. Ну кто же еще может перегадить светлое? Конечно же, Рокотов, вот от него два сообщения.

Первое было длинное. Вроде как Рокот заказал ему квест на день рождения, сегодня, в девятнадцать ноль-ноль. К шести вечера нужно быть у Светы с дробовиком и холодняком — «это важно, в этом смысл!» Ваня должен участвовать. Со Светой следовало договориться заранее, о причине молчать.

Второе сообщение пришло следом. Ден просил взять не только дробовик и патроны, говорил, что самое ценное — холодняк: топор, мачете, тесак. И Свету до квеста надо хоть в теории научить стрелять.

Виктор перечитал сообщения, сел на кровати. Сон как рукой сняло.

Что это за прикол⁈

За все годы их дружбы Рокот ни разу его с днем рождения вовремя не поздравил. Обычно вспоминал к вечеру, а один год — в декабре. И тут вдруг пишет без пяти пять утра, с Филиппин, где у него, по всем расчетам, было девять утра!

Квест. С боевым оружием. У его бывшей жены.

Виктор набрал ответ, не вставая:

«Это гениально. я ей мелкашку дам, у меня есть. и научу. слушай я аж вспотел. это лучший др в моей жизни».

Отправил. Перечитал — запятая после «слушай» потерялась, ну и ладно. Ответ пришел быстро: «С днюхой, дружище». И все. Больше Рокот не написал ни слова.

Виктор действительно вспотел, но не от радости.

Что-то в этих двух сообщениях было не так, и он не мог сразу сказать что. Не тон — тон был Рокотова, с этими его «дружище» и восклицательными знаками. Не квест — Ден любил дурацкие подарки. Не так было другое: время. Не «вечером», не «часов в семь». Девятнадцать ноль-ноль. К шести быть на месте. Человек, который за всю жизнь не пришел вовремя ни на одну встречу, назначил час с точностью до минуты. И оружие. И Света. И Ваня, которого надо взять с собой. Слишком много конкретики для шутки и слишком мало объяснений.

Виктор встал, включил чайник и открыл ноутбук.

К восьми утра он просмотрел сайты всех самарских квест-фирм, какие работали открыто. Выездных квестов с боевым оружием не предлагала ни одна. По адресу Светы никаких мероприятий не значилось — ни в одной афише, ни в одной группе. Была вероятность, что это индивидуальный заказ, но, если так, стоил он капец как дорого и требовал длительной подготовки. Времени у Дена всегда было мало, да и с деньгами в последнее время имелись проблемы, все шмара его малолетняя высосала.

Новый развод мошенников? Виктор подумал-подумал и не понял, где его собираются нагнуть. Или Рокот догадался и так захотел подарить ему Свету? Бред!

Виктор набрал Дена. Абонент был недоступен. Набрал через час — снова недоступен. Написал — сообщение не доставилось.

После десяти, когда фирмы открылись, он обзвонил те, что работали в субботу. Ни в одной о Рокотове не слышали, и в двух ему вежливо намекнули, что это розыгрыш.

К полудню Виктор сформулировал для себя задачу, как всегда, когда не хватало данных: если это шутка, он потеряет вечер, посидит у Светы с дробовиком в чехле, выпьет чаю и уедет дураком.

Если Рокотов не шутил, это важно. Рокот наделал долгов. И теперь его бывшую жену будут прессовать кредиторы? Нельзя игнорировать сообщение, когда это касается Светы и Вани, которого он любил как своего.

Будь что будет! Выбор стоит между «выглядеть дураком» и «опоздать». Он выбрал первое и впервые задумался над тем, как можно любить, предавая. Рокот определенно любил Свету и заботился о ней на расстоянии.

Открыв сейф, Виктор взял дробовик, патроны к нему, отдельно — пресс, латунные гильзы, дробь, пыжи, капсюли, воск. По старой памяти, как учил егерь-отец, он снаряжал патроны сам: случись что, их запасы на складах конечны, а так можно себя обеспечить.

Мачете в ножнах. «Тозик» — старый, потертый, с глушителем из масляного фильтра, который он собрал сам. Тревожный комплект из машины он перебрал не глядя — аптечка, фонарь, вода, нож. Стяжки под сиденьем. Сложив все в багажник «Патриота», Виктор до четырех часов не находил себе места…

К Свете он приехал около шести, на всякий случай прихватив из гаража две канистры бензина. Рокот всегда смотрел на него как на умалишенного, и был уверен, что у Виктора в лесу есть несколько замаскированных копанок на случай, если придет БП, то есть большой песец.

Света открыла дверь, посмотрела на дробовик в чехле, на мачете и округлила глаза.

— Витя, что это за фигня?

— Ружье.

— Я вижу, что ружье. На кой черт ты его принес?

— Ден просил, — проговорил Виктор. — На квест. У него сегодня какой-то квест для нас.

— Какой еще квест?

— Он тебе не сказал?

— Он мне вообще ничего не сказал. — Света отступила, пропуская его в квартиру. — Он велел Ване беречь маму. Ване, Витя. Ему восемь лет. «Ты за старшего, это ненадолго». И связь оборвалась.

Из комнаты вылетел Ваня — в носках и трусах, с телефоном матери.

— Дядя Витя! Папа сказал беречь маму! Я за старшего!

— Слышал, — кивнул Виктор. — Молодец, что запомнил.

Не разуваясь, он сел на табуретку в прихожей.

— Свет, что он тебе сказал? Слово в слово.

— Про погоду спросил. — Она сама, похоже, не верила тому, что говорит. — Понимаешь, Витя? Позвонил с Филиппин узнать, какая у нас погода. Я ему ответила. Он послушал. Потом попросил Ваню. И Ване — вот это, про маму. И все, гудки.

Виктор сравнил новые вводные со своими двумя сообщениями — час, адрес, оружие. Ни в разговоре, ни в сообщениях не было объяснений. Но и там и там Рокот говорил так, будто прощался.

— Он пьяный? — жалобно спросила Света.

— Не похоже, — покачал головой Виктор. — Пьяный он пишет длинно и с ошибками. Тут ошибок нет ни одной.

— Тогда что с ним?

Виктор не знал, но чуял неладное. Он достал из кармана телефон, набрал Дена еще раз и показал ей экран: абонент недоступен.

— Тебе он позвонил, а мне не отвечает, блин, — посетовал Виктор, убрав телефон. — Свет, я не знаю, что происходит. Может, ничего. Но давай так: до семи мы сидим здесь, я показываю тебе, как держать мелкашку.

— А если что-то происходит? — спросила Света.

— Тогда я хочу быть не в многоквартирном доме с одним выходом, — ответил Виктор. — А где-нибудь, откуда можно уехать.

Она долго смотрела на него, потом кивнула:

— Ладно. Показывай свою мелкашку.

Он показал, как держать, куда смотреть, где предохранитель, что нажимать. Света осторожно держала «тозик», повторяла за Виктором, ворча, что непонятно, зачем ей это все. Ваня крутился рядом и просил дать подержать ружье. Виктор не дал.

— Это мамино, — сказал он. — Я ей привез. Мама будет защищать тебя, а ты — слушаться маму.

— А ты? — спросил Ваня.

— А я буду защищать вас обоих, — сказал Виктор.

В семь ничего не произошло. За окном горели фонари, во дворе не могла развернуться пустая маршрутка, в соседней квартире включили телевизор. Света посмотрела на часы, потом — на Виктора.

— Ну вот, — развела руками она. — Дурак твой Рокотов. И ты с ним.

Виктор прислушался к себе. Тревога не проходила, хотя назначенный час уже миновал.

— Согласен, — кивнул Виктор и встал. — Одевайтесь.

— Куда мы едем? — спросила Света.

— Поедем ко мне, просто на всякий случай. Утром привезу вас обратно, и можешь со мной потом не разговаривать.

Света посмотрела недоуменно на Ваню, на ружье в чехле, на лицо Виктора и, наверное, тоже почуяла неладное.

— Возражения не принимаются, — припечатал он.

— Хорошо.

Идеальная женщина! Виктор до последнего опасался, что она упрется и останется дома. Происходящее нравилось только Ване, который носился вокруг, предчувствуя приключение.

Когда их «Патриот» ехал прочь из города, за рулем сидел Виктор, рядом — встревоженная Света. Она пристегнулась и держала «тозик» между коленями, стволом в пол, как он показал. Ваня сидел сзади, за матерью. Он болтал ногами и смотрел в окно.